– Ты что? – прошептал Глеб, – Что стряслось? Почему мы прячемся?

– Нас ищут, – прошипела я, – Нужно предупредить Демида. Вдруг он вернется. У тебя есть телефон?

– Есть, – кивнул Глеб, Только Дем не велел его включать. Сказал, что на самый крайний случай.

– Сейчас именно этот случай. – отрезала я, – Быстро звони и скажи, что Волк уже здесь… или лучше отправь сообщение, вдруг нас услышат. – я закусила губу. Мне было страшно стоять здесь, но еще больше я боялась того, что Демид со Стасом вернуться и тогда… я не хотела даже думать, что тогда может произойти! Мы с Глебом просто обязаны предупредить Демида.

– Все, прошептал Глеб, – Я скинул Демиду сообщение и он ответил, – Глеб повернул ко мне экран телефона, где было написано несколько слов, – Уходим, быстро. – я кивнула и мы побежали к остановке.

Мы неслись по мокрому асфальту, не разбирая дороги, просто подальше от того проклятого дома. Дождь, теперь уже мелкий и назойливый, залеплял глаза. Глеб, запыхавшись, выкрикивал названия улиц, сверяясь с картой на телефоне, пока мы не выскочили к широкой, пустынной набережной. Ветер с Финского залива ударил в лицо, резкий, соленый, неся с собой запах водорослей, ржавого металла и свободы.

Вдалеке, у старых, полуразрушенных причалов, маячил силуэт небольшого баркаса. Возле него виднелись две фигуры.

– Туда! – схватив Глеба за руку, я потащила его по скользким гранитным плитам.

По мере приближения фигуры обретали черты. Демид, в темной куртке, и плечистый мужчина в потрепанном морском дождевике. Увидев нас, Демид резко шагнул навстречу. Его лицо было каменным от напряжения, но в глазах, когда он уставился на меня, мелькнуло что-то вроде дикого, животного облегчения. Он не спрашивал. Он просто схватил меня в охапку, на миг прижал так крепко, что ребра затрещали, и тут же отстранил, переведя взгляд на Глеба, которого хлопнул по плечу.

– Молодцы, что догадались, – его голос был хриплым от ветра. – Всё. Быстро на борт. Дядя Коля, отчаливаем, сейчас же!

Моряк, Дядя Коля, лишь кивнул, бросив на нас оценивающий взгляд, и ловко отдал носовой конец. Мотор баркаса рыкнул, черная вода за кормой вскипела пеной.

– Что будем делать? – прошептал Глеб, уже на палубе, хватая Демида за рукав. – Кто они такие? Мы еле ноги унесли!

– Это было… страшно, – прошептала я, всё ещё дрожа от адреналина. Сердце колотилось где-то в горле. – Вдруг бы ты вернулся… – голос дрогнул. Я не хотела даже думать, что могло бы произойти.

– Напиши Стасу, – кивнул Демид Глебу, – Они не собирались возвращаться в квартиру, но береженого, как говориться…

Баркас, набирая ход, отходил от огней города в серую, штормовую мглу залива. Питер превратился в зубчатое черное привидение на горизонте.

– Отправил сообщение Стасу, – выдохнул Глеб. Через минуту телефон тихо вибрировал. Он взглянул на экран и показал нам. Ответ был лаконичен: “Поняли. Исчезаем. Будьте осторожны. С.”

Я закрыла глаза, позволяя слабому, нервному облегчению смыть часть ужаса. По крайней мере, они предупреждены. По крайней мере, мы не на суше, где Волк мог бы нас взять как мышей в ловушке.

Демид взял у Глеба телефон, вынул батарею и сим-карту и одним движением швырнул их далеко в темные воды. Потом подошел ко мне. Ветер трепал его волосы.

– Рассказывай. Что видели?

Я рассказала. Про черный автомобиль, про профиль Волка в свете фонаря, про шаги двух человек. Демид слушал молча, не перебивая, его лицо в свете навигационных огней баркаса было похоже на маску – жесткую, непроницаемую.

– Хорошо, – сказал он, когда я закончила. – Значит, он нашел квартиру быстро. Слишком быстро. – Он бросил взгляд на Дядю Колю у штурвала. – У них есть кто-то, кто дает информацию. Или они нас вели от самого начала.

От этой мысли стало еще холоднее. Я обхватила себя руками.

– Куда мы теперь? – спросила я, глядя на непроглядную тьму впереди.

– Туда, где не ищут, – глухо ответил Демид, поворачиваясь лицом к ветру. – У Дяди Коли есть место. Я должен быть спокоен за вас с Глебом. – он вздохнул, – Тебе, племяш, придется сегодня ночью поковыряться в компьютере, а завтра… завтра Марта пойдет в банк. Пан или пропал.

Баркас резал волны, унося нас прочь от кошмара, в сердце бушующей воды. И я понимала – бегство не закончилось. Оно просто сменило форму. Теперь мы бежали не по улицам, а по самой границе между жизнью и холодной, бездонной пустотой.

Баркас с глухим стуком борт о борт причалил к покосившимся, скрипучим сваям заброшенной пристани. Место выглядело забытым Богом и людьми: облупившаяся краска, ржавые кнехты, темный силуэт какого-то сарая вдали. Ветер выл в расщелинах досок, но после открытой воды здесь, в узкой протоке между островами, казалось почти тихо.

– Пока тут, – коротко бросил Демид, помогая мне сойти на шаткие доски. Его рука крепко сжала мою, не давая оступиться. – Дядя Коля знает это место. Никого тут нет.

Мы вошли в низкое, пахнущее рыбой, старым деревом и уютом печного дыма помещение. Видимо, когда-то это был домик смотрителя или рыбацкая избушка. Дядя Коля, не тратя слов, сразу занялся буржуйкой, и скоро по потрескивающим дровам поползло живительное тепло.

Усталость накатила на меня волной, заставляя веки слипаться, но сон был невозможен. Где-то там, на материке, рыскал Волк. А здесь, в этой запертой тишине, мы были как в аквариуме – в безопасности, но и в западне.

Демид, сбросив мокрую куртку, достал из непромокаемого мешка ноутбук. Он поставил его на грубый стол, где Дядя Коля уже расставил кружки с дымящимся чаем.

– Есть связь, – сказал Демид, не глядя ни на кого, подключая к компьютеру маленький, неприметный модем. Экран ожил, отбрасывая синеватый свет на его сосредоточенное лицо. Он повернул ноутбук к Глебу, который сразу оживился, потирая руки. – Пора работать, племяш. Всё, что сможешь найти по этому банку. Всё. Схемы, владельцев, историю, связи. Особенно – кто из сотрудников имеет доступ к приватным ячейкам старого образца. Любую зацепку.

Глеб кивнул, его пальцы уже порхали над клавиатурой, а глаза, отражая свет экрана, потеряли подростковую рассеянность и стали острыми, как скальпель. Он что-то бормотал себе под нос, открывая какие-то окна, вводя строки кода.

Я села на лавку у печки, сжимая в ладонях горячую кружку. Демид подошел, прислонился к косяку рядом, скрестив руки на груди. Он смотрел не на Глеба, а в темное окно, за которым шумел ветер.

– Завтра Марта пойдет в банк, – тихо проговорил он, будто думая вслух. – С ключом и легендой. Если доступ есть, и если… – он не договорил.

– Если что? – спросила я, тоже почти шепотом.

– Если нас не опередили. И если в ячейке не лежит просто записка “ищите в другом месте”. – Он вздохнул, и в этом вздохе было столько усталой горечи, что мне захотелось встать и обнять его. Но я не двинулась с места. – Я верю в удачу, но проклятый Аркашка умел её испытывать.

– Может, я… могу чем-то помочь? – робко спросила я, глядя на Глеба.

– Можешь, – Демид обернулся ко мне. В его взгляде не было насмешки, только деловитость. – Свари ему еще чаю. И принеси вон ту папку с бумагами, что у меня в рюкзаке. Там распечатки по старым счетам. Может, Глеб сможет их с чем-то сопоставить.

Я кивнула, чувствуя странное облегчение от того, что мне дали задание. Пусть маленькое. Пусть не героическое. Но это был вклад. Действие, а не ожидание.

Пока я возилась у печки, Глеб вдруг ахнул.

– Дем! Смотри!

Демид двумя шагами был рядом. Я замерла с заварочным чайником в руке.