— Я с тобой, — сказала девочка, когда Сергей направился к двери.

— Нет, оставайся здесь, там опасно.

Когда Сергей, в сопровождении стражи и Хогфалана пришли на место, огонь уже потушили. Пожарных тут как таковых не было, в ликвидации пожара участвовали слуги и Мелинда, которая, как маг огня, помогала им своей магией.

Звягинцеву открылось страшное зрелище: покрытые копотью стены, обугленные полки, лопнувшие сосуды с реактивами. Несколько черных листочков от сгоревших книг были подхвачены ветром.

— Я вижу, сгорели ваши трактаты? — грустным голосом спросил Рэймон, тоже подошедший к месту происшествия.

— К счастью, это всего лишь журналы регистрации экспериментов. Неприятно, но не смертельно. Все произошло, когда я спал. Как это было?

— Не знаю. Слуги доложили, что горит ваша лаборатория. Сейчас сюда прибудут следственные маги, они выяснят подробности.

— Надеюсь, меня допустят к расследованию?

— Нет. К сожалению, я вынужден вас арестовать. До выяснения всех обстоятельств. Стража!

Сергей был возмущен и удивлен. «Но лучше не сопротивляться, — рассудил он, — Иначе будет только хуже».

Звягинцева отвели в комнату во дворце и поставили возле нее охрану. «Ладно хоть не в камеру», — облегченно подумал попаданец, вспоминая, в каких условиях тут держат обычных заключенных.

Первый допрос состоялся на следующий день. Сергея привели в какое-то подвальное помещение, без окон, которое освещали парочка факелов. Тут царил полумрак, создающий тягостную атмосферу. Дознаватель, одетый в какой-то шутовской наряд с длинным колпаком на голове, предложил сеть на жесткий деревянный стул, а сам сел за стол напротив, буквально нависая над допрашиваемым.

— И так, — задал он свой первый вопрос, — хранилось ли в вашем рабочем помещении, где произошел пожар, какие либо артефакты, связанные с магией огня?

Пока следователь говорил, у Сергея возникло ощущение, что кто-то копается у него в мозгах. Звягинцев потряс головой, сгоняя наваждение.

— Скорее всего, нет.

— Скорее всего?

— Я не знаю, как работает магия огня. Поэтому я не могу точно утверждать, что у меня не было что-либо из «магии огня». Но специально никакие артефакты я не приобретал и не хранил.

— Но вы изготавливали огненно зелье. Вы не использовали магию огня?

— Нет. Для этого я использовал знания химии.

— Объясните мне, что это за знания.

— Боюсь, это будет долго.

— Мы никуда не торопимся. Допрос будет продолжаться столько, сколько нужно.

«Если я буду читать ему лекции по химии, то не выберусь из этих катакомб вовек. Нужно придумать что-то более быстрое», — размышлял Сергей, как вдруг ощущения «копания в мозгах» повторилось.

— Простите, вы маг-менталист? — спросил Сергей.

— Здесь вопросы задаю я. Так что вы можете пояснить по этой вашей химии?

— В том мире, откуда я прошел, это наука о веществах и их превращениях, — собравшись с мыслями, ответил Звягинцев.

Ощущения, будто кто-то залез ему в голову, не проходило.

— Послушайте! — слегка раздраженным тоном проговорил Сергей, — если вы думаете, что это я поджег лабораторию, вы глубоко ошибаетесь. Зачем не вредить самому себе.

— Ошибаюсь я или нет, это не вам решать! — примерно таким же тоном произнес ему дознаватель, — ваше дело отвечать на вопросы, а не оценивать мою компетентность. Так что там с химией?

— Как я уже сказал, — продолжал делиться информацией Сергей, стараясь сохранять спокойствие, — химия — это наука о веществах. В том мире, откуда я пришел, эта наука очень сильно развита. Мы знаем, как без помощи магии создать огненное зелье. Эти знания я и использовал. Что вы еще хотите узнать? Вам рассказать рецепт приготовления коктейля Молотова? Или что?

Дознаватель задумался, а Сергей поймал себя на том, что ему очень неприятно опущение присутствия в своем разуме кого-то постороннего. Попаданец напряг волю, и мысленно выкинул того, кто «копается в мозгах», защитив свою голову воображаемой невидимой стеной. Правда, это не помогло, и через некоторое время кто-то снова проник в его разум.

— Расскажите кратко, как вы делали этот ваш… коктейль Молотова. Ведь так вы называете свое огненное зелье? — наконец снова заговорил ведущий допрос странный человек.

— Если кратко, то рецепт прост. Берем нефть, получаем из нее бензин, смешиваем с горючими маслами. Нефть — это такая черная жижа из битумных ям.

— И вы хотите сказать, что преобразуете эту черную жижу в этот ваш… бензин, и все это вы делаете без магии?

— Конечно. Нефть состоит из нескольких фракций, каждая имеет свою температуру кипения. Таким образом, я и разделяю их выпариванием.

— Так… — дознаватель опять задумался, — значит, вы работаете с опасными веществами, верно?

— В некотором роде да. Но я соблюдаю технику безопасности.

— Вы готовы поклясться в этом именем Двуединого Бога?

— Разумеется.

— Хорошо. На сегодня допрос окончен. Стража!

— Меня долго будут держать взаперти? — спросил Сергей, прежде чем его увели.

— Столько, сколько нужно, — сухо ответил дознаватель.

На следующий день Звягинцева снова повели на допрос. Теперь он длился гораздо дольше. На этот раз дознавателей было двое, оба в таких же шутовских нарядах, что и в прошлый раз. Они дотошно выспрашивали о том, что происходило незадолго до пожара. Сергей заметно напрягся, когда следователи заинтересовались Инновой. Он стал говорить медленней, обдумывая каждое слово, постоянно ощущая, как давление на разум, исходящее откуда-то извне, нарастает. Голова буквально трещала от напряжения.

— Вы утверждаете, что ваша жена не владеет магическими способностями?

— Да. Утверждаю. Не владеет.

— Под «да» вы имеете в виду, что она владеет магией?

Пауза.

— Говорите быстрее! — торопил другой дознаватель.

— Иннова не владеет магическими способностями.

— Я не это спросил. Я спросил, понимаете ли вы под словом «да» что ваша жена обладает магическими способностями? — продолжал напирать первый дознаватель.

— Нет, я не это имел в виду.

— А что вы имели в виду?

— Что Иннова не владеет магией.

— Но только что вы сказали, что она владеет магией.

— Я этого не говорил.

— Вы же сказали, что под «да» подразумеваете, что ваша жена обладает магическими способностями, не так ли?

— Вы, пытаетесь, меня, запутать… — отчетливо, делая большие паузы, проговорил Сергей.

И снова ментальная атака. А дальше все как в тумане. Вопросы, ответы. Звягинцев уже почти не соображал, что говорит. Он уже не помнил, как его привели в комнату, где он лег на кровать и сразу же заснул.

Сергея подняли среди ночи.

— Господин, собирайтесь, быстрее, — сказал один из стражников.

— Куда? — удивленно проговори он, — что вообще происходит?

— Нет времени объяснять. Нужно уезжать быстро.

— Вы кто? На каком основании?

— Приказ Рэймона. Быстрее. Иначе мы поведем вас силой.

Сергей понял, что стражники не шутят.

— А как же моя жена? А мои вещи? Книги, компьютер? — спросил он.

— Не уполномочен отвечать на эти вопросы. Мне приказано увести вас в Йормарг. Собирайтесь.

«А если это какой-то заговор или похищение?», — вдруг подумал Звягинцев и сказал:

— Я могу видеть Рэймона?

— Нет! — сухо отрезал стражник, — нет времени.

Сергей пытался лихорадочно сообразить, что же делать. «Если это похищение, — думал он, — то я могу поднять крик, тогда во дворец будет переполох и похитители вряд ли достигнут своей цели. А если это не похищение, и меня, наоборот, спасают? Только от чего? И, с какой стати? Вообще, все странно…».

Звягинцев думал, один из стражников угрожающей потрогал рукоять висевшего у него на поясе клинка. «Как бы то ни было, они представители власти, — в конце концов рассудил Сергей, — а сопротивление представителям власти чревато в любом из миров».