— Можно просто подогреть еду, — пробубнила я, глянув на Валтера, который с аппетитом уплетал холодные блины и улыбался своим мыслям.

Теперь он не выглядел таким несчастным.

Что изменилось? Неужели моё поведение дало ему надежду, что между нами ещё что-то может быть?

Я нахмурилась и отхлебнула кофе из чёрной глянцевой кружки.

Обведя нас взглядом, Кира демонстративно достала телефон и набрала номер. В тишине были слышны длинные гудки.

— Он занят, — отозвался Валтер, не переставая жевать.

— Чем он может быть занят? Он пропустил время завтрака!

Кира выглядела нетерпеливой, словно вечность не видела Кая. Задав вопрос, она сразу же осеклась, понимая, что сморозила глупость.

— Что-то случилось? Где он? — полюбопытствовала я.

— Поехал за вещами в дом.

— За какими вещами?

Не будет же и Валтер здесь жить?

От этой мысли мне стало некомфортно.

— За моими, своими. Я снял отличный дом на побережье одного из островов. В округе никого. Неподалёку ущелье и лес. Можно полетать и поплавать. Уединённо, комфортно. Развеемся, отдохнём.

— Не поняла.

Я прищурилась, метнув в него недовольный взгляд.

Валтер уловил моё настроение и быстро добавил:

— Хочу увести тебя подальше. Хоть на Луну. Лишь бы обезопасить.

Валтер говорил спокойно, но в голосе звучала сталь.

— У меня есть зацепки, кто мог напасть на тебя. Пуговицы натолкнули на мысль, но я до последнего не хотел верить.

— Пуговицы? — непонимающе переспросила Кира.

— Я нашла пуговицу в кармане штанов, — попыталась объяснить я. — Точнее две. Одна была в кармане штанов, другая в кармане платья. Но я думала, что это твои...

— Мои? А как они хоть выглядят?

— Вот так, — сказал Валтер и положил на стол небольшую железную вещицу. Мы обе уставились на неё.

— Она не моя, — задумчиво протянула Кира. — А что с ней не так.

— Не так с ней то, что она из другого мира. И этот мир не Эгниттера.

Он посмотрел на меня так, будто только я могла понять смысл его слов.

И я поняла.

Пуговица из Армандора.

Странно, но Кира ничего не стала уточнять или спрашивать, будто для неё существование ещё каких-то других миров было чем-то естественным.

— Кай сейчас пытается выяснить, откуда она взялась и как вообще возможно, что чужак попал сюда. Есть два варианта. Первый, наиболее вероятный — кто-то водит нас за нос.

Я почувствовала тревогу.

— А второй? — спросила я, отставив кружку.

— Кто-то из мироходцев воспользовался услугами проводника и перетащил кого-то на Землю, — он продолжал сверлить меня взглядом. — Но это практически невозможно, ведь…

— Проводник погиб в пожаре 22 года назад, — добавила я, давая понять, что ничего не сказала Кире.

— Да, проводник погиб в пожаре! — во взгляде Валтера промелькнула искра, но тут же исчезла.

В следующий момент он протянул руку и легко, почти нежно, погладил меня по голове, как послушного ребёнка. Я и сама почувствовала себя так же.

Весь мир играл по правилам Валтера Новака и я в том числе.

— Собирайтесь. Не забудьте взять купальники.

— Вообще-то у нас работа, — строго напомнила я.

Никакого отпуска с ним мне не хотелось.

Это же как придётся держаться

?

Этот хитрец точно будет меня завлекать! Ему же нужен «Лигр».

Он легко, играючи, коснулся кончика моего носа.

— Отправьте запрос на отпуск с завтрашнего дня. Я уже предупредил менеджера. У нас с ней хорошие отношения.

— Я с тобой не еду!

Он смотрел на меня уставшим взглядом. Я так же упрямо держала зрительный контакт, уткнув руки в бока, ощущая, как кровь пульсирует в висках.

Неожиданно в его кармане зазвонил телефон. Феникс быстро поднял трубку, не отрывая от меня глаз — пронзительных, внимательных. Послышался голос Кая, и лицо Валтера исказилось, тонкие морщинки прорезали лоб, брови сошлись на переносице.

— Собирайся, — повторил он после того, как положил трубку. — Из-за твоего упрямства мы только теряем время!

— Я уже трижды сказала, что с тобой никуда не поеду!

Новак вздохнул и нервно взъерошил пальцами волосы.

— Хочешь, чтобы я выволок тебя отсюда силой? — в его словах сквозила угроза.

— Попробуй! Увидишь, что будет!

Валтер медленно выдохнул. Я видела, как поднялась и опустилась его грудь. Он сжал челюсть так, что на скулах заиграли желваки, и шагнул ближе, сокращая расстояние между нами до опасной черты. Теперь я ощущала жаркий его тела, слышала его дыхание, чувствовала запах — терпкий, как горький шоколад, смешанный как обычно — с мятой.

— Не испытывай моё терпение, Ия.

ло почти Я гордо вскинула подбородок.

— Ох, давай. Покажи своё истинное лицо! Мне так хочется видеть тебя настоящего.

Напряжение между нами стаосязаемым — густым, душным, наэлектризованным.

Кира обеспокоенно переводила взгляд с меня на Валтера, словно наблюдая за раскалёнными углями, готовыми вот-вот превратиться в пожар, который никто не сможет потушить.

— Если ты сейчас же не соберёшь вещи, — продолжил он, наклоняясь ко мне так близко, что я ощутила его дыхание на своих губах, — то я...

— Что? — я ухмыльнулась, хотя внутри всё сжалось тугой пружиной. — Что ты сделаешь?

Он молча всматривался в моё лицо, его глаза потемнели, и вдруг — до смешного будничным и лёгким движением — перекинул меня через плечо.

— Эй! — завопила я, отчаянно забарабанив кулаками по его спине, твёрдой, как камень.

— Валтер! — ахнула Кира, явно не зная, как на это реагировать.

— Она же сказала «попробуй», — хмыкнул он, уверенно направляясь в мою комнату. В его голосе звучала опасная нотка удовлетворения, от которой по моей коже пробежали мурашки.

— Отпусти сейчас же!

— Обязательно, — его голос опустился до шёпота. — Только покажу себя настоящего.

После этих слов он сильно шлёпнул меня по ягодице.

— Ты совсем свихнулся!

— Да, — невозмутимо ответил он. — Твоя заслуга!

Я замерла, удивлённая этой фразой, будто оцепенев от неожиданного признания, но тут же взяла себя в руки, сжав пальцы в кулаки до боли.

— Это похищение! — яростно выдохнула я.

— Спасательная операция, — парировал Валтер с уверенностью.

Он вошёл в мою комнату широкими, властными шагами, скинул меня на кровать и скрестил руки на груди, возвышаясь надо мной подобно древнему божеству.

— Даю тебе пять минут.

— Иначе что?

Он наклонился ниже.

— Кира, можешь пожалуйста, оставить нас одних, — произнёс он, сузив глаза. — Нам с Ией нужно поговорить.

Я бросила взгляд на дверь и увидела голову подруги. Она с любопытством и тревогой смотрела на нас.

— Кира, даже не думай оставлять меня с этим типом! — крикнула я, вкладывая в голос всю силу отчаяния. — Он лжец и психопат!

Кира покачала головой медленно, словно извиняясь и закрыла дверь. Щелчок замка прозвучал как приговор.

— Предательница! — прошипела я, переводя взгляд на Валтера, ощущая, как в груди разгорается ярость. — Что ты собираешься со мной делать?

Он отошёл и встал у стола, длинные пальцы скользнули по деревянной поверхности. А затем склонил голову в бок, разглядывая меня так, будто видел впервые — изучающе, удивлённо. Ты всегда была такой дикой? — задумчиво произнёс он, и в его голосе звучало что-то похожее на восхищение. — Раньше только отшучивалась.

Я резко села, выпрямив спину, стараясь держаться уверенно, несмотря на бешено колотящееся сердце.

— Раньше я не знала, что во мне видят лишь полководца и инкубатор, — парировала я, с вызовом глядя на него, вкладывая в каждое слово осколки своей боли. — Раньше я думала, что меня любят.

— Я люблю тебя!

— Неправда! — выкрикнула я.

Валтер замер.

— Неправда? — его голос стал низким.

Я скрестила руки на груди, не желая показывать, насколько меня трясло внутри, как подрагивали кончики пальцев, как пересохло в горле.