Саларон подчеркнул последнее слово, бросив взгляд в сторону Элайры и Старейшины.

— Я рад это слышать, Саларон. Но слова Старейшины заставляют меня задуматься. Что если угроза внутри? Что если кто-то или что-то обходит наши защиты, использует наши сильные стороны против нас?

— Уверяю вас, Ваше Величество, мы разберемся с этой угрозой. Ни один предатель не избежит кары. Мы используем все наши знания и силы, чтобы выявить и покарать виновных. И пусть он не надеется на милосердие - за измену расплата будет страшной и неминуемой. Если потребуется, подвергнем каждого жителя в Донт-Рее проверке. Мы не пожалеем сил на то, чтобы защитить наши земли от любой угрозы, внешней или внутренней!

И снова белый потолок…

По запаху я сразу определила - я в корпусе целительства. Удивительно, но я практически не ощущала боли. Лишь смутное ощущение дискомфорта, словно я долго лежала в неудобной позе.

Аккуратно повернув голову, увидела знакомые белые стены и услышала тихий мерный звук, который мог принадлежать только одному – магическому целительному куполу. Значит, все не так плохо, как могло бы быть.

Я осторожно приподнялась. Голова закружилась, и пришлось снова откинуться на подушку. Медленно, постепенно, возвращалась ясность. Я осмотрела себя. На руках и ногах виднелись остатки целебной мази. Под белой тканью рубашки ощущались бинты.

Да, досталось мне знатно.

— Элла, — прозвучал неуверенный голос брата. Я обернулась и увидела Ригона, направляющегося ко мне.

— Ригон? Ты чего тут? — игнорируя головокружение, я приподнялась на кровати и, заметив рядом стакан с водой, незамедлительно его осушила.

— Я волновался, тебе всё ещё больно? — он остановился у края кровати, наблюдая за мной с тревогой.

— Все в порядке, Ригон. Я жива. Целители постарались на славу, — попыталась улыбнуться, но получилось, наверное, криво. — Где Селена? Не знаешь, как она?

— С ней Сэмвелл Ронн.

Кольнуло.

— С ней все хорошо? — стараясь придать голосу ровный тон, спросила я.

Ригон пожал плечами.

— Я находился неподалеку и заметил как он нёс вас обеих к целителю. Вот и прибежал следом.

— Ясно.

И чего внутри всё бушует … Неужели меня заполняет горечь от того, что он с ней, а не со мной?Глупо…

Ригон присел на стул рядом с кроватью, продолжая смотреть на меня с беспокойством.

— Как твои успехи с магией? — Сейчас, глядя на него, во мне поднималось непреодолимое желание пригладить его взъерошенные волосы. Хотелось коснуться его щеки, заключить в объятия и заполнить ту зияющую пустоту, что терзала его изнутри. Хотелось передать ему всю ту любовь, которой он был несправедливо обделен.

— Да оставь ты это, — отмахнулся он. — Ты лучше скажи, могу я чем-нибудь помочь?

— Просто будь рядом, — прошептала я, а потом, спохватившись, добавила более бодро: — Геккон… не знаешь что с ним?

— Нет, и знать то не особо и хочу! Академия сейчас под куполом, всплески его энергии обнаружены в запретном лесу. Туда сейчас направился верховный маг из совета, в сопровождении своих людей.

— Они хотят поймать его? — тревога за геккона сдавила грудь, как обруч. Ему ведь не навредят? Старейшина уверял всех в том, что его нельзя принуждать к чему-либо, нельзя загонять в угол.

— Ситуация вышла из под контроля. Думаю, небезопасно держать его в академии.

— Он не опасен. Геккон всего лишь защищал меня. Кайл … — Я запнулась, вспоминая безумные глаза Рейвенвуда.

— Ты можешь не беспокоиться.. — Ригон бережно положил руку на моё плечо, почуяв тревогу. — Кайла отстранили от занятий. И в скором времени, он предстанет перед судом.

Эти известия принесли облегчение. И дело было вовсе не в том, что я лично пострадала от его рук, хотя его прикосновения до сих пор вызывали дрожь отвращения. Нет, причина была гораздо глубже. Кайл Рейвенвуд – безумец, которого необходимо изолировать от общества.

— Спасибо, что был рядом, — сказала я, осторожно опираясь на спинку кровати. Голова слегка закружилась, но я усилием воли заставила себя не обращать внимания на слабость.

Ригон тут же подскочил со стула, обеспокоенно глядя на меня.

— Элла, тебе нельзя вставать! Целители сказали, что тебе нужен покой!

— Да какой тут покой… Не могу я просто лежать и ждать, пока вокруг происходит неизвестно что.

Ригон, видя мою решимость, вздохнул, но спорить не стал. Он подошел ко мне и осторожно взял под руку, помогая подняться.

Мир перед глазами поплыл, и я на мгновение зажмурилась, крепко сжимая руку брата. Когда зрение немного прояснилось, я сделала несколько неуверенных шагов, стараясь удержать равновесие.

— Куда ты собралась? — спросил Ригон, поддерживая меня.

— Для начала проведаю Селену.

Я сделала шаг, другой, и тут дверь распахнулась, впуская яркий свет коридора в комнату. На пороге застыл Сэмвелл.

Мгновенно все внутри меня замерло. Время словно остановилось, сосредотачиваясь на каждой детали его облика. Растрепанные, темные волосы, беспорядочно падали на лоб. Осунувшееся лицо, казалось болезненно бледным, выдавая бессонные ночи и мучительные раздумья. В каждой линии, в каждом изгибе, читалась измотанность и скрытое напряжение.

Но самое главное – глаза…

Они походили на два темных, бездонных омута, в которых отражалась вся скорбь мира. В них плескалась такая глубокая, всепоглощающая боль, что мое сердце пронзила острая, невыносимая жалость. Почему в них столько боли? Что заставляет его так страдать? И отчего эта боль, отраженная в его глазах, отзывается таким болезненным эхом в моей собственной груди?

Едва Сэмвелл возник в дверном проеме, его взгляд, словно магнит, притянулся к моей фигуре. Беспокойство, которое я видела секундой раньше, разом схлынуло, уступив место чему-то… другому. Он словно замер, перестав дышать.

Его взгляд резко перехватил руку Ригона, крепко держащую мое плечо. И в этот миг словно в комнате стало тесно.

Выражение лица Сэмвелла изменилось неуловимо, но ощутимо. Тревога, с которой он ворвался в палату, испарилась, сменившись густым, обжигающим чувством. В глубине его зрачков плеснуло что-то темное, первобытное, с трудом поддающееся определению.

Лицо его стало жестче, губы едва заметно сжались в тонкую линию, выдавая внутреннее напряжение.

— Как Селена? — хрипло прошептала я, стараясь отвести взгляд от его глаз, но безуспешно. Они словно пригвоздили меня к месту, заставляя чувствовать каждую его эмоцию, каждое колебание. — С ней все в порядке?

— Она спит. Целители дали ей успокоительное. Но… с ней все будет хорошо. Если бы не ты, Элла… — его голос затих, он запнулся, словно не решаясь закончить фразу.

Он беспокоится за неё…

Ригон, до этого молча наблюдавший за нашей перепалкой взглядами, слегка кашлянул, напоминая о своем присутствии.

Сэмвелл перевел взгляд на него, и напряжение в комнате снова возросло.

— Раз уж с ней всё в порядке, думаю не стоит тебе вставать. Тебе нужно восстановить силы. — Ригон попытался аккуратно развернуть меня обратно к кровати, но я ловко увернулась от его прикосновений, сделав шаг в сторону Сэмвелла.

— Помимо Селены, есть еще кое-что, Ригон, с чем мне нужно разобраться. Я в порядке.

Не дожидаясь их ответа, я развернулась и решительно направилась к выходу из комнаты целителей. Сэмвелл попытался меня остановить, схватив за руку, но я вырвалась.

— Остановись! Ты еще слаба! — крикнул он мне вслед. Но я уже не слушала, решительно направляясь в главный корпус. Танана Вейс… именно она нужна мне сейчас. Необходимо выложить все, что я узнала от Коды. И неважно, посчитает ли она меня перебежчиком или же недостойной доверия. Главное - передать информацию, которая может спасти жизни.

Углубившись в знакомые коридоры главного корпуса, я внезапно почувствовала, как меня крепко обхватывают за плечи.