Ее жест был полон нежности и понимания, словно она обращалась к раненному ребенку. Все замерли, боясь даже дышать. Любое резкое движение, любой необдуманный звук могли снова спровоцировать зверя.

Ее рука дрожала от усталости и напряжения, но она продолжала тянуться, пока кончики ее пальцев не коснулись холодной, чешуйчатой кожи. Он прикрыл глаза, словно принимая ее прикосновение. Тихий, жалобный стон вырвался из его пасти.

Я видел, как чешуя геккона тускнеет, как его рычание становится тише, как пламя в его глазах гаснет. Видел, как постепенно он становится меньше, принимая свои обычные размеры.

Огромный зверь, сеющий хаос и ужас, на моих глазах превращался в обычное, пусть и крупное, существо.

Я перевел взгляд на Эллу, все еще поглаживающую геккона, словно своего питомца. Затем, посмотрел на изумленного Даррмона, гадая, как так произошло.

Одиннадцать лет… Неужели, всё это время она была одна? Эта мысль эхом отдавалась в моей голове, словно болезненный удар.

Одиннадцать лет жизни, в которой ей пришлось скрывать часть себя, чтобы выжить...

Отдаленное крыло Академии Эбблфорн.

— Что вам было велено?! Сдерживать геккона, избегая применения излишней силы! — Саларон приблизился к одному из своих учеников, гневно сверкая глазами. — Мы все могли погибнуть. Все, Фловерт!

— Но ведь вы…

— Молчать! Вашим действиям нет оправданий! По вашей вине ваши братья сейчас борются за жизнь, вы предстанете перед судом, как и положено!

— Но…

— Никаких но! — возразил магистр, оборачиваясь к остальным. — Во всём этом есть и моя вина, как никак ошибку сотворил именно мой ученик и я лично займусь этим вопросом.

— Ты волен сам решать, касаемо своих учеников, Саларон. — Старейшина не сводил глаз с геккона, мирно сложившего свою голову на колени девочки.

«Эта девочка… является ли она той самой? Для неё ли светит звезда? Сила, исходящая от неё невообразима. Однако, с великой силой приходит и великая ответственность… Могли ли мы доверить эту ответственность той, в чьей крови течёт отголосок тьмы? Могли ли мы так рисковать? Нет…

— Нет.. — произнёс он уже вслух, отчего все обернулись к нему в изумлении. Даже геккон поднял свою голову, казалось, прислушиваясь к его словам.

— Хранитель, — игнорируя все взгляды, старейшина обратился к хранителю, сидящему поодаль и наблюдающему за ситуацией с отстранённым лицом.

Старейшина не раз отмечал про себя, его старый друг медленно отходил от дел. Он редко вмешивался в происходящее, предпочитая роль наблюдателя, тенью скользящей по краям событий. В его молчании слышалось больше, чем в любом высказанном слове, но разгадать смысл этого молчания становилось все труднее. Он уходил в себя, в лабиринт воспоминаний и размышлений, становясь все более отстраненным от мира, который когда-то поклялся защищать.

— Хранитель, — Громче позвал Старейшина, пытаясь пробиться сквозь пелену отчуждения, окутавшую его друга. И только после этого, Хранитель медленно перевел взгляд, отрываясь от невидимой точки в пространстве. — Выскажи своё мнение. Как нам поступить?

— Испокон веков, гекконы всегда следовали своим путём. Их связь с миром глубже, чем мы можем постичь. Они посредники, хранители равновесия. Мы не вправе препятствовать его воле. Это всё, что я могу сказать. — Эолин вновь погрузился в свою отстраненность, словно происходящее его совершенно не касалось.

— Мисс Диггл, — Старейшина поднялся со своего места и направился к ним. Он медленно протянул руку, ожидая реакции геккона. Тот, в свою очередь, медленно наклонил голову, подставляя ее под руку Старейшине. — Невероятные создания… В его глазах можно увидеть мудрость веков.

— Вы правы, старейшина, — Элла отступила на шаг, позволяя ему подойти ближе к геккону.

— Чувствуете ли вы связь с ним? Я говорю вовсе не о привязанности, если вы понимаете меня.. О нечто большем?

— Я не понимаю, старейшина. Профессор Левен задавал мне уже этот вопрос, на который у меня не нашлось нужного ответа. Я не чувствую чего-то особенного, если вы об этом.. От него исходит сильная защита, не более.

— Защита… чтож, и этого вполне достаточно. — Магистр погладил свою длинную бороду, переводя взгляд на остальных. — Мисс Диггл, по окончанию турнира вам придётся покинуть академию.

— И что будет дальше? — Ни один мускул не дрогнул на лице этой, бесспорно, смелой девушки. Казалось, для неё это было ожидаемо. Старейшина позволил себе короткую паузу, прежде чем ответить.

— Дальше… дальше, мисс Диггл, все зависит от вас.

Тем временем, Саларон незаметно подхватил Фловерта, уводя в сторону.

— Меня накажут? Я ведь не сделал ничего. Я не…

— Глупец, — процедил сквозь зубы Саларон, оттаскивая ученика в пустой коридор. — Если бы держал рот за зубами, все было бы намного проще.

— Но я ведь действовал по вашей указке, именно вы велели мне связать зверя.

— Не смей, — голос Саларона прорезал тишину коридора, словно лезвие. — Не смей выставлять это так, будто я подталкивал тебя к подобной глупости. Но, несмотря на твоё неуважение, я всё же помогу тебе.

— Что со мной будет? Вы поможете избежать суда?

— Помогу, конечно же… — Саларон усмехнулся, наблюдая, как в глазах Фловерта вспыхивает робкая надежда. — Я избавлю тебя от необходимости предстать перед Советом.

Саларон, не теряя ни секунды, активировал портал, используя кольцо на руке. Руны на нём засветились, оплетая воздух вокруг них нитями фиолетового света. Пространство стало искажаться, а после появился портал, откуда веяло холодом и гнилью.

— Куда он ведёт? — ещё недавняя надежда, сменилась ужасом. Юный маг сделал шаг назад, чувствуя … неправильную энергию, исходящую от этого места.

— Туда, где тебя никто не найдёт, Фловерт, — ответил Саларон, в его голосе звучала неприкрытая лесть. — В место, где твои таланты будут оценены по достоинству, а все ошибки забудутся.

— Я… я не уверен, магистр, — пробормотал Фловерт, дрожащим голосом. — Я…

— Не будь глупцом, Фловерт! — рявкнул Саларон. — Ты отказываешься от моей помощи?

Фловерт все еще колебался, но Саларон, потеряв всякое терпение, схватил ученика за плечо и силой впихнул в портал. Раздался короткий крик, и портал захлопнулся, оставив Саларона одного в тишине коридора.

— Повелитель не любит долго ждать. — Саларон огляделся по сторонам, убеждаясь, что никто не видел происходящее. Затем, с непроницаемым лицом, он вернулся в крыло Академии, готовый предстать перед Советом и изобразить искреннее сожаление о "побеге" своего никчемного ученика.

Эксперимент совета, по всей видимости, подходит к концу…

Скоро я покину академию, последний этап турнира через два дня... Совсем скоро…

«Дальше все зависит от тебя», — слова старейшины промелькнули в голове, отзываясь пустотой внутри.

Я понимала, что от меня ничего не зависело. Рано или поздно, они избавятся от меня, ровно также, как и одиннадцать лет назад. Я была для них сложным ребусом.. слишком сложной, слишком не такой.. Они наблюдали за мной, анализировали, изучали… и, в конце концов, вынесут свой приговор.

Удар!

Я не успела среагировать и спиной ощутила резкую боль от удара о холодный пол. Подняв глаза, встретилась с насмешливым взглядом… наследного принца.

Снова.

— Только не говори, не говори… Я сам угадаю, — Он протянул мне руку и помог подняться, при этом галантно отряхнул с меня пыль. — Ты снова убегаешь от несправедливости этого мира. Я угадал, мельница?

— Вы правы, Ваше высочество, — горько усмехнулась я.

— Ты молодец, чтобы ни было.

Я непонимающе вскинула брови, не ожидая услышать подобных слов от принца.