Сад, казалось, сомкнулся за моей спиной. Там, где он только что стоял, теперь колыхались лишь гигантские, причудливо изогнутые цветы.

— Сэмвелл! — позвала я громко. Мой крик эхом пронесся по саду. Я развернулась и двинулась вперед, продираясь сквозь колючие лианы и гипнотизирующие цветы. Через некоторое время, продираясь сквозь заросли, я увидела впереди фонтан. И возле фонтана… он.

— Сэмвелл! – облегченно выдохнула я, ускоряя шаг. – Как ты здесь оказался? Я думала, ты позади меня, а потом… ты просто исчез.

Он стоял у фонтана, спиной ко мне, и смотрел на воду, что-то тихо бормоча. Я подошла ближе, коснулась его плеча.

— Сэмвелл, что за фокусы?

Он обернулся. На его лице было какое-то странное выражение.

— Фокусы? – переспросил он, и в его голосе звучала какая-то чуждая нотка. — Я просто любуюсь этим прекрасным фонтаном. Никогда не видел ничего подобного.

Не успела я ответить, как слева от меня раздался еще один знакомый голос:

— Ты здесь? Я ждал тебя. Куда ты подевалась?

Я резко повернулась. Там, у клумбы с огромными, пульсирующими цветами, стоял еще один Сэмвелл. Точная копия первого, с тем же встревоженным выражением лица.

Мой разум закружился. Что происходит?

— Что…? – только и смогла произнести я.

Не успела я собраться с мыслями, как из-за раскидистого дерева, чьи ветви были увешаны светящимися плодами, вышел третий. И он тоже был Сэмвелл.

— Наконец-то! – воскликнул третий Сэмвелл, подходя к нам. – Я думал, мы потерялись.

Теперь их было трое. Трое Сэмвеллов, одинаковых, как отражения в кривом зеркале. У фонтана, у клумбы и у дерева. Каждый смотрел на меня, и в каждом взгляде было что-то разное.

Прежде чем я успела что-либо сказать или сделать, из-за фонтана вышел еще один Сэмвелл. Он выглядел более взволнованным, чем остальные, и его шаги были резкими и быстрые.

– Ты здесь! – воскликнул он, оглядываясь по сторонам с тревогой. – Я уже начал думать, что с тобой что-то случилось! Этот сад… он играет с разумом.

Я отступила на шаг, стараясь охватить взглядом всех четверых. Невозможно. Это какой-то кошмар. Но кошмар, который казался слишком реальным.

И словно в подтверждение моих самых страшных опасений, из-за ближайших кустов, полных шипов, появился пятый Сэмвелл. На его лице читалось явное недовольство. Он нахмурился и направился прямо ко мне.

– Ты чего вытворяешь? – выпалил он сердито, остановившись в шаге от меня. – Почему ты просто стоишь, как вкопанная? Нам нужно выбираться отсюда! Или ты хочешь, чтобы мы провели здесь вечность?

Перед моими глазами стояли пять абсолютно одинаковых мужчин, и каждый из них, казалось, ждал от меня какого-то ответа. Но я не знала, что ответить. Я не понимала, кто из них настоящий. И был ли хоть один из них настоящим?

– Этот сад действительно влияет на твой разум, – добавил Сэмвелл у дерева, качая головой. – Тебе нужно прийти в себя.

Недовольство на лице пятого Сэмвелла усилилось.

– Перестань нести чушь, – рявкнул он на меня. – Просто скажи, что происходит. Почему ты так странно себя ведёшь?

Мой разум бился в ловушке между реальностью и иллюзией, не в силах зацепиться ни за что прочное.

— Это очередное испытание, так ведь? — Я нервно зашагала, прикусив губу. — Я должна определить настоящего Сэмвелла. Но почему вас так много?!

– Что ты несешь? – процедил самый сердитый Сэмвелл. – Какое еще испытание? Мы должны выбраться отсюда, пока нас не засосало сюда навечно!

— Помолчи! — рявкнула я на него, в надежде что это лишь иллюзия. — мне нужно сосредоточиться. Дайте мне минутку.

Я внимательно рассмотрела каждого из них и все стало лишь запутаннее. Сэмвелл у фонтана – слишком взволнованный. Сэмвелл у дерева – слишком спокоен. Сердитый Сэмвелл – слишком… сердитый. Сэмвелл перед клумбой – слишком заинтересован. Все они – крайности, карикатуры на настоящие черты Сэмвелла. Настоящий он … сложнее. Намного сложнее. Получается, его здесь и вовсе нет.

Выходит, мое испытание – это не выбрать из них, а найти его, минуя эти иллюзии?

Стоило мне подумать об этом, как иллюзии встрепенулись, задвигались, словно марионетки, чьи нити внезапно оборвались.

– Что ты несешь? – загремел сердитый Сэмвелл, его лицо исказилось в гримасе гнева. – Ты должна выбрать одного из нас! Это – правило игры!

– Ты ошибаешься! – запаниковал Сэмвелл у фонтана, дергая плечами. – Мы застрянем здесь навсегда! Выбери меня! Я знаю, как отсюда выбраться.

– Не слушай их, – проговорил Сэмвелл у дерева. – Я понимаю, как устроен этот сад. Держись меня, и мы пройдем через это вместе.

– Ты просто боишься признать, что ошибаешься, – процедил Сэмвелл перед клумбой, и в его голосе впервые прозвучала злоба. – Неужели ты не видишь, что я – самый рациональный?

Они наседали со всех сторон, их голоса сливались в оглушительный хор, лица – в размытое пятно. Сад давил на меня, шептал, уговаривал, угрожал. Это была их последняя попытка сломить меня, заставить поверить в иллюзию. По всей видимости, я на верном пути.

— Вы - не он. Лишь иллюзии, отголоски, — шептала я, прикрыв глаза.

Сад замер. Хор голосов стих, сменившись гнетущей тишиной. Я почувствовала, как уходит давление, как ослабевает хватка иллюзии. Медленно открыла глаза.

Иллюзии начали медленно рассеиваться, растворяясь в воздухе, словно дым. Последним исчез самый сердитый Сэмвелл, бросив на прощание злой взгляд.

Оставшись одна, я снова огляделась. Сад словно выдохнул, стал обычным, лишившись своей пугающей силы. Внезапно, кто-то резко схватил меня за плечо, отчего я вскрикнула.

— Тише ты, Диггл.. — прозвучал голос Сэмвелла. Настоящего Сэмвелла. — Это я, всё хорошо.

— Это ты, действительно ты, — выдохнула я, и облегчение волной окатило все тело.

Сэмвелл нахмурился.

— Ты тоже видела…? — Он запнулся, не договорив.

— Иллюзии? Да, целую толпу поддельных Сэмвеллов. — Я невесело усмехнулась. — А ты? Значит, сад развлекался не только со мной?

Вместо ответа он кивнул, и в глазах его мелькнула мрачная тень.

— Этот сумасшедший сад подкинул мне целую кучу "тебя". Пять твоих копий… И каждая тянула в свою сторону. Одна плакала и умоляла о помощи, другая смеялась и звала остаться здесь навечно, третья… Она вообще молчала и просто смотрела с каким-то жутким равнодушием.

— Нас специально разделили, — задумчиво произнесла я. — И как ты нашел меня? Что, если я – очередная уловка сада, искусно созданная иллюзия?

— Я понял, что тебя там нет.

— Как ты это понял? — не унималась я.

Он подошёл ближе и посмотрел мне прямо в глаза, с такой серьёзностью, что меня пробрала дрожь.

— Иллюзии были настолько убедительными, что я несколько раз был на грани того, чтобы поверить им. Но …

— Но что? — нетерпеливо подтолкнула я.

Сэмвелл вздохнул и отвёл взгляд.

— У них не было… той самой искры. — Он снова посмотрел на меня и снова дрожь прошла по телу. — У них не было твоего упрямства, твоей безумной веры в то, что всё можно исправить. В их глазах не было твоего … огня.

Тишина, повисшая между нами, казалась оглушительной, нарушаемой лишь отдаленным шелестом листьев и пением птиц - неестественно ярким и громким, подчеркивающим фальшивость этой идиллической картины.

— Нам нужно поторопиться, — нарушил тишину Сэмвелл, отворачиваясь. — Держись рядом, сад так и норовит разделить нас по разные стороны.

Он пропустил меня вперёд и мы направились вглубь сада. Но едва мы сделали несколько шагов, как тропинка под ногами словно ожила. Она начала извиваться, менять направление, раздваиваться, словно змея, пытающаяся нас запутать.

— Стой! — крикнула я, чувствуя, как головокружение подступает. — Смотри под ноги! Дорога меняется!

Сэмвелл попытался остановиться, но было поздно. Земля под нами разъехалась, словно две половинки расколотого яблока. В образовавшуюся щель провалился сначала он, а затем и я, успев лишь отчаянно протянуть руку в его сторону.