— Я делал это не ради тебя.

— Это неважно, — ответила я, доставая рюкзак из-под сиденья.

Он помолчал, наблюдая за суетой в салоне, а затем вдруг заговорил совсем другим голосом — тихим, почти нежным:

— Помню, как впервые сжал твою маленькую ручку. Она была такой хрупкой и тёплой. До того дня я никогда не касался человеческой кожи. Ты легко пошла со мной среди ночи, совсем не плакала, а ведь я был совершенно чужим для тебя. Храбрая малышка.

Я глянула на подругу. Кира крепко сжимала веки, стараясь не двигаться.

Притворяется. И давно она не спит? Есть ли теперь смысл что-то скрывать. Кай далеко, она видела Единорога и её не смутил рог. Моё солнышко не глупая и возможно давно всё поняла.

— Держа за руку, я провёл тебя через два мира. Представь себе, эти придурки игнисы с «совершенной» охраной даже ничего не заметили.

— Я была на Эгниттере? — поразилась я, подпрыгнув на месте. Тугой ремень безопасности врезался в низ живота, и я поморщилась.

— Была, — кивнул Лиан. — Ты была и на горящем Армандоре той ночью.

— Не может быть такого, — резко возразила я, отстёгиваясь. — Должна же я была хоть что-то помнить об этом. Не за хлебом же сходила.

— Ты была в шоке, — спокойно пояснил Лиан. — И очень маленькой. Человеческая память защищает себя от травм, вытесняя их. Особенно детская.

Он снова посмотрел на Киру. Я перехватила этот взгляд и слегка наклонилась к нему.

— Мне кажется, она давно не спит.

Его глаза блеснули, но он только едва заметно кивнул и продолжил, как ни в чём не бывало.

— Так вот. Вместе, держась за руки, мы пришли на Армандор. Эсмира была сильно ранена и умирала, поэтому попросила спасти сначала её маленькую дочь. Конечно, я не мог ей отказать. Сперва ты испугалась и отказывалась брать девочку за руку, но потом я сказал тебе, что только ты можешь её спасти, и ты сразу же схватила ладонь малышки. Таким образом мы смогли спасти двоих: дочь Эсмиры и её пожилую мать.

Я задумалась. Фиолетовые глаза, девочка на велосипеде, маленькая ручка. Странные сны.

Кажется, это могло быть правдой.

— А Эсмира?

Лиан помолчал немного и тряхнул головой.

— Я не успел, поэтому и решил вытащить хотя бы её старушку, чтобы было кому позаботится о девочке.

— Мне жаль, — выдохнула я.

— Ты спасла её дочь и мать, не жалей.

— Та девушка в доме — дочь Эсмиры? — спросила я, вытирая ладонью скатившуюся одинокую слезу.

— Ты о той, что хотела убить тебя? Нет. Я точно знаю, где её дочь, и, можешь поверить, зла она тебе не желает.

Самолёт полностью остановился, и пассажиры начали подниматься с мест.

— Где же она?

— Какая разница? Главное, что она не желает тебе зла.

Лиан встал с кресла и, наклонившись к Кире, легонько тронул её за плечо.

— Просыпайся, малыш, — сказал он с неожиданной мягкостью в голосе. — Мы приземлились.

Кира вздрогнула и распахнула глаза. Затем она моргнула и улыбнулась.

— Уже? — спросила она, потягиваясь. — Я думала, лететь дольше.

— Время пролетает незаметно, когда спишь, — заметил Лиан, подмигнув ей.

Я наблюдала за ними, пытаясь понять, почему он так смотрит на мою подругу.

Ему приглянулась Кира? Но он ни разу даже не заговорил с ней и уж тем более не выдал в её сторону никаких непристойных комментариев.

Мы вышли из самолёта, вежливо попрощавшись с улыбающимися стюардессами. Кира шагала впереди с отрешённым видом, а Лиан шёл рядом со мной, почти касаясь моего локтя.

— Держимся вместе, — негромко проговорил он, когда мы вошли в здание аэропорта. — Ни на шаг не отходим друг от друга. В толпе смотрим под ноги, не встречаемся взглядом с незнакомцами. Если кто-то вас окликнет — игнорируйте.

Мне оставалось лишь кивать, пока Кира осматривала людей впереди.

Мы прошли паспортный контроль без происшествий и направились к зоне выдачи багажа. Лента ещё не начала движение, и вокруг неё толпились пассажиры нашего рейса. Воспользовавшись моментом, я подобралась ближе к Лиану.

— Что было бы, если бы ты не скрыл моё существование от аларисов?

Он посмотрел на меня с таким выражением, словно я спросила, каково это — броситься под поезд.

— Ты прожила бы долгую, но несчастливую жизнь, будучи объектом для экспериментов и марионеткой в их руках. Эти бесчувственные твари выжали бы из тебя все соки. В итоге, с тобой произошло бы тоже, что и с бедной Аделаидой.

Я почувствовала тошноту и сглотнула слюну.

— Почему же ты рассказал обо мне брату?

Лиан поморщился.

— Прости за это. Так было нужно. Я кое-что был должен Валтеру и таким образом отдал долг.

— Что должен был? — мгновенно зацепилась я.

Феникс посмотрел на меня странным оценивающим взглядом.

— Любопытной Варваре на базаре нос оторвали.

— Эй, — возмутилась я. — Ладно, это ваше с Валтером личное дело.

— Вот именно.

— Но ты любишь эквикоров, а теперь я могу повести их на войну.

— Знаю. — Лиан перестал следить за багажной лентой и повернулся ко мне. — Но, как я уже сказал, я был должен этому уроду и, в отличие о него, слово своё держу. И, если он правда любит тебя, в чём, я сомневаюсь, он не позволит тебе участвовать в разборках Аскепии.

— Вон он! — Кира указала на свой синий чемодан, появившийся на ленте.

Лиан быстро шагнул вперёд и подхватил багаж, а затем посмотрел на меня.

— Есть ещё вопросы? — спросил он негромко.

Я кивнула.

— Да. Что за останки принёс Валтер на Эгниттеру после пожара, в котором я чуть не сгорела?

— Твой дом был в трёхстах метрах от кладбища. Мне ничего не стоило...

— Пока вопросов нет, — резко оборвала его я.

Некоторых вещей лучше не знать.

Какое-то время мы молча наблюдали за лентой с багажом. Последние чемоданы появлялись из-за резиновых шторок и медленно двигались по кругу.

— А почему Москва? — вдруг спросила Кира, которая до этого делала вид, что совершенно не прислушивается к нашему разговору.

Лиан повернулся к ней и девушку погладил по голове рукой, на которой уже была перчатка.

Было видно, как подруга опешила от такого действия и замерла на месте.

— Потому что в московском метро самые глубокие эскалаторы в мире, — заявил он с абсолютно серьёзным лицом. — Знаешь, сколько времени занимает спуск на некоторых станциях? Почти три минуты! Если за нами будет погоня, мы просто нырнём в метро — и поминай как звали.

Кира моргнула, приходя в себя.

— Ты не умеешь шутить, брат Валтера.

Лиан театрально приложил руку к сердцу.

— Какая жестокость! И это после всех моих стараний. — Он усмехнулся и повернулся к багажной ленте.

— О, мой чемодан, — я потянулась к своему красному багажу, но Лиан опередил меня и ловко подхватил его, а затем собрал наши вещи в одну группу.

— В любом случае, — сказал он уже более деловым тоном, — нам пора. Такси должно ждать нас у выхода.

Мы покатили чемоданы к выходу из зоны получения багажа. Я старалась не всматриваться в лица прохожих, помня предупреждение Лиана о возможной опасности.

Когда мы вышли в главный зал аэропорта, он остановился:

— Подождите здесь, я проверю, на месте ли такси.

Он отошёл на несколько шагов, доставая телефон. Как только Феникс оказался вне пределов слышимости, я взяла Киру за руку.

— Как считаешь, ему правда можно доверять?

Подруга вырвала руку, посмотрев на меня ледяным взглядом.

— Боишься, что этот парень отомстит Валтеру тем, что причинит тебе вред? Это было бы честно, если брать во внимание то, что он считает брата виновным в смерти его возлюбленной.

Я вновь попыталась дотронуться до подруги, но она проигнорировала этот жест.

— Ты злишься, что я не говорила тебе всего, но я могу объяснить... — начала я, но в этот момент Лиан повернулся и направился к нам.

— Такси ждёт, — объявил он, подхватывая наши чемоданы. — Идём?

Кира направилась к нему, даже не взглянув в мою сторону.

Я замерла у приоткрытой двери террасы, затаив дыхание. Вечерний воздух, наполненный ароматом липы и влажного асфальта после дождя, проникал сквозь щель, но я боялась пошевелиться, чтобы не выдать своего присутствия. За стеклянной дверью Кира и Лиан вновь вели свой очередной приглушённый разговор. Уже две недели они находили время для этих доверительных бесед, которые прерывались, стоило мне только появиться на горизонте.