— Разве ты не всё знаешь обо мне от Киры? Она говорила, что ты пожал ей руку в день знакомства.

Он грустно усмехнулся.

— Раскусила, значит. К сожалению, я узнал больше, чем мне было нужно, но не о тебе, а о Кире. Хотя было кое-что... Марк, кажется. Рыжий, голубоглазый… в её представлении он выглядит почти как я.

Я ощутила как кровь отхлынула от лица. Чувство вины вонзило зубы мне в горло.

Но почему я так растерялась?

— Валтер...

— Около десяти часов. Любимое блюдо? — перевёл он вопрос.

— Ты ревнуешь? — спросила я, слегка прищурившись.

Он какое-то время серьёзно смотрел на дорогу, но затем хмыкнул и улыбнулся.

— Нет. Он — прошлое, а я — настоящее и будущее! Так какое у тебя любимое блюдо?

Я быстро заморгала.

Будущее...

— Хм, я много чего люблю. — Я и правда просто люблю поесть, независимо от того, рыба это или мясо, главное, чтобы было вкусно приготовлено. — А, я знаю. Окрошку на кефире.

Он посмотрел на меня, как на умалишённую.

— Дай угадаю. Ты ещё любишь пиццу с ананасами и банановое пиво?

— В общем, да. Если бы увидела в меню пиццу с ананасами, не раздумывая заказала бы её.

— Окрошка на кефире, пицца с ананасами и банановое пиво, — повторил он недоверчиво.

— Окрошка отлично подходит для жары, если ты не знал. А сладкий ананас классно дополняет солёные соусы. Что касается бананового пива... — начала я, с важным видом отстаивая свои предпочтения, но внезапно заметила на его лице хитрую улыбку. — Эй, чего ты смеёшься? Ты хоть раз всё это пробовал?

Валтер сразу стал серьёзным.

— А я ведь действительно никогда не пробовал всё это, — задумчиво признался он. — Тогда почему я так уверен, что это невкусно?

— Насобирался лишней информации, — нашлась я, что ответить.

— Где мы можем заказать что-то подобное в Салониках? — спросил он, и в его голосе звучала совершенно искренняя заинтересованность.

Похоже, он действительно подумывал всё это попробовать, и его сосредоточенное лицо выглядело так умилительно, что я едва сдержала смех.

— Боюсь, нигде. Но я обязательно приготовлю тебе окрошку, — пообещала я. И он тихонько кивнул, смотря на дорогу.

— Моя очередь. В твоём мире есть котята? — выпалила я, и Валтер расхохотался.

— Из всех возможных вопросов ты выбрала этот?

— Я запаниковала, — призналась я, недовольно сложив руки на груди.

— У нас есть котята с четырьмя ушками.

— Врёшь!

— Ни капли, — отозвался он. — Ещё у нас есть котики, которые меняют цвет шерсти, как хамелеоны.

— Нееееет. Ты все выдумываешь!

— Моя очередь. Почему тебе нравится аниме?

Я задумалась всего на секунду.

— Неважно, насколько страшный соперник и через что герою придётся пройти, в конечном итоге, герой всё равно победит.

Валтер кивнул, словно проникнувшись моими словами.

Дорога казалась бесконечной. Я даже не представляла, как далеко он собирался меня завезти. Мы ехали уже около двух часов, болтая обо всём на свете.

Я рассказала ему про своего брата и дедушку, про то, как обожаю группу Ghost, и что в детстве мечтала стать водителем огромного американского школьного автобуса. Он слушал внимательно, иногда улыбаясь или смеясь. Например, когда я упомянула, что в детстве собирала осколки стекла, притаскивая их домой, потому что они красиво переливались на солнце, Валтер чуть не подавился водой.

— Ты коллекционируешь странности? — спросил он со смехом, и мне стало немного теплее от его реакции.

Но настроение изменилось, когда разговор зашёл о его семье. Валтер рассказал о своей матери, и каждая деталь его истории словно впивалась в меня. Она погибла сразу после его рождения и больше не проснулась.

— Ей просто не за чем было, — спокойно пояснил он, словно это было в порядке вещей. — За двенадцать месяцев вынашивания она пережила настоящий ад. Постоянные, нестерпимые боли мучили её, но всё же это было честью — привнести в мир Феникса. Игнисы-мироходцы почти перестали рождаться, и её жертва была уникальной возможностью.

Голос Новака был ровным, почти отрешённым. Отец, по его словам, всё ещё жив и здоров, но между ними нет близости. А ещё у Валтера был брат, с которым он не виделся уже много лет.

— Ты говоришь так безразлично о родных. Не чувствуешь ничего по отношению к ним, да? — осторожно спросила я, ощущая, как холод пробирается в мой голос.

Валтер кивнул, его лицо оставалось бесстрастным.

— Зачем мне что-то к ним чувствовать? Какая польза?

Зачем чувствовать? Польза?

— Неужели не скучаешь брату? Сколько лет вы не виделись?

— Не скучаю. Не виделись чуть больше двадцати лет.

Я долго молчала, переваривая его слова.

— Чуть больше двадцати... Точно, Валтер, я так и не знаю, а сколько тебе лет? — спросила я, вдруг осознав, что даже в мыслях не задавалась этим вопросом раньше.

— Если я скажу, ты от меня сбежишь!

— Не сбегу. Обещаю.

— Шестьдесят семь!

Моя челюсть буквально отвисла.

— Я знала, что ты старше, чем выглядишь, судя по тому, что ты рассказывал, но... шестьдесят семь? Я бы дала тебе двадцать восемь.

— Неужели гожусь тебе в дедушки? — с нескрываемым ехидством протянул он, и уголки его губ дёрнулись вверх.

— Мой дедушка был старше тебя, так что не выделывайся. Или теперь мне говорить: «не выделывайтесь»?

Валтер недовольно хмыкнул, быстро убрав улыбку.

— Мы практически перестаём меняться после двадцати восьми, так что ты права, я выгляжу не старше тридцати.

Почему-то эта информация погрузила меня в уныние. Значит, всего через пару лет я буду выглядеть старше него? А через двадцать — визуально буду годиться ему в матери. У людей-то нет регенерационных камер. Эта мысль показалась нелепой, но почему-то не отпускала. Странно, что я вообще позволила себе думать о нас в таком далёком будущем.

— Как далеко нам ещё ехать? — поинтересовалась я, пытаясь отвлечься и глядя на белые ватные облака. Сегодня они были низко и напоминали тающий зефир, хотя в это время обычно уже потихоньку темнело.

— Ещё минут пятнадцать.

Я кивнула, не сводя глаз с неба. Остаток пути мы ехали молча. Меня накрыло спокойствием и расслаблением. Ветер игрался с моими волосами, и я вспомнила, как ребёнком ездила на природу с дедом на старом мотоцикле с коляской. Тогда ветер так же трепал кудри. Как же давно это было...

Вскоре дорога закончилась, переходя в узкую тропу с деревянными указателями. Машина остановилась, и я выбралась наружу, жадно вдыхая свежий воздух. Тропа действительно вела в горы, открывая потрясающий вид на зелёные склоны и бескрайние просторы.

На удивление, тут было очень комфортно и легко дышалось. В городе воздух всегда казался тяжёлым, а здесь лёгкие наполнялись свежестью и ароматом хвои. Я прикрыла глаза, позволяя этому ощущению унести меня на мгновение в мир безмятежности.

— Нам сюда, — произнёс Валтер, забрасывая на плечо рюкзак.

— По тропинке?

— Пока да.

— А потом?

— Всё увидишь. Доверься мне! — уверенно ответил Валтер, поворачиваясь ко мне, и я словно приросла к месту.

Белая футболка подчёркивала каждую линию мускулистого торса. По его рукам пробегали тонкие, соблазнительные вены. Он выглядел как герой из моих самых смелых фантазий, и в тот момент я невольно поймала себя на мысли: имею ли я право быть девушкой такого красавца?

И как Кира могла подумать, что Марк похож на него. Никто во всей Вселенной не может быть похож на Валтера Новака. Никто.

— Всё в порядке?

Валтер внимательно посмотрел на меня, явно не понимая, что творится в моей голове.

— Ммм? — промычала я, не сразу поймав его вопрос.

— Боишься остаться со мной в лесу? — его голос был мягким, почти обволакивающим, как шёлк.

— Нет, — глухо ответила я, подходя ближе.

Всё внутри меня трепетало. Раз уж мы остались вдвоём, нельзя терять ни секунды. Если бы он только знал, что сейчас бояться стоило ему. Я не доверяла самой себе — не в его присутствии.