Это место… Могла ли она быть там..

— Мисс Диггл, пожалуй, закончим на этом, — произнесла профессор Вейс, отрывая меня от размышлений. — Сегодня вы показали неплохие результаты, в конце семестра я учту ваши успехи. — Она протянула руку, ожидая, что я верну поглотитель. Перед тем, как передать камень в её руки, я задержала на нём взгляд.

— Профессор, вы сказали, что поглотители способны пробитьлюбуюзащиту… Значит ли это, что в достаточном количестве их силы достаточно, чтобы уничтожить, к примеру, защитные барьеры?

Профессор Вейс замерла, рука ее так и осталась протянутой. В ее глазах промелькнуло что-то, похожее на тревогу.

— Мисс Диггл, я настоятельно рекомендую вам не задаваться подобными вопросами. Вам лучше сосредоточиться на упражнениях, которые мы выполняем на занятиях, этого вполне достаточно. — Профессор твердо взяла камень из моих рук и отвернулась, давая понять, что разговор на этом закончен.

— Я видела их, за пределами академии, — выпалила я ей в спину, слова сорвались с губ, словно плотина рухнула. Больше не было сил держать это в себе, эта информация, возможно, станет тем самым ключом, который поможет разгадать хоть часть происходящего.

— О чём вы, мисс Диггл? Объяснитесь. — Танана Вейс резко обернулась, ее лицо стало жестким и нечитаемым. Всё также держа в руке камень, она напряженно ждала моего ответа.

— Поглотители магии… я уже видела их. У человека в лавке одного торговца. — Признаться, где именно я их видела, означало предать Дэна, подставить его под удар. Поэтому о лавке Лоренсо и деталях нашей встречи с поглотителем я благоразумно умолчала.

Профессор медленно подошла ко мне, и я невольно отступила на шаг, пораженная внезапной переменой в ее поведении.

– Вы уверены, что это был именно поглотитель? Многие артефакты могут создавать похожие эффекты.

— Уверена, профессор, — ответила я, сохраняя зрительный контакт. Но в глубине души закралось сомнение. Могла ли я ошибиться? Могло ли это быть что-то другое, похожее по своим свойствам? Но нет, интуиция кричала об обратном. Это был именно поглотитель, я чувствовала это каждой клеточкой своего тела. Я отступила ещё на один шаг, наблюдая за тем, как Танана Вейс задумчиво хмурит брови. Ее глаза бегали по моему лицу, словно сканируя каждое выражение, каждое движение.

Вдруг, она резко развернулась и направилась к двери.

— Следуйте за мной, мисс Диггл, — наконец произнесла она, не оборачиваясь.

Профессор привела меня в левое, отдалённое крыло академии. Почему-то мне всегда казалось, что здесь находятся лишь ненужные вещи и пыльные, забытые лаборатории. Однако, здесь, на удивление, было весьма уютно.

— Девочка поторопилась с выводами. Кто станет собирать поглотители магии? Стражи следят за порядком в городе, не так ли, глава Ронн? — Я сидела в отдаленной части огромной комнаты. И как бы они не старались приглушать голоса, я все ещё отчетливо слышала каждого.

Войдя в комнату с профессором, я сразу поняла, что попала в эпицентр серьезного разговора, а именно, о пропаже адептов. До меня донеслись обрывки фраз, достаточно, чтобы понять причину рассеянного вида профессора Вейс на уроке – исчез еще один адепт. Многого услышать не удалось, стоило мне показаться в дверях, как все притихли. А после того, как профессор поделилась со всеми новостью, атмосфера окончательно накалилась и я подверглась тщательному расспросу.

— Несомненно, Герольд, несомненно, — протянул глава стражей, не сводя с меня глаз. — Каждый переулок, каждый угол находится под нашим контролем. Беспокоиться не о чем.

Как же… Эта самоуверенность казалась мне неуместной, особенно в свете последних событий.

— Я не был бы так уверен в этом, — прозвучал тихий голос Сэмвелла, нарушив атмосферу показного спокойствия. Его присутствие на столь серьезном, закрытом собрании показалось мне неожиданным.

Римиус оторвал свой пронзительный взгляд от меня и медленно обернулся к сыну.

— Сэмвелл, твои сомнения — как паутина, тонкая, но цепкая. Что же это за нить, которую ты тянешь?

— Боюсь, настоящая паутина плетется за вашими спинами, умело минуя ваш хваленый «контроль».

Глава стражей нахмурился, его пальцы нервно забарабанили по подлокотнику кресла, выдавая скрытое раздражение. Профессор Вейс бросила на меня быстрый, обеспокоенный взгляд, словно проверяя, не слишком ли много я слышу, не посвящена ли я в то, что мне знать не положено.

— Адепт Ронн, — вмешалась она, тактично прерывая нарастающее напряжение. Профессор шагнула вперед, разрывая цепь взглядов, устремленных на Ронна-младшего. — Прошу, проводите мисс Диггл до корпуса магов. Полагаю, мы достаточно услышали на сегодня.

Я поспешно вышла из кабинета следом за Сэмвеллом, его слова эхом отдавались в моей голове, не давая покоя.

«Боюсь, настоящая паутина плетется за вашими спинами, минуя «контроль»."

Его голос звучал твердо и уверенно. Говорил он так, будто уже знал, кто именно замешан в этом темном деле…

— Ты плохо выглядишь. — С трудом поспевая за ним, я украдкой рассматривала его профиль. Казалось, с каждым днём он терял краски, и тень усталости залегала под глазами все глубже. Напряжение в его плечах выдавало, как много он нес на себе, и это напряжение передавалось и мне.

— А ты наблюдательна, Диггл, — его губы тронула легкая улыбка. Будто искра промелькнула в темноте, напомнив о тепле, которое, казалось, он навсегда утратил. От этого простого жеста, от этой едва заметной перемены в выражении лица Сэмвелла, внутри что-то трепетно защемило.

Сердце на мгновение замерло, а затем забилось с удвоенной силой.

Всё тот же холод… Он окутывал меня, проникая в самую глубь костей, словно ледяные иглы вонзались в плоть. Дыхание обжигало горло, превращаясь в клубы пара, исчезающие в кромешной тьме.

Глаза безуспешно пытались уловить хоть какой-то проблеск света, но вокруг царила лишь непроглядная чернота, давящая, всепоглощающая. Она душила надежду, медленно, но верно вытягивая остатки сил.

В этой тьме, казалось, растворилось время. Минуты тянулись как вечность, а часы пролетали незаметно, оставляя лишь ощущение глубокой усталости и бессилия. Холод и тьма сковали сознание, стирая границы между реальностью и кошмаром. Я тонула… тонула в этом бездонном колодце, не в силах выбраться на поверхность.

Интересно… интересно… интересно…

Это слово эхом отдавалось в голове, словно насмешка над моим отчаянным положением.

И вдруг … резкий рывок!

Будто чья-то невидимая рука выхватила меня из этого плена. Мир перевернулся, тьма отступила, уступая место слепящему свету. Глаза судорожно пытались сфокусироваться, различая очертания комнаты, знакомые предметы. Ощущение холода еще не отступило полностью, но его место постепенно занимал нарастающий жар, разливающийся по телу. Я лежала в своей кровати, скомканное одеяло валялось на полу.

Сон? Но ощущения были слишком реальными, слишком болезненными.

— Тебе снился кошмар. — Яркие глаза Коды смотрели на меня с тревогой. Он сидел рядом с кроватью, его тело заслоняло часть света, льющегося из окна.

— Кода… — прошептала я, чувствуя, как дрожат губы. Я протянула руку, и он послушно подставил свою маленькую голову под мои пальцы. — … кошмар, ты прав.

Осознание того, что мама, возможно, находится в этом месте, не давало мне покоя. Ведь то, что я видела, это было ничто иное, как мир тёмных. Само их скрюченное, прогнившее пристанище, где, казалось, сама смерть витала в спертом воздухе. И если кристалл безошибочно указал мне путь, выходит она там… Мысль о том, что она может находиться во власти тёмных, терзала меня, выжигая все внутри. Я должна ее найти. Я обязана вырвать ее из когтей тьмы, даже если это будет стоить мне жизни. Иначе, какой смысл во всем этом? Какой смысл… в чем-либо вообще?

Кода, словно понимая мучительный вихрь моих мыслей, уткнулся мордой мне в ладонь. Его теплое дыхание немного успокоило дрожь.