Клирик: Мой объект через три дня планирует выезд во Францию на шесть месяцев по работе. Просит помощь в ускорении оформления разрешительных документов на провоз собаки.

Монах: Принял. Хорошо. Помочь с перечнем документов?

Клирик: Лучше с ускорением оформления.

Монах: Пробую. И не называй «свою» объектом. Смеюсь — не могу остановиться. Или «моя», или по имени.

Не известно какие возможности у Монаха, поэтому, когда Анна ушла, Сергей сразу позвонил в паспортный стол Елене, обрисовав картину. Та обещала оперативно выяснить и озвучить «цену вопроса».

Посетив душ, где теперь не торопясь, а качественно помылся. Решил посвятить появившееся время осмотру квартиры.

Спальня. Шкаф-купе, заполненный женскими вещами. Небольшой столик у окна с зеркалом. В выдвижных ящиках в основном косметика, и куча непонятных для мужского понимания женских приблуд для наведения красоты. По привычке, выработанной при осмотре мест происшествия либо при обысках в квартирах, Сергей даже заглянул за и под шкаф, но не обнаружил там ни пыли, ни паутины.

В зале, кроме шкафов с книгами, осматривать было нечего. Открыв первый, Сергей вытащил первую попавшуюся на глаза книгу. Стихи. На французском.

Просматривая корешки переплетов, убедился, что весь этот шкаф был с книгами на этом языке.

Во втором шкафу книги пестрили золотыми тиснениями корешков немецкоязычной литературы.

Только на средней полке одна из книг оказалась на французском. Учитывая аккуратность хозяйки, это показалось немного странным, и Сергей протянул к ней руку.

Пес выскочил из кухни и замер на пороге комнаты.

— Чего ты выскочил?

Догги «сверлил» его совсем не добрым взглядом. Сергей тоже не отводил глаза от пса. Что-то подсказывало, что едва он отвернется, челюсти тут же сомкнуться на его шее. Пес молодой, но силы хватит, чтобы повредить не только артерии, но и позвоночник.

Позволив себе моргнуть, он заметил, что пес едва-едва придвинулся. Может это и была всего пара миллиметров, но она точно была.

Чертова псина не издавала ни звука. Сергей не был знатоком в собачьих повадках, но предполагал, что, хотя бы пару раз зарычать в его сторону Догги должен был. А он молчал.

Снова моргнув, он точно понял, что псина стала еще ближе.

У Сергея был печальный опыт боевого «общения» с собаками, и ничего хорошего он не сулил. Тогда не управляемый молодой дог, перекусав несколько прохожих, улегся греться на солнышке в траве возле реки. Сергей прибыл по вызову и пошел к хозяевам. Они только разводили руками — собаку им недавно подарили и ничего поделать с ним не можем.

Сосед их, охотник, убивать собаку отказался. Сергей отправился на берег реки сам, приготовив пистолет. Дог, проснувшись от лая собак в ближайших дворах, заметив приближающегося полицейского, сразу атаковал, бросившись в его сторону длинными прыжками.

Первый выстрел был удачным — собаку отбросило в сторону, сразу же отбив охоту к нападению. Второй был мимо. Раненый зверь забился в сарай для хранения дров в ближайшем дворе, и злобно рычал из полумрака помещения, в котором едва различимыми были только два пятнышка его глаз. Добивая подранка, Сергей выпустил еще пять пуль. Когда за телом пришел хозяин и привязал веревку за ноги, чтобы утащить, пес все еще был живой. Настолько живучим он оказался.

Сейчас Сергей стоял перед непонятно что задумавшей собакой в одних трусах, дававших прибавку к здоровью в одну единицу. Купленный у Роллоса пистолет и одолженный Монахом нож остались в квартире. Амулет для увеличения хранилища он так и не активировал, да и на свидание не хотел тащить с собой оружие. Теперь глаза Догги говорили, что нельзя быть таким самоуверенным.

«Главное — не отводи глаза и не поворачивайся спиной к собаке», — учил его знакомый кинолог. «Специально не обучавшаяся на атаку людей собака, мало вероятно, что нападет, если ее встречает спокойный человек. А покажешь страх или спину подставишь, тебя даже дворняга цапнет».

Чему учили Догги и учили ли вообще, Сергей не знал.

Спасительный щелчок замка на двери и резкий выкрик: — Догги! Место!

Анна стремительно вошла в комнату с встревоженным лицом.

— Все хорошо, Сережа?

— Хотел книгу полистать, а ему это совершенно не понравилось. Я даже боялся глаза от него отводить, думал, что атакует.

— Он воспитанный мальчик. Я его на два месяца к дрессировщику-кинологу отдавала, но каждый день посвящала пару часов общению. Он прошел курс дрессуры как охранник жилища. Может что-то на своем собачьем уме прикинул, расценив открытый шкаф как покушение на вверенное ему под охрану имущество?

— В любом случае, он тут второй, после тебя, а я пришлый.

— Не обижайся, — Анна уже поставила сумку и приобняв Сергея, прижалась щекой к его плечу.

— Как на собаку обижаться? У него работа такая! — его ладонь, скользнув по груди, тут же прошмыгнула внутрь платья. — Я соскучиться успел.

— Так быстро? Тогда — марш в кроватку и готовься к встрече.

Клирик: Пока был сам, осматривал квартиру. Чертов пес не дал и половину осмотреть.

Монах: Сильно не увлекайся «осмотром» хозяйки. Вечером надеюсь встретиться для общения.

Только через час Сергей оказался на кухне. Анна быстро приготовила омлет с кусочками бекона. Восстанавливая силы, он умолотил большую часть приготовленного. Проверив уровень здоровья, который, приподнимаясь после нового падения, замер на отметке в 80 %, решил уделить внимание оставшимся сырникам, запивая их домашним компотом.

Анна с нежностью смотрела, как он ест, опустив подбородок на подставленные руки, которыми опиралась на стол.

— Я выскочу на часок. Гляну, как там дядя. А то он со своей скромностью звонить не станет.

— Хорошо, милый.

— Я на часок. В паспортный уже звонил. Обещали содействие.

— Спасибо.

— Я скоро, — поцеловав подругу, Сергей выскочил в подъезд.

Дубина: Долго же ты завтракал. В подвал еще два десятка занырнуло за это время. Чудят «великие», Игроки входят, но не выходят. А это и обыватели видят.

Клирик: Ок. Позже спишемся.

Сергей сразу направился к себе на квартиру, по пути отправив предложение Линде о распускании среди обывателей и непосвященных Игроков версии исследования старинных подземных ходов. Линде предложение понравилось.

Клирик: Дома? Скоро буду. Что-то купить?

Монах: Уже дома. Жду. Все есть.

— Рассказывай с подробностями, как утро и день. Буквами всего не передашь. В таких делах, как это, важны прежде всего мелочи.

— Квартира как квартира. Уютно и чисто. Хозяйка…

— Как хозяйка. Есть что-то необычное?

— Да все там стандартное, дед!

— А собака?

— Дрессировки курс пройден в молодости и натаскана на охрану квартиры. Я в шкаф сунулся, она отреагировала. Кто я для нее? Чужак. Пока хозяйка рядом, могу делать многое, а без нее, пес себя старшим в конуре считает.

— Все-таки надо как-то все тщательно осмотреть. И ты, и я, и все мы должны быть уверены, что эта точка не является гнездом метаморфов. У тебя лучшая позиция, чем у кого-либо из наших наблюдателей. Ты можешь изнутри все изучить, выяснить и сделать окончательный вердикт — эта квартира чистая. Но для этого должна быть четкая уверенность у тебя самого. Как хочешь, но квартиру надо вылизать. Каждый сантиметр.

— Знать бы, что искать.

— А я знал, что в заводи ищу? Нет. Но благодаря тебе, нашел. Ты там на мелочь обратил внимание, и здесь ищи.

— Мне бы от собаки избавиться.

— Может ее к ветеринару спровадить вместе с хозяйкой? Перед отъездом.

— Говорит, что все бумаги оттуда уже есть. И билеты есть. Какой-то завершающей бумаги для пограничников нет.

— Кстати, в этом направлении я занимаюсь. Не только псиной. Если на выезд собрался человек из «красной» зоны, надо полностью от точки выезда до точки назначения организовать контроль. И в пути, и на месте. До тех пор, пока угроза окончательно не будет устранена. Так что, Аней твоей, уже плотно занимаются. Хорошо, что она в нашем регионе перемещается. Меньше волокиты. Кстати, мысль. Контрольная поездка к ветеринару за сертификатом. В область. А у тебя часа три будет все тщательно осмотреть.