— Ладно. На сегодня свободен, а завтра будем проводить инвентаризацию складских запасов.

— У меня плохие новости, Арамир, — сообщил маг, по привычке скрывая свое лицо за капюшоном.

— Да я уж чувствую, что ты сильно взволнован. Что случилось? Опять Лихо?

— Ах, если бы Лихо… Оно больше пугает, чем представляет реальную опасность. Да, эта штука жрет заживо людей и ходит воет по ночам. Но от него есть магическая защита. А вот маг, возомнивший себя правителем княжества, пусть и мелкого — это куда более серьезно.

— Это уже проверенная информация, или только слухи?

— Слухи. Но я уже начал проверять. Используя птиц-шпионов, осмотрел замок. Узнал, что Рулгас Еинзиех больше не правитель. Теперь вместо князя какой-то самозванец. Да и сам город изменился. Как будто бы новый князь стал богаче. И народ выглядит более… довольным, что ли.

— И ты думаешь, новый князь — маг?

— Да, у меня есть все основания так полагать. Во-первых, в городе увеличилась магическая активность. Во-вторых, слухи. Дыма без огня не бывает. В-третьих сам князь. Он как-то странно себя ведет. Дергается постоянно, когда находится на публике. Как будто хочет спрятать лицо в капюшоне, как странствующий маг, но сейчас на нем не балахон мага, а одеяние князя. И еще. Этот новый князь очень часто выступает на публике. Говорит странные речи. А народ с упоением слушает его. Народ боготворит нового правителя. Но и самое главное. Когда я попытался проникнуть в разум этого человека, он мне ответил довольно ощутимым ментальным ударом. Это точно маг-менталист.

— Если это маг, то весьма странный. Обычно маги не рвутся к власти.

— Вот именно. Странное явление.

Сергей лично ходил по амбарам, пересчитывал мешки с зерном и сверял с бухгалтерскими ведомостями. За этим занятиям его застал прибывший Тене.

— Что ты делаешь? — удивленно спросил тот.

— Ревизия. Не видишь, что ли? И, похоже, имеет место недостача.

— Так, т-сс, — прошептал помощник, указывая на сторожа и пару крестьян, которые принесли оброк и сдавали его кладовщице.

Затем он схватил Звягинцева за рукав и куда-то повел.

— Здесь мы можем говорить без свидетелей, — сообщил Тене, когда они вышли на безлюдное место, где-то за деревьями.

— Смотри, — говорил помощник, — недостача — это нормальное явление. Ты просто посчитай, хватит ли запасов тебе. Если Фиринг не наглеет, то и ладно. Понимаешь, надо делиться. Жадничать не нужно.

— Делиться? — не понял Сергей.

— Ну да. Фирингу тоже нужно кушать. А еще у него большая семья.

— Не понимаю. А при чем тут недостача?

— Ну… ты как с Луны свалился. Ты не можешь в открытую платить Фирингу жалование. Другие крестьяне будут завидовать. Может быть, начнут бунтовать. Вообще, крестьяне не могут получать жалование. Они обязаны работать на барщине, безвозмездно. Но Фиринг — профессионал своего дела. Ему надо платить. Но ты не можешь. Выход — просто давать ему самуму брать себе зарплату в виде… воровства.

— Да что это за бардак-то такой! — возмутился Звягинцев.

— Такова жизнь.

— Ладно. Тогда, может быть, мне дать ему вольную, а потом нанять как наемного рабочего официально?

— Ты дурак? А если он захочет уйти к другому хозяину? Чем ты его удержишь? Повысишь зарплату? Разоришься. Для тебя же выгодней, чтобы Фиринг был крепостным.

— Подожди… — проговорил Сергей, начавший понимать, что к чему, — и свое воровство он сваливает на других крестьян, необоснованно наказывая их?

В голосе Звягинцева послышались нотки гнева.

— Ну… такова жизнь, — развел руками Тене.

— И что? Ничего нельзя сделать?

— Ну а как иначе? Кого-то же надо бить кнутом за воровство. Не самого же Фиринга.

Сергей выругался матом.

— Э… я не понял, что ты хотел сказать.

— Не бери в голову, это… на нашем языке так выражают бурные эмоции по какому либо поводу.

— В общем, дружище, — Тене похлопал Сергея по плечу, — Фиригн на тебя немого в обиде. Я, конечно, поговорю с ним. Но и ты скажи, что при ревизии ничего не заметил и по-прежнему доверяешь ему. Короче, не буди лихо, пока оно тихо. Ущерб от воровства небольшой. А то, что наказывают других — ну… пусть крестьяне бояться, это тоже хорошо, не решатся на бунт.

Сказать, что Звягинцев был в гневе, ничего не сказать. Он был просто взбешен. Но, с другой стороны, Сергей понимал, что нельзя вот так просто взять и изменить эту патологическую систему. Тут нужно все хорошо обдумать.

— Ладно, — проговорил попаданец, усилием воли подавляя приступ ярости, — я так и сделаю. Теперь давай поговорим о насущных делах.

— Да, о насущных делах. Сегодня у нас две поездки. Первая — это лаборатория, где ты будешь заниматься изобретением стекла. Пока ее еще обустраивают, но все равно, нужно посмотреть, может быть, какие-то замечания или пожеланию будут. А вторая — это Риманг. Он жаждет продолжить беседу о технологиях вашего мира.

Лаборатория располагалась в городской черте, на самой окраине, прямо у стены. Вход представлял собой невзрачную дверь, ведущую в темноту. Косяк был настолько низкий, что пришлось даже пригнуться, прежде чем начать спускаться по длинной лестнице в какое-то подземелье.

Внутри оказалось три помещения, весьма просторных. Здесь суетились какие-то люди, они прибивали полки и собирали мебель.

— Ну, как тебе? — с довольной улыбкой спросил Тене, усевшись на наспех сколоченный стул. — Тебе же нужна была нормальная, серьезная лаборатория. Вот, почти все готово!

— Почти? — переспросил Сергей, чувствуя, как к горлу подступает удушье.

Воздух в помещении был явно не первой свежести.

— Что-то не так?

— Да тут дышать нечем! Вы бы хоть вытяжку поставили.

Звягинцев вспомнил лабораторию в Коемертоне. Она тоже была расположена в подвале, но не так глубоко. И там, по крайней мере, была вентиляция.

— Вытяжку сделаем, — пообещал господин Джукелин.

Сергей огляделся по сторонам. Освещение, создаваемое факелами, явно не соответствовало нормам охраны труда. «В средневековье, наверное, и понятия такого нет, как охрана труда», — грустно подумал Сергей.

— Ладно, и когда они закончат? — поинтересовался Звягинцев.

— Через пару недель, наверное, — пожал плечами Тене. — Но одна комната уже действительно готова, — он махнул рукой в сторону одного из коридоров,– Пойдем, покажу.

Как оказалось, тут было не три, а больше помещений. Сергей и Тене миновали какие-то залы с каменными сводами, затем по лестнице поднялись в помещение, где были даже окна, благодаря которым внутри было относительно светло. Посреди комнаты стоял большой деревянный стол, который скорее походил на верстак, чем на лабораторный стол. Вокруг были разбросаны какие-то инструменты, куски дерева и прочие строительные материалы.

— Вот, посмотри, — сказал Тене, показывая на стол. — Здесь будешь свои опыты ставить. А вот тут, — он указал на дальнюю стену, — будут стоять твои колбы и прочие штуки.

Звягинцев оглядел помещение. «Колбы и прочие штуки», по всей видимости, еще не доехали.

— Это все конечно хорошо, — сказал Сергей, — но где реактивы, приборы? Где все это?

— А что, разве что-то не хватает? — удивился Тене. — Ну, ты скажи, что нужно. Все будет! Я же обещал, — он улыбнулся, демонстрируя свою готовность помочь.

— Ладно. Я предоставлю список.

— Отлично. Есть еще какие-то пожелания?

— Да. При некоторых химических процессов могут выделяться ядовитые газы. Поэтому втяжка нужна очень хорошая, сама лучшая. А еще лучше если часть лаборатории вообще организовать на открытом пространстве. Ну, и средства индивидуальной защиты нужны: перчатки, защитные маски на лицо.

— Про последнее не понял.

— Ладно, поехали, по дороге расскажу, как они должны быть устроены.

Гном принял их в одном из заваленных всяким хламом комнат, посреди которой каким-то чудом оказалось несколько потрепанных стульев, на которых гостям и было предложен сесть.