— Лаборатория готова, — радостно сказал Тене, когда Сергей спустился вниз, — ты можешь уже сегодня начать свои опыты. Нужно только подписать кое-какие документы.

— Документы? — переспросил Звягинцев.

— А, — махнул рукой помощник, — это пустая формальность. Давай съездим в канцелярию, затем в лабораторию.

Канцелярия располагалась в центре Клезбурга, рядом с Королевским Дворцом, и ехать пришлось не долго.

В заведении царила обычная офисная суета, если не обращать внимание на то, что вместо стука пальцев по клавишам компьютеров и гудение ксероксов, здесь слышался шорох перьев по грубой бумаге.

— Сюда-сюда, — говорил Тене, показывая Сергею дорогу.

Они минули ряд столов с писарями, одетыми в синие сюртуки с черными нарукавниками, затем оказались в тесной комнатушке, где довольно пожилого вида человек в красном костюме, разложил перед Звягинцевым стопку документов и пододвинул к нему чернильницу.

— И все это я должен подписать? — спросил он, рассматривая документы.

В них были куча таблиц с наименованиями каких-то товаров, их цен и количествах. На каждом листочке значились итоги по стоимости.

— Да, подтвердил Тене, — это надо подписать. Здесь реестр того, чтоб было потрачено на организацию лаборатории: реактивы, материалы, жалование служащим.

— Я должен сначала все проверить.

На лице помощника и клерка в красном костюме появилось явное неудовольствие.

— Все уже проверено и перепроверено много раз, — сказал Дужкелин, — тебе осталось подписать.

— Как я могу подписать, не проверив? Я же отвечаю за все это. Дайте хотя бы прочитать…

Тене сделал жест «рука лицо», а Сергей принялся внимательно изучать бумаги.

— Селитра огненная, — прочитал он, — пять килограмм. Колба керамическая — сто штук.

Звягинцев поднял удивленный взгляд на помощника:

— Сто колб? Зачем так много? Я разве просил столько? И где мы их там разместим?

— Видишь ли, Сергей, — покровительственным тоном, как взрослый маленькому ребенка, попытался объяснить Тене, — не все что тут написано, пошло в лабораторию. Тут дело в том, что… как бы это сказать… король очень жадный. И нам приходиться… немножко приписывать, чтобы… мы смогли купить все, что нужно.

— Так вы вовлекаете меня в коррупционные схемы⁈ — гневно спросил Звягинцев.

На этот раз сделал жест «рука лицо» господин в красном костюме.

— Он что, на самом деле не понимает? — спросил тот у Тене.

— Похоже да, — вздохнул Джукелин.

— Ну, дык объясни ему…

— Тут так принято! — проговорид Тене, — Мы не можем просто так запросить деньги на колбы и реактивы. Король, как ты уже, наверное, понял, — он закатил глаза, — жмот страшный. Если мы напишем, что нам нужно десять колб, нам дадут две, и то после долгих препирательств. А если напишем сто, то, может, дадут двадцать. Понимаешь? Это же элементарная арифметика!

Звягинцев уставился на них, переваривая услышанное. Ему казалось, что он попал в какой-то дурной фарс. Он представлял себе научную деятельность как нечто чистое и возвышенное, а тут, оказывается, даже до реактивов нужно добираться через мутные финансовые махинации.

— Но в документах значится, что мы уже их получили, — напомнил Звягинев.

— Послушай, Сергей, — начал он терпеливо, — тут не все так просто, как кажется. Если мы будем играть по правилам, которые нам тут диктуют, то мы вообще ничего не получим. А наука, как ты понимаешь, требует затрат. Реактивы стоят денег, колбы стоят денег, даже вот эти чернила, которыми ты должен подписать документы, тоже стоят денег. И если не приписывать, не завышать, то мы никогда ничего не добьемся.

— Но это же ложь! — упрямился Звягинцев, — нельзя обманывать!

— Это необходимая ложь, — отрезал Дужкелин, — И если ты хочешь, чтобы твоя лаборатория работала, то тебе придется с этим смириться. Или, — он сделал выразительную паузу, — или будешь работать с одной колбой и пятью граммами селитры. Выбирай.

Клерк в красном костюме подал Звягинцеву перо и чернильницу, не сводя с него усталого взгляда.

— Подписывай давай. У меня еще дел по горло, — сказал он, и тон его не оставлял никаких сомнений в том, что спорить бесполезно.

Сергей смотрел то на стопку документов, то на уставшие лица помощника и клерка. Он понимал, что он, со своим идеалистическим представлением о мире, кажется им каким-то пришельцем. И в то же время, в его душе боролись честность и здравый смысл. Ведь, если не подписать — то, возможно, никакой лаборатории не будет вовсе. И чего он тогда стоит, как ученый?

Звягинцев вздохнул, взял перо и склонился над бумагами. Он готов был уже подписать, но тут в его голове мелькнула тревожная мысль: «А если какая-нибудь проверка? Мне же за обман голову отрубят, тут средневековье».

— Нет! — твердо сказал Сергей, — я не буду участвовать в коррупционных схемах.

— Ладно, — вздохнул Тене, — поехали тогда в лабораторию. Посмотришь, что уже сделано. Сможешь начать работу. Но к вопросу с документами мы вернемся позже.

На этот раз лаборатория выглядела совсем по-другому. Факелы заменили масляными лампами, помещения очистили от мусора, установили полки и мебель. Полки, правда, были почти пустыми, лишь на некоторых стояли керамические колбы, тигели. Из реактивов тут оказалось только немножко селитры, сера, толченый уголь.

— Это что, все? — удивленно нахмурил брови Звягинцев.

— Остальное завезут позже. Пошли наверх, там тебе больше понравится.

Наверху почти ничего не изменилось, разве что навели порядок. И еще поставили стенд с настоящими стеклянными пробирками, правда, их было всего три. И еще лабораторные весы с набором гирек. И все.

— Вот! — гордо заявил Джукелин, указывая на пробирки, — настоящее стекло из Скеалии. Кучу денег за него отдали.

— Зачем⁈

— Ты же сам говорил, что у вас, в вашем мире, химические опыты проводят в стеклянных пробирках. Вот мы и подсуетились.

— Зря. Я и в керамической посуде могу вещества смешивать. Лучше бы реактивов больше купили.

— Жаль, что не угодили, — с обидой в голосе произнес Тене, картинно разводя руками.

— Ладно. Попробую начать с тем, что есть. Мне еще нужен кварцевый песок. Он был в списке. И сода. И еще известняк.

— Это будет трудно достать.

— На первых этапах кварцевый песок можете заменить речным. Но вот сода и известняк нужны обязательно.

— Ладно, достанем, — пообещал Тене, — но сам понимаешь, это все стоит денег. Король столько не даст, если список не будет внушительный…

Сергей сделал вид, что не понял намек. И тут у него возникла идея.

— Кстати, — проговорил Звягинцев, — если недалеко от Клезбурга есть битумные ямы… мне нужна оттуда жижа. Из нее можно сделать много всяких интересных ингредиентов. И продавать их.

В глаза Тене появился алчный блеск.

— Ты говоришь про нефть? — спросил он, — про ту самую, из которой можно «огненное зелье» изготовить?

— Да.

— Знаешь… ты, наверное, зря сказал о нефти Римагну… Но ладно, возьмем его в партнеры. Его техномагия, наверное, тоже нам пригодится. В общем, Сергей, дружище. Ты правильно заговорил о нефти. В вашем мире — это черное золото, не так ли? Значит, это и в нашем мире перспективная жилка. Ибо, как ты не раз утверждал, наш мир просто отстал во времени. Следовательно, заглядывая в ваш мир, я заглядываю в будущее.

— Короче. Давай-ка перейдем к делу, — прервал монолог Звягинцев, — к чему разглагольствовать.

— Да, перейдем к делу. Помнишь, в том заведении, я показывал тебе Аларда? Я договорюсь о встрече с ним, мы обсудим условия сделки. А пока, пожалуй, я тебя оставлю. Можешь проводить свои эксперименты. Вся лаборатория к твоим услугам. Вечером я пришлю кучера, чтобы забрал тебя.

— Хорошо, — кивнул Звягинцев, чувствуя, как беспокойство спадает, — я пока осмотрюсь тут, подумаю, что можно сделать.

Оставшись один, Сергей обошел все комнаты, сосчитал инвентарь. Потом вспомнил о своих экспериментах с магией. «Пожалуй, пока в лаборатории нет большого количества опасных реактивов, можно попробовать, — подумал он, — правда, зелье в поместье оставил. Зря я отпустил помощника. Ладно, попробуем без этих сушеных грибочков».