— Бред.

— Правила! Что ж ты так жрешь? А наливать кто будет? Пока не приголубим холодненькую, никакого сна!

— А ты неплохо прибарахлился, — ткнув пустой вилкой в сторону Сергея, заметил Монах.

— Благодаря рейду могу позволить.

— Оружие не покупал?

— На было времени. Только одежду заменить успел.

— Держи, но с отдачей!

Дед протянул Сергею нож-финку.

Финка, как картинка, с фраером гребёт. Дай мне, Сеня, финку, я пойду вперёд… — пропел Клирик, принимая оружие.

— Сам ты — финка. У классической финки нет ни гарды, ни долов по клинку. Раз снял модные очки, не ленись, а прищурься.

Легендарное оружие. Нож бойца СМЕРШ. Уровень 40. Прочность 90 %. Модификаторы: «привязка», «критический урон», «снижение веса».

Характеристики:

Атака +10 ко всем основным и дополнительным характеристикам и боевым навыкам Игрока

Дополнительное свойство: рана, причиненная противнику до 80 уровня, продолжает кровоточить несмотря на регенерацию организма.

Игрок Монах предлагает вам принять для временного использования Легендарное оружие — Нож бойца СМЕРШ на срок в 10 суток. Принять. Отказаться.

Принять.

— Вот это мощь! — глаза Сергея заблестели, когда он рассматривал агрессивные обводы лезвия.

— Головой отвечаешь! Этому «перу» цены нет. И не вздумай его без дела доставать! Тут даже глазом не успеешь моргнуть, как окажется, что стоишь над пропоротым тобой телом с парующим от горячей крови клинком. Все! Прячь и на боковую. Завтра ранний подъем и доделывать сегодня не сделанное. На Тошу не злись, что он со мной спит.

Утро у Сергея началось с изучения насыпавшейся в чат информации.

Приоритет — информация от Линды.

Первая вкладка с таблицей, в которой были закреплены Игроки за каждым жителем дома в «красной» зоне. Тут же была краткая инструкция.

«В ходе общения с объектом, обращать внимание на изменения в поведении и в самочувствии, как объекта, так и членов его семьи. Информация о результатах работы передается курирующему Игрока сотруднику штаба каждые два часа. При выявленных изменениях — незамедлительно. Информацию об ухудшении здоровья или странностях в поведении близких связей объекта из „оранжевой“ и „желтой“ зон карантина направлять старшим этих зон. При получении дополнительных сведений о связях, информировать незамедлительно для обобщения результатов и соответствующего реагирования. Список старших по зонам прилагается».

Просмотрев список жильцов, он обнаружил, что закреплен за Анной. Точно Монах приложил к этому руку. Отвертеться от отношений с сохнущей по нему дамой точно не получится. Хотя уже накануне вечером Сергей готов был к переходу их дружбы на новый уровень.

Следующим написал Клещ.

Клещ: Утром постарайся быть на «красном» доме. Будут в очередной раз осматривать чердачное помещение под видом противопожарной инспекции. Мало ли. Прикроешь их как мент, если у обывателей будут лишние вопросы. Старший с тобой спишется. Ник — Гремлин.

Дубина: Я на адресе. Вера сказала, что Аня с чего-то решила, что ты раненый и поэтому не показываешься. В подвале движняк. Зашел большой клановый отряд. Я поздно заметил, но рыл двадцать — двадцать пять там уже есть. Будешь тут — маякни.

Монах: Я за кормом для кота, а то проклянет. Долго не залеживайся.

Только сейчас, протерев глаза и высунув голову из-под одеяла, Сергей обнаружил, что в квартире он сам, не считая Тоши, который где-то спрятался.

Быстро одевшись, он подхватил со стола внушительный бутерброд, заботливо оставленный Монахом перед уходом. Все-таки у деда опыта в употреблении алкоголя было больше. А может ранний подъем, это результат старческой бессонницы.

Собрав вчерашние покупки в пакет, Сергей направился в самую опасную «красную» зону карантина, о которой обывателям так и не суждено было узнать.

Анна сидела на скамейке возле подъезда, читая книгу, уложенную на колени. Догги, уже вдоволь набегавшись и совершив все свои собачьи дела, растянулся у ее ног, греясь на солнце.

— Доброе утро, Анна Васильевна!

— Сережа! Здравствуйте. Я ждала вас, чтобы убедиться, что с вами все в порядке.

— А с чего это со мной должно быть что-то не так?

— Сон. Просто кошмарный и навязчивый сон. Теперь я точно это знаю. Вижу, что вы что-то купили. В пакете.

— Вечером это было актуально, а вино употреблять с утра, даже не знаю, как можно такое обосновать.

— Эх… Молодость! Таким обоснованием может быть слово «аперитив». Знакомо?

— Алкоголь, подаваемый перед едой для возбуждения аппетита и выделения желудочного сока.

— Вино?

— Белое полусладкое.

— Давайте сюда ваш пакет, — женщина, закрыв книгу, поднялась, протягивая руку. — Пока вы со своим товарищем поговорите, я приготовлю завтрак. Уверена, что вы сегодня спешили и, в лучшем случае, чем-то давились на бегу. Ступайте, он вам с балкона машет.

Дубина спустился в одних спортивных брюках и тапочках.

— А ты, я смотрю, быстро обжился. Рассказывай, что накопилось. Думаю, что минут десять у нас есть.

— Вот с нее и начну. Смотри сам, но Вера уверена, что она на тебя сильно запала. Хотя, с другой стороны, баба она жуть как симпатичная. Я ее как в окно вижу, глаза отвожу, чтобы моя не приревновала.

— С этим сам разберусь как-нибудь. Как вчера отметили вылазку. Много спустили?

— Да какой там! Больше болтали и вспоминали нюансы похода. Анализировали. Бывалый слабоват для второго лидера в пати. Сам это признал. Да и ты, если как-то опять пойдем, не тянешь. Надо или прокачивать перса, или шмотом обвешиваться от пяток до макушки.

— Вот и обвешивались бы, а не бухали.

— Да сколько мы там пропили⁈ По две штуки с носа. Говорю же, больше болтали. Кстати, в другие заводи теперь проход открыт, но кланы в два раза цены на вход взвинтили. Потери за простой отбивать пытаются.

— И как народ? Идет?

— Идет. Но только большими отрядами собираются. После снятия ограничений кланы сливки собрали, как мы в Гнилой, и теперь чтобы что-то заработать, надо вглубь заводей отправляться, а это новые расходы. Туда на несколько часов не ходят. Два-три дня, это как минимум.

— Я пока пас. Занят.

— Да ясно. Служба! Я вообще думал, что поминать будем вновь преставившегося Клирика. Ан нет! Монах, хоть и старый, но сноровка и быстрота реакций обалденная. Он тебя, когда обхаживал по-лекарски, ни одного лишнего движения. Вот только ты тряпичной куклой валялся, а смотрю, уже стонешь. А раз стонешь, значит живой. Силен дед!

— Что у нас тут творится?

— Я же писал. Отряд прошел вниз. Клановые. А буквально за пять минут до твоего появление к ним пополнение отправилось. Еще два десятка прикатили на микроавтобусах. Пехота вниз, машины уехали.

— Что народ говорит?

— Слухи один круче другого. И что тоннель копают в какие-то карстовые пещеры. Вера таких на смех поднимает. А землю куда девают, если тоннель строят? Едят?

— А у нее какая версия?

— Межпространственная аномалия.

— А не с твоей ли подачи у нее такие мысли, дружище?

— Ты что? Нет конечно! Делать мне нечего, в минуса от Системы попасть. Она сейчас какой-то сериал как раз смотрит. Вроде «Врата» называется. Там народ шастает в параллельные миры и таскает оттуда ништяки разные. И каждый раз попадают в новый мир. Ладно, я домой. А то блины остывают.

— Харю не наедай, танк! Кто-то, кстати, собирался в качалку начать ходить? Тут в паре кварталов есть такая. Или с понедельника напомнить?

— С понедельника, — отмахнувшись, как от назойливой мухи, Дубина побежал в подъезд, шлепая тапками по бетонным ступеням.

Когда Сергей только собирался отправляться к Анне, из подъехавшей машины вышла троица представителей «противопожарной службы». Пока они перекуривали, к ним выскочил старичок-академик Иван Иванович и еще пара женщин. Уже через минуту на пятачке перед домом было шумно. Жильцам явно надоело, что к их дому такое пристальное внимание.