С опаской я заглянула внутрь. Валтер всё также смотрел вдаль. В его руке была пуговица — та самая, которую я положила утром на стол. Длинные пальцы нервно крутили её.

— Валтер? — осторожно позвала я.

Он развернулся и посмотрел на меня. Его золотистые глаза, обычно тёплые, сейчас заполнились красным холодным светом. Казалось, он всё ещё мысленно находился где-то далеко.

— Откуда у тебя это?

Вопрос прозвучал так резко, что я вздрогнула.

— Утром она выпала из кармана моих штанов. Скорее всего, это Киры, она иногда надевает мои вещи, поэтому в карманах может быть что угодно.

Его брови слегка приподнялись, а взгляд стал ещё острее.

— И ты уверена, что это Киры.

Что происходит. Я чем-то провинилась?

— Да. Я как раз собиралась её спросить сегодня, но... момент был неподходящим. Учитывая все обстоятельства, это не казалось столь важным. А что?

Он снова посмотрел на пуговицу, его пальцы медленно пробежались по краю стола, словно Новак обдумывал что-то важное.

Вдруг Валтер застыл и как в замедленной съёмке повернул голову в мою сторону.

Я почувствовала, как его взгляд скользнул по моим плечам, ключицам и дальше вниз, туда, где белое полотенце прикрывало моё тело.

Он сделал шаг ко мне, затем ещё один, и теперь между нами оставалось всего несколько сантиметров.

— Ты же так замёрзнешь, — проговорил Валтер сквозь зубы. Его глаза продолжали гореть красным.

Я хотела ответить, но слова застряли в горле. В него будто кто-то вселился. Через мгновение горячие руки обвили меня и подняли с пола так легко, будто я ничего не весила.

Куда делась моя смелость? Почему я... боюсь его?

Он отнёс меня к кровати и, опустив на мягкий матрас, задержался, чтобы посмотреть сверху вниз.

— Ты вся дрожишь.

Мне совершенно не нравилось то, как он говорит со мной, но сопротивляться я не собиралась.

— Твои глаза... — начала я, но мой голос дрогнул и замер, когда Валтер провёл ладонью по моему плечу, оставляя за собой горячий след.

— Что с моими глазами? Они красные, да?

— Угу.

Валтер хмыкнул. Его пальцы вдруг замерли на краю полотенца, и я резко вдохнула, когда он быстро и настойчиво распахнул его, оголяя моё тело.

— Скажешь, чтобы я остановился? — спросил он, прищурившись.

— Нет, — удивлённо ответила я.

Он ничего на это не сказал и, не отводя от меня своего горящего взгляда, плавно стянул с себя футболку. Его грудь, будто выточенная из мрамора, напряжённо вздымалась.

— Сейчас ты должна оттолкнуть меня, понятно?

Я лишь отрицательно покачала головой, осматривая его торс.

Сильные руки больно обхватили мои запястья и подняли их над головой, прижимая к подушке. Валтер склонился ближе, его кожа обжигала мою, а тяжёлое дыхание обрушивалось на шею, заставляя всё внутри дрожать.

— Я делаю тебе больно. И делаю это намеренно. Поэтому ты должна сейчас же сказать, чтобы я остановился! — его голос был тихим и опасным. — Это приказ.

Он прижался ко мне, его губы жёстко накрыли мои. Это не был нежный поцелуй, это была буря, которая не спрашивает разрешения, а просто захватывает всё на своём пути. Его язык проник внутрь, требуя отклика, а пальцы уверенно скользнули вниз по моим плечам, словно он хотел утвердить свою власть надо мной.

Я расслабилась и закрыла глаза. Мне вообще было плевать, что он там говорит, какого цвета у него глаза и насколько он груб.

Оторвавшись от губ, он спустился к моей шее и прикусил кожу. Я громко застонала от удовольствия и он поднял голову. Огонь в глазах указывал на то, что он в ярости.

— Совсем безумная? Нравится боль? — почти закричал он. — Ты должна сопротивляться мне. Почему не вырываешься?

Я не смогла удержаться и засмеялась. Мой смех прозвучал звонко — он был искренним, тёплым.

— Потому что я люблю тебя, — выдохнула я, всё ещё улыбаясь.

Валтер посмотрел на меня так, будто я сказала что-то совершенно невероятное. Его дыхание постепенно замедлялось, а руки, которые только что держали меня с такой силой, вдруг ослабли. Он медленно отстранился, поднялся с кровати, и я почувствовала, как тяжесть его тела покидает меня.

Новак схватил с пола свою футболку и натянул её через голову, резко бросая слова на незнакомом мне языке. Его движения были быстрыми и точными. Сейчас Валтер снова напомнил мне робота.

— Мне нужно умыться.

Он повернулся ко мне спиной, как будто избегал моего взгляда.

— Любимый? — мой голос звучал хрипло. Я впервые назвала его так и мне понравилось.

Он сжал кулаки.

— Мы поедем на ужин ко мне. Как раз сможешь всё высказать Каю.

Валтер вышел из комнаты, оставив меня наедине с собственными мыслями.

Сначала всё было тихо, но вскоре раздался щелчок двери ванной, и практически сразу включилась вода.

Я обхватила себя руками, пытаясь согреться, хотя на улице вовсю гуляло лето.

Через несколько минут шум воды стих, дверь открылась, а затем Валтер вошёл в комнату. Выражение лица было спокойным, но в глазах вновь стал виднеться оттенок красного. В его руке что-то было. Я пригляделась и увидела, как он подошёл к столу и аккуратно положил туда… ещё одну пуговицу.

— Это тоже Киры?

Я медленно встала с кровати, полотенце так и осталось лежать там.

— Скорее всего! Это неважно. Посмотри на меня!

Валтер ещё какое-то время стоял и сверлил меня взглядом, а потом вдруг сказал:

— Я же сказал тебе одеться! Почему ты обнажена?

— Потому что не хочу...

Валтер вздохнул, глядя на меня так, словно я была упрямым ребёнком, которого невозможно переубедить. Он скрестил руки на груди, и его спокойствие начинало выводить меня из себя ещё больше.

— Пожалуйста, оденься, — повторил он, на этот раз с едва уловимой мягкостью в голосе, но его взгляд оставался таким же холодным. — Я голоден.

— Можем заказать еду, — спокойно предложила я. — И поесть в кровати.

Он сделал шаг ко мне.

Я инстинктивно отступила назад, прижимая руки к груди. Его взгляд… В нём не было злости, не было больше угрозы, но что-то в его глазах заставило всё внутри сжаться. Что в них было? Уверенность? Спокойствие? Сила власти?

Почему сегодня я чувствую страх? Кая я так не боялась. Даже когда он вёл себя как скотина и угрожал. Но Валтер…

И всё же, именно от него у меня бежали мурашки по коже.

— Почему отступила? Теперь ты меня боишься? — тихо спросил он, приближаясь.

— Ни капли, — соврала я, вздёрнув подбородок вверх.

— Ты боишься.

Его шаги были медленными, но уверенными, и прежде чем я поняла, что происходит, руки Валтера оказались на моих плечах. Он сжал пальцы, и я почувствовала боль, отчего сразу зажмурилась.

— Посмотри на меня теперь. Сейчас я настоящий.

Я открыла глаза. Этот парень был мне не знаком. Холодный и отчуждённый.

— Готова отказаться от меня?

Сердце колотилось как бешеное, но я выдавила из себя слабую улыбку, пытаясь пробиться через пелену страха.

— Отказаться? Могла бы, — я наклонила голову, как это обычно делает он. — Но я падка на рыжих, поэтому мой ответ — «Нет».

Уголки его губ едва заметно дрогнули. Валтер убрал руки с моих плеч и я чуть не упала назад, с трудом удержавшись на ногах.

— Буду ждать тебя в машине. Кстати, захвати свой рабочий ноутбук. Ты останешься у меня на неопределённое время.

Новак не добавил больше ни слова. Он вышел из комнаты, оставив дверь приоткрытой, словно напоминая, что это не просьба, а приказ.

Я села на кровати, пытаясь переварить произошедшее. В один день мне признались в любви, а потом попросили от этой любви отказаться.

— Во дела... — прошептала я, глядя на пуговицы, всё ещё лежащие на моём столе. — Что же его так вывело?

В висках колотило. Нервное напряжение сковывало, будто невидимые нити тянули изнутри, заставляя всё существо сопротивляться происходящему.

Несмотря на это, я поднялась. Мои ноги казались ватными, но я подошла к шкафу и начала искать одежду. Пальцы дрожали, когда я выбирала джинсы и рубашку, чтобы быстро переодеться.