— Да, Сэм… угу, я понял. Как стихнет, уезжайте в Эстер. Предупреди всех наших, только тех, в ком уверен… — Стивен, держа в одной руке руль, а другой циркуляр, повернулся к Тали. — За нами все еще едут, направили несколько отрядов. Как бы не было стычки с хранителями из Эстера.

— О, я им не завидую, Джей отметелит их на раз-два, — Эрика хотела посмеяться, но лишь тихо застонала, едва шевелясь в пассажирском кресле. Ее обезболивающее тоже перестало действовать, а полученные ожоги не давали забывать о себе ни на секунду, поэтому Хикс все-таки сменил ее на половине пути.

Тали сама кое-как держалась, рука по-прежнему еле сгибалась, внутри все болело, вот уже несколько часов она боролась с рвотными позывами, даже дышать было больно. Но все это не шло ни в какое сравнение с тем, что Дин до сих пор не пришел в себя. Она постоянно проверяла его пульс, но как будто с каждым разом он становился все медленнее и тише. Никогда еще в жизни Леди не чувствовала себя настолько беспомощной. Все их усилия будут напрасными, если Дин не доживет до границ Эстера…

— Джей… сколько с вами человек? Направь еще несколько отрядов на подмогу… Понятия не имею, что задумал Шеут… они едут за нами по пятам, возможно, столкновения не избежать… — из последних сил Леди набрала Милтона, после чего отключила циркуляр и устало прислонилась к окну.

Арлнейв Эгго предупреждал ее об этом. Он говорил, как ей придется пожертвовать всем… и пока все шло по его плану. Сейчас где-то на границе между Нижним и Верхним миром у Леди не осталось даже сил заплакать.

Резкий кашель Рида заставил вздрогнуть всех присутствующих.

— Дин⁈ — Леди тут же наклонилась к нему, пытаясь привести его в чувство. — Ты слышишь меня?

Она провела рукой по его щеке, но он ничего не ответил, лишь дернулся от ее прикосновения.

— Дин, пожалуйста… — Леди обхватила двумя ладонями его лица. — Скажи, что слышишь меня…

Рид снова дернулся, а затем еще раз. Глаза под закрытыми веками трепетали, но так и не открылись.

Эрика и Стив молча поглядывали на соправителей Эстера, словно боялись, что любой звук с их стороны мог спугнуть и помешать Риду прийти в себя.

— Очнись, давай же! — но ответом Леди служили лишь усиливающиеся судороги Дина. Она попыталась взять его за руку, но холодные пальцы Рида были так напряжены, что Тали даже не удалось их сжать в своей ладони. — Что с ним?..

Она знала ответ, но боялась даже думать об этом, и в надежде посмотрела сначала на Стива, потом на Эрику, которые и сами давно нуждались в помощи. Никто не решался озвучить страшную догадку, что это были последние мгновения жизни Правителя Эстера.

— Нет-нет-нет… этого не может быть! Это же мобиль стражей, наверняка здесь есть хоть что-то! — Леди принялась обыскивать каждый сантиметр фургона на случай, если где-то завалялся хоть какой-нибудь бутылек. — Сколько у нас времени⁈ Не молчите же, ну…

Леди понимала, что никто не знал ответа на ее вопросы, но от отчаяния у нее темнело в глазах.

— Леди, послушай… — позвала ее Эрика, но Тали тут же замотала головой.

— Смерть, нет! Нет-нет-нет! Мы должны ему хоть чем-нибудь помочь! Дин, пожалуйста, ты слышишь меня⁈ — она обхватила его лицо руками, как будто так он мог услышать ее.

— Леди… — голос Эрики дрогнул, неизвестно, какой приговор она хотела озвучить, но вместо этого сказала другое, — не тряси его, будет лучше ему ехать лежа…

Уловив в этих словах хоть какую-то надежду, Леди согласно кивнула и осторожно, придержав за плечи, положила Дина на заднее сиденье, а его голова оказалась у нее на коленях. Тело продолжало непроизвольно дергаться.

— Дин… Ты не можешь вот так бросить меня! — прошипела она, а затем нагнулась к нему, уткнувшись в его лицо своим, и уже тише прошептала. — Ты обещал, что всегда будешь рядом… слышишь? Ты не можешь… только не так… Не можешь так поступить со мной…

Лонде-Бри

— Я… я же сказал… я… ничего… не знаю… — умоляюще простонал эстеровский хранитель, не в силах даже поднять голову с пола, чтобы взглянуть на своих мучителей.

Ему с трудом давалось каждое слово, а слюна, вытекающая из открытого рта, смешалась с лужицей крови вокруг того, что когда-то было его лицом. Но даже если он и правда уже не мог дать им никакой информации, адепт Тьмы не останавливался, пока не приказывал обратное Аллард Рейн.

Генерал в помятой белой рубашке и с хмурым взглядом взмахом руки дал знак, что дальше продолжит он сам, а затем, когда с ним остался только симбионт, подошел к лежащему на полу Хоуку, присел на корточки и потушил очередную сигарету об ладонь Квентина, отчего тот завопил от боли. А затем Рейн обвил свои тени вокруг его шеи и поднял его вверх, отчего хранитель начал задыхаться.

Аллард недовольно сморщился, сжимая свои путы все сильнее.

— В-вы у-уже увидели все… я-я ничего не знаю… — промычал Квентин, едва не задыхаясь, а Рейн со всей силы отшвырнул его в другую сторону.

— Генерал… если он отключится, мне будет сложно докопаться до его воспоминаний, — позади нервно сглотнул Стефан, боясь и близко подойти Алларду, который, казалось, с пленников перекинется на него за провинность — раз уж он не нашел никакой информации.

Рейн разочарованно сплюнул и кивнул симбионту в сторону Квентина, чтобы он еще раз поковырялся в его голове. Он осторожно обошел генерала и присел возле Хоука, который едва дышал. Приложив к нему ладонь, Стефан сморщился и сжался от боли, которую тут же ощутил, едва вступив в симбиоз с эстеровцем.

— В его памяти стоит масса барьеров… мне очень мешают его старые воспоминания, — он, начав испытывать ту же боль, что и эстеровец, так же едва выдавливал из себя слова, но Алларду даже доставляло удовольствие, что и на этого зазнавшегося эпигона с татуировкой орла на половину лица была управа, хоть он был одним из самых успешных адептов в этом деле. — Все так смешалось, я не могу ничего толком поймать… то его мать, то ожившие трупы бывших одногруппников, то повсюду слышится шепот…

Тут Стефан сглотнул, и Аллард быстро догадался, кто мог напугать даже такого выродка.

— Соулривер, — с облаком дыма выдохнул догадку Рейн, вряд ли существовал такой адепт Тьмы, который бы не слышал о нем и о том, что он сделал в свое время в Эстере. — Странно, что он вообще еще не сошел с ума. Таких тряпок Тьма в первую очередь подчиняет себе.

— Он уверен, что все его беды как раз из-за нее, — презрительно фыркнул Стефан, как и все темные, черпавший во Тьме силу, а затем сморщился от боли вместе с Квентином. — Ну и непоколебимая вера в своих правителей, которых он почти что боготворит.

— Вот как? — вздернул бровь Аллард, покосившись на тело, в котором едва теплилась жизнь. — Продолжай давить на него, меня мало интересуют его психические расстройства. Попробуй пробиться, нужно узнать о правителях Эстера побольше.

— Ничего, что мы еще не знаем, — поежился Стефан, он уже обрыскал его память вдоль и поперек, а продолжающийся симбиоз мог лишь убить Квентина. Сам же адепт Тьмы едва сдерживался, он сжимал руку в кулак от невыносимой боли, которая передавалась ему от хранителя. Аллард видел это, но лишь безучастно курил, ожидая хоть какого-то стоящего ответа. — Похоже, его не посвящали в суть этой операции. Все, что я могу увидеть в голове, это лишь его личные догадки, чем могут являться эти амулеты — каким-то оружием или защитой.

— Я сказал, продолжай! — рыкнул Рейн.

— Ничего… не знаю… я… — едва соединяя слова в связные предложения, простонал хранитель Эстера, не в силах поднять голову с пола, который заливала кровь.

Стефан обернулся и посмотрел на генерала, надеясь, что тот прекратит пытать их обоих. К его счастью, Аллард медленно перевел взгляд на другой угол, где так же на полу, в крови, лежала Джоан Берч. Она не издавала даже звука, на секунду Рейн засомневался, жива ли она.

— Они оба — жертвы Соулривера? — хмыкнул Аллард, переспросив у Стефана, который до этого успел уже поработать и с ней. — Хотя чему тут удивляться, тогда весь Эстер был одержим…