— Нет, он не экстрасенс, — повторяет Дженн.

— Но он знал о Викторе, — протестую я, когда они останавливаются передо мной.

Джейс перемещается и встает рядом со мной, но, похоже, он не так сильно хочет выгнать Дженн и Аврору, как Лайонела.

— Вероятно, он увидел в списке гостей, что ты придешь, и навел о тебе справки, — объясняет Дженн. Ее глаза серьезны, но также полны сочувствия, когда она указывает на меня и на главный зал в конце коридора. — Он, вероятно, подумал, что произвести на тебя большое впечатление будет отличной рекламой для его шоу, поэтому он обратил на тебя внимание.

Стоящая рядом с ней Аврора кивает.

— Мы не знали о твоем брате, но как только узнали, что искать, нам хватило всего пары попыток, чтобы найти это.

Достав свой телефон, она показывает мне старую новостную статью из местной газеты, где находился наш летний домик. Я отвожу взгляд от фотографии Виктора, которая там изображена.

— Но там только сказано, что он утонул, — возражаю я. — Откуда он мог знать, что это произошла в реке? Что он прыгнул в нее? Что я тоже там была? Что я пыталась его спасти? — Страх и боль пронзают меня, и я взмахиваю рукой в воздухе. — Он не мог! Только если Виктор был... — Я задыхаюсь от слов.

Дженн и Аврора обмениваются взглядами. На лице Авроры мелькает смущение, но также и огромное сочувствие, когда она поворачивается ко мне.

— Послушай, я... — начинает она, заправляя свои светлые волосы за ухо. — Я была очень близка с нашим дедушкой. И когда он умер, я... Ну, короче говоря, я очень увлеклась этим, — она бросает на Дженн серьезный взгляд. — И я до сих пор верю, что настоящие экстрасенсы существуют.

Дженн просто кивает, как будто не собирается с этим спорить.

Аврора поворачивается ко мне.

— Но большинство людей, и особенно те, кто ведет подобные шоу, — мошенники.

— Но как он мог узнать? — Эмоции впиваются мне в грудь острыми когтями. — Он не мог...

— Он применил технику холодного чтения¹⁰, — перебивает Дженн. Ее голос звучит твердо, но не грубо. Не сводя с меня взгляда, она поднимает брови. — Помнишь, что он сказал? Сначала он сказал, что это было озеро. Но потом ты нахмурилась. Слегка. И тогда он назвал реку. Вот тогда-то ты и сглотнула.

Я моргаю, глядя на нее в замешательстве и удивлении.

— Я внимательно наблюдала за тобой, — объясняет она и бросает взгляд на Аврору. — Я узнала все, что могла, об этих видах холодного чтения, чтобы я могла объяснить это Авроре и вытащить ее из... — Прочистив горло, она переводит взгляд обратно на меня. — В любом случае, он не знал о реке, течении и всем остальном. Он догадался, а затем наблюдал за твоей мимикой, чтобы определить, прав ли он. Если ты сглотнула, приоткрыла рот, расширила глаза, нахмурилась или отстранилась, он это заметил и использовал.

Меня охватывает неверие. И в течение нескольких секунд я лишь смотрю на нее.

— Он… Он догадался?

И Дженн, и Аврора кивают. Дженн выглядит решительной, а Аврора смотрит на меня так, словно в точности понимает, что я чувствовала тогда, в том зале, и что я чувствую сейчас.

Меня охватывает ярость. Достаточно сильная, чтобы сжечь все это здание.

— Он догадался, — повторяю я, и в моем голосе слышится гнев. — Он притворился, что мой брат был здесь и разговаривал со мной с того света? Он притворился.

— Да.

Меня захлестывает новая волна ярости. Он заставил меня пройти через всю эту боль и эмоциональные потрясения ради шоу? Он воспользовался моим горем ради денег? Ради рекламы?

— Я хочу убить его. — Эти слова вырываются из моей души с такой силой, что я чувствую вкус крови. Ярость, словно молния, пронзает мое тело, когда я перевожу взгляд с Дженн на Аврору, а затем на Джейса, который молча наблюдает за мной. — Я хочу, чтобы он умер. Мы можем это осуществить?

Боже, не могу поверить, что прошла через все это дерьмо, через все эти эмоции, а все это оказалось ложью. Это было лишь мошенничество. Такие люди не заслуживают...

— Ну, да, — отвечает Джейс. На его лице застыло бесстрастное выражение, он неопределенно указывает на себя, переводя взгляд с меня на сестер Карлайл. — Я мог бы… Я... Ну, ты знаешь.

И при виде этого из меня вырывается прерывистый, но в то же время искренний смех.

Боже, где же этот совершенно необыкновенный человек был всю мою жизнь?

Джейс

Аромат плавленого сыра, трав и свежеиспеченных багетов с чесночным маслом наполняет кухню и гостиную, когда я выкладываю на тарелку приготовленную мной пасту со сливками, а затем разламываю багет пополам, кладя одну половину на тарелку Кайлы, а другую — на свою.

На обратном пути после шоу экстрасенса я заехал в магазин, чтобы купить кое-какие ингредиенты и готовый багет, который можно было запечь в духовке, так как у меня было предчувствие, что Кайле нужно что-нибудь вкусненькое. Она не сказала этого, но я все я видел по ее глазам. К тому же еда — это идеальное лекарство от душевной боли.

Взяв тарелки, я поворачиваюсь к столу. Кайла сидит там с бокалом вина, погруженная в свои мысли. Но она поднимает взгляд, когда видит, что я подхожу к столу.

Счастье отражается на ее лице, когда она опускает взгляд на еду.

При виде этого у меня почти замирает сердце, и я не могу сдержать улыбку, которая расползается по моим губам. Поставив перед ней тарелку, я обхожу стол и опускаюсь на стул напротив нее. Раздается тихий стук, когда я ставлю свою тарелку.

Она берет нож и вилку, но затем замирает. Ее взгляд устремляется на мое лицо, словно она ждет, что я скажу ей, что можно начинать есть. С моих губ срывается удивленный вздох, и я жестом предлагаю ей начать, пока пробую вино.

Она ухмыляется и набрасывается на еду.

Тихий стон срывается с ее губ, и она на секунду закрывает глаза, продолжая жевать.

Мое сердце делает сальто в груди.

Боже, я обожаю смотреть, как она ест. Я обожаю готовить для нее. И мне нравится, какой счастливой она после этого становится.

Отставив бокал с вином, я беру свои приборы и тоже принимаюсь за еду. И, черт возьми, это действительно вкусно, если можно так выразиться. Я и правда отличный повар. Мои братья должны платить мне, когда я украшаю их столы своими необыкновенными блюдами. Пока я жую, меня охватывает подозрение, потому что я вдруг понимаю, что, вероятно, именно поэтому они все так часто приглашают меня к себе. Особенно на ужин, когда в их холодильниках меня ждет удивительное количество ингредиентов. Хм. Умно.

— Кстати, на самом деле я не хочу, чтобы он умер.

Я моргаю, вырываясь из мыслей о своих подлых братьях, и поднимаю голову, встречаясь с прекрасными голубыми глазами Кайлы, смотрящей на меня через стол.

— Экстрасенс, — уточняет она. — На самом деле я не хочу его убивать.

Меня охватывает тревога.

— Не хочешь?

— Нет. Он подонок, но... — Она пожимает плечами. — В любом случае, я просто подумала, что стоит это прояснить.

— О... Черт. — Бросив вилку обратно на тарелку, я засовываю руку в карман джинсов и достаю телефон. — Подожди.

Она отшатывается и в шоке смотрит на меня.

— Подожди, ты серьезно?

Я мельком смотрю на нее, пока отправляю быстрое сообщение в групповой чат с братьями, прося их прекратить наши приготовления.

— Ну, да, — отвечаю я, засовывая телефон обратно в карман. Пожимая плечами, я смотрю ей в глаза со смесью недоумения и серьезности. — Ты сказала, что хочешь его смерти, так что...

Отблески свечей пляшут в ее удивленных глазах, когда она смотрит на меня.

— Ты действительно сделаешь это? Убьешь кого-то ради меня?

— Конечно, убью.

— Нет, я не беру сейчас в расчет то, что ты мой телохранитель. Ты действительно убьешь кого-то ради меня, кого-то, кто не представляет прямой угрозы, только потому, что я тебя об этом попросила?

— Да.

Я бы сделал гораздо больше. На самом деле, не думаю, что есть что-то, чего бы я не сделал ради нее.