— Хорошо, — протянул он, но в его голосе всё же слышалась тень сомнения.

Оказалось не так уж далеко. В основном мы шли под гору, и когда на пути попадались папоротники, валуны или поваленные деревья, Валтер брал меня за руку. Его ладонь как и всегда была горячей, сильной, и, стоило мне прикоснуться к нему, как по телу прокатывалась тёплая волна.

Камни, покрытые мхом, и запах влажной хвои напоминали мне пейзажи Олимпа. Я невольно гордилась собой: ни разу не упала и не споткнулась.

Молодец, Ия!

Больше половины пути я любыми способами пыталась отвлечься от мыслей, которые шли вразрез с благоразумием, но взгляд снова и снова возвращался к его спине, к линиям мускулов, что легко угадывались под тонкой тканью футболки. Движения Валтера были грациозными и плавными, в них ощущалась внутренняя сила, которая заставляла чувствовать жар внизу живота.

А мои мысли... они становились всё более порочными. Я представляла, как его руки обхватывают мою талию, как он наклоняется ко мне, а его горячее дыхание касается моего лица. Каково это — ощутить силу, скрытую за этой грацией? Почувствовать, как он прижимает меня, лёжа сверху?

Я мысленно одёрнула себя, но это было бесполезно. В голове то и дело возникали непристойные образы — пальцы Валтера легко скользят по моему бедру, а голос становится низким и чуть хриплым, когда он вновь и вновь произносит моё имя.

«Угомонись, порочная дурочка!» — мысленно приказала я себе, стараясь сосредоточиться на камнях под ногами.

— Ты увлекаешься каким-то спортом? — спросила я, не выдержав напряжения внутри.

— Я летаю раз в неделю, — ответил он, не оборачиваясь. — Это не спорт, конечно, но задействует всё тело, особенно спину.

— Ммм, — отозвалась я. — А я думала, ты скажешь что-то вроде бодибилдинга или пауэрлифтинга. Ты такой огромный!

Валтер рассмеялся, причём гораздо задорнее, чем обычно, и эхо разнесло его мелодичный смех по всему лесу.

Скоро через густую листву просочились солнечные лучи, перекрасив мрачные оливковые тона в зелёно-жёлтые. Греция не подвела: день выдался солнечным и приятным. Я почувствовала радостное возбуждение, с нетерпением ожидая, что случится дальше. Чем ближе мы подходили, тем больше расширялись мои глаза.

В низине гор, укромно расположенной между величественными вершинами, показалась красивая поляна, словно затерянная в сказочном ландшафте. Перекатистые холмы, покрытые белыми и голубыми цветами, словно обрамляли этот маленький райский уголок.

На краю поляны стояли могучие деревья с раскидистыми ветвями, которые призывно тянулись к небу. Их зелёные лиственные крыши создавали прохладу и приглашали усталых путников укрыться в их гостеприимной тени. То, что нужно в жаркий день.

Мне не нужно было говорить, что мы на месте — я поняла это сразу, как только ступила на мягкую траву.

— Это великолепно! — воскликнула я и закружилась на траве, раскинув руки в стороны. Валтер стоял в стороне и внимательно наблюдал за мной.

Я присела рядом с маленькими белыми цветами и закрыла глаза, позволяя себе раствориться в симфонии звуков: пение птиц, шёпот ветра в кронах деревьев, нежное журчание ручья, прячущегося где-то поблизости. Эта мелодия проникала в самую глубину моей души, успокаивая и наполняя её счастьем.

— Как ты поняла, что мы на месте? — услышала я голос Валтера. Он сел на траву рядом со мной, опираясь на одну руку.

— Потому что это место идеально! — уверенно заявила я, приоткрыв один глаз.

Он улыбнулся уголком губ, словно признал мой ответ достойным.

— Ты голодна?

Валтер вытащил небольшое покрывало и постелил его на траву. Я удивилась его подготовке: из рюкзака появились сэндвичи с ветчиной, яблочный пирог, яблочный сок и, конечно, яблоки. Много яблок. Я отметила про себя эту его любовь к фруктам и решила запомнить.

Мой собственный запас еды выглядел куда беднее: пара роллов с курицей, бананы и бутылка воды. Но, в конце концов, мы устроили вполне уютный импровизированный пикник.

— Немного.

Конечно, это лукавство.

Я была голодна, как тролль на диете из листьев салата.

Распечатав сэндвич, я с аппетитом откусила кусочек. После прогулки по лесу его вкус был изумительным. Запив всё это водой, я повернулась к Валтеру, чтобы спросить, почему он ничего не ест, но он уже стоял в нескольких метрах от меня. Я громко втянула в себя воздух.

Он был без футболки. Солнечный свет ласково касался его обнажённого тела, подчёркивая каждую линию. Валтер разминал шею и плечи, двигая ими медленно и размашисто.

Он сегодня решил проверить меня на прочность?

Широкие плечи и мощная спина с чёткими изгибами мышц притягивали взгляд. Его бледная кожа контрастировала с яркими рыжими волосами, которые походили на языки пламени. Эта игра света и тени делала его похожим на оживший шедевр — слишком красивый, чтобы быть реальным.

Я почувствовала, как всё больше начинаю злиться. Захотелось с размаху дать самой себе пощёчину. Внутри разгорелась странная смесь гнева, желания, восхищения и стыда.

Неужели кто-то может быть настолько идеален?

Он стоял напротив меня с закрытыми глазами. За его спиной вытягивались огромные красные крылья. Они были длинными, заострёнными на концах, подобно крыльям птиц.

Не в силах сопротивляться любопытству, я встала и медленно подошла ближе. Яркие перья словно манили, тянули к себе, как магнит. Валтер стоял неподвижно, но я заметила, как его плечи напряглись. Он затаил дыхание, словно ожидая моих действий.

Я встала позади него, рассматривая это чудо — прекрасное сочетание изящества и силы. Крылья были большие, достаточно прочные и гибкие на вид. Каждое крыло имело основу, подобную скелету, состоящую из костей, обтянутых мягкими мышцами и покрытых гладкими перьями.

— К-как? — прошептала я, заикаясь.

Его ответ не заставил себя долго ждать.

— Важный аспект — эргономика крыльев, их адаптация к анатомии и движениям. Они имеют специальные суставы и мышцы, позволяющие свободно складывать и разворачивать крылья, а также контролировать их движения в полете. Они чувствительны к дуновению ветра и изменениям атмосферных условий. Это помогает поддерживать баланс и стабильность в воздухе.

Он объяснил это так быстро, будто заранее подготовил речь.

— Они тяжёлые? — поинтересовалась я, приходя в себя.

— Вовсе нет. Достаточно лёгкие и подвижные, — тон Валтера казался нервным.

Думаю, таких вещей он никому прежде не объяснял.

— А как они вообще помещаются под кожей?

Валтер замялся, будто не знал, как ответить, или боялся, что я не пойму.

— Крылья складываются внутрь благодаря сложной системе сухожилий и специальных полостей в спинных мышцах. Они буквально «сворачиваются», как веер, и прячутся в области между лопатками.

Он сделал паузу, проводя рукой по шее, как будто собирался добавить что-то важное.

— Но это процесс энергозатратный, — продолжил он. — Чтобы скрыть или раскрыть крылья, требуется много сил это только выглядит просто.

— Это как они должны складываться, чтобы влезть туда? Они же огромные! — не унималась я, поражённая такой анатомической загадкой.

— Благодаря структуре костей, — его голос стал более уверенным. — Они полые, но невероятно прочные, что делает их лёгкими. А ткань — особая. Она обладает высокой эластичностью, но при этом прочнее большинства природных материалов, которые вы знаете.

Я замерла, пытаясь представить себе, как такие огромные крылья могут исчезнуть буквально на глазах.

— Это… потрясающе, — прошептала я.

— Да. Ещё один подарок науки.

Его тон стал чуть мягче, как будто мой восторг немного смягчил напряжение.

— Больно? — спросила я, разглядывая красное чудо перед собой.

Валтер ответил быстро:

— Иногда. Особенно, если они повреждены. Но я привык.

— Ясно, — он всё ещё не двигался. Лёгкий ветерок ерошил уголки перьев.

Я робко протянула руку, ощущая, как сердце бьётся в груди всё сильнее. Очень неуверенно, боясь, что это видение исчезнет, словно мираж, я осторожно прикоснулась к ним. Они были удивительно мягкими и приятными наощупь.