— Мне масло и крынку молока, — твердо проговорила она.

— У нас нет, — за этот день Слава неоднократно слышала подобный ответ. Девушка окинула прилавок и холодно улыбнулась. Ну нет. Она не уйдет с пустыми руками.

— Неужели? Видимо вы слепая, раз не видите разложенного товара.

— Он не для вас.

— Отчего же? Я такая же, как и вы. У меня голова и руки с ногами есть. Одета, по-вашему. Да и глаголем мы на одном языке, — Слава покрутилась пред женщиной давая той, как следует себя рассмотреть.

— Это только для нас, славян.

— А я славянка, — тут же ответила Слава, — отец мой вятич. Мать полянка. Братья и сестрицы тоже.

Женщина растерянно смотрела на нее.

— Не имеет значения кто тебя породил, — раздался за спиной голос и Слава обернулась. Около двери в чулан стоял мужичок небольшого росточка, недовольно поглядывая на нее. — Ты замуж за степняка вышла. К его роду принадлежать стала.

— Конечно я жена Искро, — встречая его взгляд твердо проговорила девушка, не обращая внимания на вновь вошедших. — Я жена человека, который уже не первое лето живет с вами. И насколько мне известно, с его появлением вы мирно жить стали. Набегов практически не стало. Ватажников на дорогах мало.

— Конечно, со своими в сговор вступить всегда можно.

Брови Славы слегка изогнулись.

— Знаете, я всегда считала, что умение договориться с кем-то мирно, значит много больше, нежели умение махать мечом. И если моему Искро это удается, — она выделила голосом «моему», — то я еще сильнее буду горда тем, что именно его мне выбрали в мужья и защитники.

— Тем не менее у нас нет товара для тебя, — сухо ответил хозяин.

Слава покосилась на стоящих покупателей и кивнула.

— Конечно нет. Кто же рискнет жене степняка продать плохой товар. За это и поплатиться можно, — она услышала возмущенный вскрик за спиной и сдержала улыбку, прямо глядя на лавочника. Тот от возмущения даже выпрямился.

— У меня отличный товар!

Слава обернулась к покупателям, невинно моргая глазами и совершенно по — ангельски глядя на них.

— Вы не подумайте ничего плохого, — громким шепотом обратилась она к ним, — вам-то они продадут. Знаком мне нрав торговцев. Им бы лишь бы продать. А мне они побояться плохой товар подсунуть. Знают, что коли осерчает Искро, мало им не покажется.

— Ложь! — воскликнул лавочник. — Ты наговариваешь на меня!

Слава в ужасе взмахнула руками, резко оборачиваясь к нему и гневно упираясь руками в бока.

— Ты смеешь обвинять меня во лжи и клевете? Тогда пойдем к моем мужу. Пусть он рассудит, кто из нас прав.

Слава сделала ставку на страх. Она видела, что лавочник не просто недолюбливает Искро, но и побаивается его. Их взгляды скрестились. Вряд ли он решится в лицо того, кого считает степняком, бросить подобные обвинения в ее адрес. И лавочник отступил.

— Две куны за то, что ты попросила, — глухо произнес он, а его жена за спиной Славы удивленно вскрикнула. Девушка подавила улыбку и покачала головой.

— Куна. Ваш товар больше не стоит. К тому же день клониться к вечеру, — она кивнула на дверь, — вряд ли кто-то сегодня купит его у вас. Кроме вот этих милых людей. Значит вы его просто выбросите. А так прибыль получите.

— Да лучше я его выброшу, чем…

— Горислава замолкни, — прикрикнул на жену лавочник и вновь посмотрел на Славу. В его глазах вспыхнуло одобрение. — Полторы. Не меньше. И можешь всегда приходить ко мне. Для тебя у меня будет товар.

— Ивар…

— Заткнись я сказал. Она права. Мы выбросим это. Завтра молоко свежее будет.

А степняк этот… — торговец почесал бороду, искоса разглядывая девушку, — Ведь правду она молвит. Дороги безопаснее стали. И торговля бойчее пошла. Дай ей то, что она просит. И впредь не перечь.

Слава облегченно выдохнула, отдавая серебряную куну и принимая масло и молоко.

— Кличут-то тебя как? — поинтересовался Ивар.

— Всеславой.

Поход на рынок оказался не самым лучшим. Вспоминая встречу у колодца и сегодняшние разговоры, девушка задумалась о том, что же такого происходило в жизни этих людей, что они так ненавидят и бояться ее мужа.

— Слава… — ну вот опять. Тихо и как-то по-особому он произносит ее имя. Она оторвалась от замеса теста и посмотрела на него. Искро стоял на пороге, глядя на нее из-под бровей и взволнованно переступая с ноги на ногу. Слава нахмурилась. Да что это с ним? Совершенно на него не похоже.

— Слава, я тут… — он снова нервно переступил с ноги на ногу и отвел взгляд в сторону, — я тут принёс кое что… Вернее кого. Посмотришь, может тебе понравится…

Пожав плечами, девушка откинула полотенце на стол и подошла к мужу.

— И кого ты принёс?

На его губах мелькнула робкая улыбка и он увлек жену в сени. На одной их лавок стояла закрытая корзина. Откинув одну из створок, он запустил внутрь руку и достал… Маленький серый комочек, испуганно смотрящий на них зелёными глазками. Радостно вскрикнув, Слава бросилась к мужу, протягивая руки. Он опустил в ее ладони маленького жалобно пищащего котёнка. Прижав его к груди, девушка аккуратно поглаживала его кончиком пальца по симпатичной мордашке.

— Тут еще есть, — Искро потянулся и достал еще двух. — Они из одного помета. Решил, что не стоит их разлучать. А нам все равно нужны. Хотя бы пока скотиной не обзавелись. Они подрастут за это время. Да и тебе веселее будет.

Он посадил в ее ладони оставшихся котят, со смущенной полуулыбкой наблюдая за ней. Слава уселась на лавку, посадив котят в подол юбки и принялась гладить их, чесать за ушками

— Ай вы маленькие… — бормотала она, счастливо улыбаясь, — Искро, смотри, у этого тапочки… А ты куда? — подхватила она наиболее шустрого, который чуть не свалился на пол.

— Тут две девочки и мальчик, — он присел на корточки напротив, обхватив ее колени руками, — вот этот шалунишка — пацан.

Слава рассмеялась, взглянув на мужа искрящимися от счастья глазами.

— По нему видно. Слишком прыткий.

— Там еще щенки есть, — тихо сказал он, встречая ее лучистый взгляд, — если хочешь могу принести.

— Хочу! Собака нужна в избе. Будет нас охранять. Не все ж тебе службу нести. Будет помощницей.

Искро добродушно улыбнулся. Потянув руку, погладил одного из котят, задев ладонь Славы. Она вновь, посмотрела на него, чувствуя, как ее охватывает тепло от его взгляда. А не такой он и басалай, как ей казалось вначале. Просто не умеет ласку свою выказывать. А учитывая, как к нему относятся, это и понятно. Улыбка сбежала с ее лица. Ей почему-то стало жалко его.

— Они, наверное, есть хотят. Держи. — подхватив теплые комочки, Слава вновь отдала их мужчине и забежала в избу. Налив молока в пару черепушек, вернулась в сени. Искро сидел на лавке, наблюдая за ползающими у его ног котятами.

— Вот, — Слава проставила перед ними молоко. Котята, уловив запах сразу же ткнулись носами в миску, смешно отпихивая друг дружку или даже пытаясь перелезть один через другого. — Куда лезешь? Вот вторая миска. Ешь отсюда. А девочкам ту оставь.

Слава схватила шустрого котенка — мальчика, который умудрился залезть лапками в саму миску и пересадила его к соседней.

— На рынок ходила? — она подняла лицо к Искро и кивнула. Заметив тень, пробежавшую по его лицу, схватила его руку, слегка сжав пальцы. Он посмотрел на нее. — Втридорога взяли?

Слава широко улыбнулась и покачала головой.

— Нет. Удалось сторговаться, — смеясь ответила она, — правда все равно больше, чем остальным. Искро… Они все такие?

— Да нет… Есть нормальные. Богдан с Тешкой. Яр, Роксана, Орислав… Слава, мы по осени скотину купим. Сейчас с Богданом и Яром хлев в порядок приведем, крышу починим. Там полегче будет… На охоту с мужиками похожу. Мясо будет. Мне раньше это без надобности было. У князя ел.

Слава призадумалась.

— Ты же места здешние знаешь? — спросила она, оборачиваясь к нему и замечая, как вспыхнули его глаза. Он кивнул. — Может прогуляемся по лесу? Я травки наберу. Ягод каких пособираю. А может и орешник знаешь где есть?