Скоро праздник, и каждый уголок Холлисайда будто впитал в себя это беспокойное предвкушение. Скоро поместье оживет, наполнится гостями, разговорами и музыкой. А пока — беглый осмотр. Я шагала по комнатам, цепким взглядом проверяя, не осталось ли где неубранного мусора, не запылились ли канделябры, или, что еще хуже, не остались ли следы от недавних ремонтных работ.

— Госпожа Холборн, — услышала я позади голос Шани, которая, видимо, решила, что я собралась исследовать дом до самого рассвета. — Вы уже по второму кругу, — проворчала она, заметив, как я в который раз проверяю сервировку в главной зале.

Я только вздохнула и кивнула. Хотелось успокоить её и себе самой напомнить, что я сделала всё, что могла, чтобы завтра всё прошло идеально. Но волнение всё равно не покидало.

— Ты права, — сказала я, проведя пальцем по спинке стула. — Но каждый раз кажется, что что-то упустила. Мебель обтянули, полы вымыли, окна… Горничные прибыли? Остальные слуги?

— Все пятнадцать человек, — заверила Шани, покачав головой. — Я проследила лично.

С облегчением я перевела дух, но всё равно не могла расслабиться. Взглянула на длинные столы, покрытые белыми льняными скатертями. На завтра здесь будут стоять блюда, которые уже сегодня готовили на кухне — и только на секунду я вообразила их ароматы, как тут же вспомнила о другой, более серьёзной проблеме.

— Шани, — сказала я, обернувшись к ней. — Весь день не могу перестать думать о водопроводе. Илья закончил все работы, но вдруг что-то пойдет не так?

— Вода точно будет, — заверила меня Шани. Поначалу ей не очень нравилась моя безумная идея. Но потом воду провели на кухню, и её скептицизм испарился. — Но… честно признаться, я беспокоюсь, чтобы ничего не случилось с магией дома.

И это был мой самый главный страх. За все эти недели мы столько вложили в подготовку поместья, а стоило чему-то выйти из-под контроля — и вода потекла бы по стенам, свет замерцал, а работы, сделанные к празднику, рассыпались бы в пыль.

Мы продолжили обход. Заходили в каждую комнату, проверяли, всё ли убрано и готово. Спустились на кухню, где повара допекали хлеб и варили бульоны. Запах специй щекотал желудок, заставляя его призывно урчать.

— Остаётся только надеяться, что к завтрашнему дню всё будет так же, — вздохнула я, когда мы вновь поднялись наверх.

Но едва мы успели вернуться в холл, как с улицы до нас донёсся громкий стук и крики. Переглянувшись, мы поспешили к дверям. Я смело отодвинула Шани и сама открыла дверь. На пороге стоял Марк Робингудович, ни жив, ни мертв. У меня тревожно сжалось сердце.

— Что случилось? — спросила я, ощущая, как руки начинают дрожать.

— Графиня, — голос трактирщика охрип. — Мост… мост, который ведет в Ньюкрест. Его затопило. Поток реки в одночасье стал слишком сильным и снес сваю...

— Что? — По спине у меня пробежал холодок. Без этого моста гости не смогут добраться до Холлисайда. Но больше всего меня волновало не это. Поток реки в одночасье стал слишком сильным… Не наше ли вмешательство в магию способствовало этому?

Тяжёлый осенний воздух был полон запахов влажной земли и прелых листьев. Мы с Шани, Кенни и Марком стояли у моста. Склонившиеся над разбушевавшейся рекой деревья, серо-зелёная вода, сносящая всё на своём пути, обломки старого моста, торчащие из реки, как рёбра потонувшего великана… Всё это напоминало картины из тех самых исторических зарисовок, которые я когда-то так усердно изучала.

Пока я рассматривала ущерб, к нам подходили жители деревни. Люди переговаривались вполголоса, некоторые бросали на меня настороженные взгляды, и я отчётливо слышала, как кто-то прошептал: «Ну, это и на её совести».

Раньше такие комментарии кололи бы, как шипы, но сегодня я была слишком сосредоточена на проблеме. Этот мост должен быть восстановлен, причём быстро. Завтра праздник, и поток гостей станет первым испытанием моей способности быть достойной звания графини Холборн.

— Графиня, боюсь, одного вашего приказа тут будет недостаточно, — сказал Марк с едва заметным укором, но затем добавил: — Вам это не понять, но…

— Наоборот, я очень даже понимаю, — с нажимом ответила я, и он удивлённо взглянул на меня.

Погрузившись в воспоминания, я вновь ощутила себя в том мире, где строения возводились годами. Я вспоминала всё, что узнала о реставрации, каменных мостах, что выдерживали века благодаря прочным аркам и устойчивым опорам, а также о том, как, используя подручные материалы, можно укрепить хрупкую конструкцию.

— У нас есть крупные камни поблизости? — спросила я Марка. — Прочные и достаточно большие, чтобы заложить в основание.

Он задумался, а затем медленно кивнул.

— Камней навалом у кузницы. А у Айвана есть старые сваи. Можно и это к делу пристроить.

Я кивнула, ощущая, как ко мне возвращается привычная уверенность. Мы с жителями начали планировать, а я подмечала, как в их взглядах, полном скрытого напряжения, мелькает любопытство. Должно быть, они ждали, что «диковинная графиня» вот-вот скажет что-то нелепое, подтвердит их догадки.

— Нам нужно начать с укрепления сноса моста и создать прочную опору для свай, — сказала я, мысленно возводя структуру в своей голове. — Камни, сваи и верёвки помогут создать каркас. Затем добавим деревянные доски сверху.

Сначала все молчали. Но спустя мгновение я услышала, как Марк отдал распоряжения, а кузнец Айвон, пыхтя, отправился за своими ржавыми прутьями. Всё ещё напряжённые, люди стали подтягиваться ближе, но не с недоверием, а, скорее, с холодным интересом.

Мы приступили к работе. Под моими руками завязывались крепкие узлы, и я проверяла каждую доску и каждый камень. Раньше это показалось бы мне невозможным — как научный сотрудник музея и кабинетный работник, я едва ли когда-нибудь думала, что буду стоять по колено в воде, держа в руках обломки древесины и грязные верёвки. Но сейчас всё это казалось правильным, даже привычным.

Люди работали рядом, и кто-то один бросил:

— Кто бы знал, что новая графиня возьмётся за такую грязную работу.

На что Марк с усмешкой ответил:

— Ну, тут не до белых перчаток.

Кто-то рассмеялся. И я видела, как напряжение начинает спадать, как в их взглядах больше нет той холодной отчуждённости, с которой они встречали меня раньше.

Сваленные рядом с берегом камни образовывали своего рода прочное основание для нашей конструкции, на котором мы разместили сваи. Когда-то в прошлой жизни я видела нечто подобное — в одном из альпийских посёлков старый мост стоял на опорах, укреплённых камнями и брёвнами. Это было лучшее, что мы могли придумать, но глубоко внутри меня всё равно был страх, который я тщательно прятала. А что, если они снова будут разрушены рекой?

— Мисс Элизабет! — громко крикнула мне одна из женщин, та самая Анна, что работала на местной пекарне. Она держала в руках корзину с горячим хлебом и с улыбкой протянула его мне. — Тут всем надо бы перекусить. Вся деревня на ногах.

Я благодарно кивнула и взяла булочку, чувствуя себя почти частью их мира. Жители деревни знали, что я чужая, но и они, и я старались позабыть об этом, пусть даже на мгновение.

Час за часом работа продолжалась. Солнце клонилось к горизонту, озаряя всё багряными красками, и холодный осенний ветер всё сильнее обжигал моё лицо. В какой-то момент я подошла к одному из рабочих и попросила его принести магические кристаллы, которые мы нашли в южном крыле. Воспользоваться ими было рискованно, но я чувствовала, что они могли укрепить нашу конструкцию.

Когда кристаллы принесли, я осторожно разместила их у основания моста и произнесла заклинание. Ветер как будто стих на миг, а я почувствовала, как земля под ногами отзывается тихим, едва ощутимым теплом.

Люди смотрели на меня с уважением и удивлением. Те самые взгляды, что казались холодными, даже презрительными, теперь были… скорее, живыми, светлыми. Сдержанно, но мне улыбались, кивали и не отворачивались.