Старая и с виду совсем рассохшаяся дверь ворот поддалась на удивление легко, хотя, судя по всему должна была застрять на первом же моем усилии. Однако нам с Фредом удалось распахнуть ворота и загнать экипаж во внутренний двор.

Здесь когда-то было красиво, как, наверное, и во всем особняка. Теперь же это было весьма печальное зрелище. Между брусчаткой проросла трава, на месте, где должны быть клумбы, рос бурьян. Однако к самому дому вела скромная протоптанная тропинка. Мы здесь не одни?

Стоило мне так подумать, как главные двери скрипну, отворились. На крыльцо вышла женщина в возрасте. Платье на ней было грязным и старым, фартук засаленным, из-под чепца выбивались седые пряди волос. Увидев меня, она нахмурилась, обернулась к двери.

— Кенни! Кенни, поди сюда! — Заорала женщина. — Тут гости. — Она обратилась ко мне. — Вы заблудились, госпожа? Может, дорогу до города показать?

— Нет. Не думаю. — Пока я говорила, на крыльце появился, по всей видимости, упомянутый Кенни. Был он того же возраста, что и женщина передо мной, а его одежда была такой же потрепанной, как и остальное поместье.

— Госпожа, — прохрипел он, словно сам факт её появления был для него невыносимой обузой.

— Это ведь Холлисайд? — На всякий случай уточнила я со слабой надеждой в то, что Фред все же завез меня куда-то не туда.

— Он самый. — Женщина прищурилась, глядя на меня.

— Я его новая хозяйка. Граф Холборн… мой муж, прислал меня сюда.

— Батюшки свят! — Женщина всплеснула руками. Я видела, как она хотела поспорить со мной, но тут появился Фред.

— Тётушка Шани, помните меня?

— Фред! Это и правда ты? — Женщина упрела руки в бока. — Быть того не может.

— Поместье уже давно никто не посещал, — пробормотал мужчина. — Здесь никого не было годами.

Я внимательно осмотрела этих двоих. Судя по всему, это те, кого оставили присматривать за поместьем, чтобы оно тут совсем не развалилось. Не сказала бы, что они хорошо справлялись со своей функцией. Очевидно, ленивые и апатичные слуги просто существовали здесь как два гриба на лесной опушке.

Я понимала, что должна быть твёрдой, несмотря на то, что выгляжу как совсем наивная девчонка, иначе эти двое сядут мне на шею да дело с концом. Понятно, что на милосердие в этом месте надеяться не стоит. Я здесь такая же нежеланная гостья, как в доме Холборна.

— Проводите меня внутрь, — приказала я, стараясь, чтобы голос звучал уверенно.

Слуги нехотя подчинились. Внутри поместье было столь же запущенным, как и снаружи. Повсюду лежал слой пыли, паутина обвивала углы, а мебель казалась такой же древней, как и стены, которые её окружали. Однако мое внимание привлекло не это. Как только я пересекала порог, ощутила странное дрожание воздуха. Звучит странно, но как будто дом оживал при моем приближении. Было ощущение, что за каждым углом кто-то прячется, что стены слышат мое дыхание и шепчутся между собой.

Я остановились у окна, выходящего в запущенный сад. Всмотрелась в тени деревьев, и мне показалось, что на мгновение кусты роз зашевелились, будто кто-то невидимый коснулся их. Но когда я моргнула, всё вернулось к обычному виду. Сад, хотя и запущенный, хранил в себе что-то неуловимо живое, не поддающееся времени.

— Сад и огород заброшены, — холодно сказала женщина, заметив её взгляд. — Ничего здесь не растёт уже давно.

Я не ответила. Странно, Холборн послал меня сюда просто чтобы избавиться от ненужной жены-ширмы. Но я вдруг ощутила странную связь с этим местом, как будто оно ждало моего прихода.

— Я хочу, чтобы вы приготовили комнату для меня и освободили часть сада и огорода, — сказала я твёрдо, и мой голос эхом разнёсся по пустым комнатам. — Завтра начнем работу.

— Какую работу? — Не поняла меня тётя Шани.

— По превращению этого хлева в приличный дом, конечно же. — Я строго взглянула на женщину. Спорить она не посмела. В глазах читался мой приговор: сумасшедшая. Ну и ладно, но жить в таких условиях, как гриб, я точно не намерена.

Вдруг я заметила что-то краем глаза. Повернула голову к грязному окну. Оно выходило на огород. И тут я заметила среди сорняков, как что-то едва заметно светилось.

Магия, тихая и старая, как само поместье, ощущалась в каждом его уголке, словно пробуждаясь от долгого сна. Не знаю каким шестым чувством, но я вдруг осознала, что здесь, среди запустения, скрывается древняя сила. Интересно, так ощущают магию в воздухе местные жители?

Я завороженная смотрела на сад за окном, как ветерок кружит желтые листья в воздухе. Немедленно захотелось там прогуляться…

— Езжали вы бы отсюда, госпожа… — Послышался ворчливый старческий голос рядом.

— Это почему же? — Я обернулась, недоуменно глядя на женщину.

— Проклято это место. Не будет никому из Холборнов здесь покоя. — Её горящий взгляд буквально впился в меня.

— Что же, хорошо, что я не Холборн. По рождению.

Не знаю откуда, но во мне неожиданно проснулась решимость. Сколько можно терпеть все эти пинки от судьбы? Что, если это и правда мой второй шанс? Ну и что, что муж — козел. Сама-то я еще ого-го!

— Что все это время здесь делали вы? Шани, верно? — Я посмотрела на женщину таким же грозным взглядом, как она на меня минуту назад. Та опешила.

— Я.. Я… Экономка. — Нашлась женщина. — Шарлоттой зовут, но все меня зовут тётушка Шани, Фред-то, проказник, я его еще маленьким знала…

Так, эта балалайка про воспоминания сейчас надолго. Я резко прервала экономку.

— А вы? — Я ткнула пальцем в мужчину, который плелся за нами все это время, но и голоса не подал.

— Меня зовут Кенни, госпожа. — Мужчина коротко поклонился. — За домом с женой вот присматриваем.

Очевидно, что эти двое даже за собой толком присмотреть не могли. Видно, обоих слуг отправили сюда, чтобы под ногами не мешались, да дом в одиночестве не стоял. Но эти двое, почувствовав свободу и безнаказанность, не сильно-то спешили выполнять свои обязанности.

— В таком случае, показывайте, как вы присматривали за домом все эти годы. Приехала инспекция. — Я решительно закатала рукава под испуганными взглядами слуг.

Наверняка, те не ждали такой прыти от молоденькой девочки. Ха! Но мне-то уже давно не девятнадцать, кое-что и я успела повидать. Сейчас посмотрим, что можно сделать с моим новым хозяйством.

В голове всё ещё звучали последние слова моего нового мужа, холодные, как зимний ветер, отправляющие меня в это место, забытое и заброшенное. На миг я почувствовала привкус горечи, представив, как мои теперь уже бывшие коллеги в мире искусства посмеялись бы узнай, куда я попала. Но быстро тряхнула головой. Не время придаваться унынию.

В сопровождении супругов я начала тщательный осмотр дома. Почти все было в ужасном состоянии. Мои туфельки утопали в толстом слое пыли, в воздухе витал запах сырости и запустения. Кажется моя новая жизнь начиналась в месте, которое казалось на грани разрушения.

Паутина, висевшая в углах комнат, напоминала мне о заброшенных замках, которые я исследовала когда-то в качестве искусствоведа. Но тогда это было частью работы, частью интереса. Сейчас же я чувствовала себя здесь пленницей.

В одной из комнат я нашла старинный камин, массивный и темный, как ночь. Он был украшен резьбой, но время не пощадило его. Я задумчиво провела пальцами по холодному камню, представляя, как много лет назад здесь, возможно, сидели важные гости, обсуждали политику или праздновали победы. Как же резко изменилась моя жизнь: из мира, где каждое произведение искусства было бесценным, в мир, где красота отступила перед временем и равнодушием.

Очевидно, Холборн, отослав меня сюда, знал, что подписал мне приговор. Такой хрупкой барышне, как Элизабет, ни за что здесь не выжить. На что он надеялся? Что я сбегу? Или умру? Ну, нет уж!

Я снова окинула взглядом пространство перед собой. Особняк был трехэтажным, плюс подвал. На первом этаже находилось несколько гостиных, две столовые, кабинет, комната для отдыха и помещения для слуг. На втором — два комплекса хозяйских покоев. Очевидно, мужские и женские. В мужском кроме спальни и гардеробной была гостиная для приема гостей и кабинет. В женском ещё и будуар. Обнаружилась и детская половина.