Попутчики были немногословны, что в первый, что во второй день путешествия. Они сидели, погруженные в свои мысли, а на вопросы Звягинцева отвечали неохотно и односложно. И лишь на третий день пути Алард вдруг разговорился:

— Вы чужестранец, — сказал он, — и никогда не были в Клезбурге. Поэтому, должен вам объяснить. Клезбург — это не какое-то захолустье типа Коемертона, где правит местный лорд. Это столица Клезона, в нем расположен дворец самого Короля! И тут важно не ударить в грязь лицом. Если в провинции свободные нравы, и там никто не обратит внимания на то, что вы не соблюдаете этикет, то в Клезбурге все не так. Понимаете, о чем я?

— Да, — рассеянно кивнул Звягинцев, осознавая, что этикета-то он как раз и не знает.

— Да нет, вы не понимаете, — усмехнулся дознаватель, — это вообще все очень серьезно. Вот пригласят вас на званный ужин. А вы знаете, в какой последовательности нужно пробовать блюда?

— Нет.

— Ну ладно, к вам будет приставлен консультант. Он обучит вас этикету. Думаю, король, когда узнает, какие выгоды сулят ему ваши знания, оплатит и вашего учителя, и прочие накладные расходы. Но знаете ли вы, как нужно обращаться к королю во время аудиенции?

Не дождавшись ответа, господин Огоф продолжил:

— Знаю, что не знаете. Так вот, нужно перечислить все его титулы. Во-первых, король Клезона не просто король, а Великий Король Великого Клезонского Государства. И говорить это надо с большим уважением в голосе.Собственно, мы еще потренируемся это говорить.

Алард на секунду замолк, а потом сказал:

— А еще у королей есть родословная. При обращении нужно говорить ее до седьмого колена. Так что, придется все это выучить. У вас память хорошая?

— У мудрецов обычно бывает хорошая память, — встрял в разговор Зикон, — иначе как бы они могли запомнить столько знаний.

­– Да, я, полагаю, я смогу это выучить, — улыбнулся Сергей.

— Конечно он сможет, — продолжал говорить Зикон, — иначе какой он мудрец. Я знал одного мудреца, он мог запомнить целую книгу, просто прочитав ее… А вы так сможете, господин Сергей?

— С первого раза? Пожалуй, нет. Но прочитав несколько раз, самое важное, конечно запомню.

— Так вы, выходит, не мудрец? — ехидно спросил помощник Аларда.

— Если у человека хорошая память, это еще не говорит о том, что он мудрец, — парировал Звягинцев, — запомнить информацию — это еще полдела. Нужно уметь ее анализировать. Обобщать, делать выводы. А насчет запоминания… есть специальные методы улучшения памяти. Это, как говорится, дело второстепенное. Можно сделать так, что даже человек с «плохой» памятью сможет выучить очень много.

— Что, правда? И вы знаете, как это сделать?

— Конечно.

— О! Расскажите. Расскажите, пожалуйста, господин Сергей.

— Это бесполезно, — усмехнувшись, встрял в их разговор Алард, — у моего помощника такая дырявая память, что ему ничего не поможет. Именно поэтому он всего лишь помощник, а не королевский дознаватель. И то благодаря тому, что его тетушка замужем за шурином господина министра контроля и надзора его величества… — дальше шло перечисления всех титулов короля.

— Вы запомнили, господин Сергей? — поинтересовался Зикон.

— Э… нет. Господин Алард сказал все слишком быстро. Я не успел придумать мнемонику.

— Мнемоника — это что такое? — спросил Азидс.

— Это способ придать информации, которую надо запомнить, некий смыл, благодаря которому мы можем ее легко запомнить. Это можно сделать для текста, для ряда цифр, даже для бессмысленных выражений.

— И как это работает на практике?

— Например, первые три поколения родословной Агмада-I я все-таки запомнил. Как раз мнемотехникой. Агмад-I является третьим сыном Неввла-II. Тут надо запомнить имя Агмад-I и Неввл-II. И то, что Агмад сын Неввла. Первое имя я просто уже помню, второе тоже. А то, что Агман третий сын Неввла, я просто представил его младенцем, а Неввла взрослым мужчиной, чья жена родила тройню…

— А по-моему, это только все усложняет, — перебил Алард, — теперь надо еще запомнить, что жена Неввла родила тройню.

— Для этого достаточно представить трех орущих младенцев, — улыбнулся Сергей.

— Ладно. Если вам так удобно, пользуйся.

— А по мне, так в этом что-то есть, — сказал Зикон, — а остальные два поколения как вы запомнили, господин Сергей?

— То, что Неввл-II является первым сыном Неввла-I я просто представил как смену поколений. Сына назвали именем отца, и им присвоили номера. Такие вот нумерованные короли…

— Я не советую вам рассказывать про вашу мнемотехнику другим людям, они могу донести, что вы оскорбляете короля, — сообщил Алард, так что, давайте прекратим эти разговоры.

— А если не про королей? А про что-то более… хм… безопасное? — спросил помощник дознавателя.

— Иностранные слова. Например, «хлеб» по эльдринский будет «акмак». Разбиваем его на слоги «ак» и «мак». Я запомнил так: «Из АК вырос мак».

Зикон непонимающе уставился на Сергея, и тот осознал, что употребил слова из русского языка.

— Извините, — сказал Звягинцев, — мне все-таки удобнее думать на родно языке. Вы, конечно, должны использовать знакомые вам слова, чтобы составить мнемотехнику. Например…

Сергей задумался.

— Принцип я понял, — сказал вдруг помощник следователя, — не знаю только, поможет ли мне это улучшить память…

— Поможет-поможет, — пообещал попаданец, — тут главное, воображение подключить.

— А вот с воображением у меня не очень, — признался Азидс.

— Да ничего страшного, его можно развить. Надо только тренироваться. Можно начать с запоминания ряда не связанных друг с другом слов. Например: «жандарм, лампа, дружина, сковородка, собака, монета, озеро, сундук, суп, пробка». Запомнить можно так: 'Жандарм зажег лампу, чтобы внимательно рассмотреть сковородку, на которой жарилась собака…

— Тьфу, жуть, — обронил Алард.

— … проглотившая монету, которая плавала в озере, в котором утонул сундук, где варился суп из пробки'.

— Так… так… — проговорил Зикон, — сложно… но, кажется, я кое что запомнил. Жандарм шел с лампой, там что-то на сковородке было… а…собака! Собаку живодеры проклятые на сковороде жарили! Она еще монету проглотила, и в озере утонула… Еще там что-то было. Суп где-то варился…'.

— В сундуке суп варился, — напомнил следователь, — только я не вижу в этих рассказиках практической пользы. Разве что скоморохам и трубадурам с ними выступать, народ веселить.

— Это слова позволяет запоминать, — возразил Зикон, — я вот запомнил: жандарм, лампа, собака, живодеры, озеро, сундук, суп'.

— Неправильно! Не было там живодеров, ты их сам придумал. И про сковородку забыл. И про монету. И про пробку.

— Ничего страшного, — улыбнулся Звягинцев, — он еще только учиться.

— Зато я без всякой этой вашей мнемотехники весь реестр запомнил.

— Потому что список короткий. А если бы слов было сотня?

— Ну… это было бы труднее, — сдался Алард, — тут придется повторить много раз.

— А с мнемотехникой и сотня не проблема. И много раз не надо повторять. А если натренироваться, то вообще с первого раза можно запомнить.

— Но что-то вы не смогли родословную короля с первого раза запомнить, господин Сергей.

— Ну… я и не тренировался особо. Просто использовал первый попавшийся под руку инструмент. И даже в таком виде он весьма эффективный.

— Может быть, — пожал плечами дознаватель, — только я не понимаю, а в чем практическая польза запоминать реестры слов?

— Это, на самом деле, только начало. Потом можно научиться запоминать цифры, иностранные слова, картинки, географические карты, различные факты, произвольный текст…

— Хм… весьма любопытно. Если честно, я, кажется, тоже заинтересовался вашей методикой. Пожалуй, в будущем я расспрошу вас подробнее. А сейчас давайте немного помолчим, отдохнем, ибо скоро прибудем в город. Нам понадобятся свежие силы.

Вскоре грунтовая дорогая сменилась брусчаткой, которую Сергей уже видел, когда попал сюда в первый раз. Затем появились деревянные столбы, украшенные всевозможной резьбой, наверху которых были белые шары. «Фонари? — удивленно подумал Звягинцев, — и на чем они работают? На магии?».