Дин всю дорогу крепко сжимал руль мобиля и смотрел только вперед, казалось, он будто и не замечал свою спутницу. Леди не знала, на кого он сейчас злился больше — на нее или на свою жену, а, может, на обеих сразу. Или же только на себя.

— Я могу сменить тебя, нам ехать еще пару часов, — Верховная Хранительница решила, что неплохо бы им начать разговаривать до того, как они приедут к своим союзникам из Шеута. Возможно, на обратной дороге у них просто не будет возможности, потому что Кэтрин поедет с ними.

— Все в порядке, — сухо ответил Правитель.

Леди почувствовала, что напряжение, будто готовое в любой момент взорвать этот мобиль, стало еще сильнее. Она многозначительно выдохнула, всем своим видом давая понять, что зря вообще решилась заговорить первая. Мотнув головой, Тали уставилась в окно, безразлично всматриваясь в деревья, а затем достала циркуляр и быстро набрала на голографическом экране сообщение:

«Как у вас дела?»

«Без изменений. А у вас?» — тут же пришел ответ от Берча. Оставшись на посту единственного соправителя Эстера, он вряд ли сомкнет глаза в эту ночь.

«Нормально. Наверное».

«Значит, все стабильно», — отшутился Советник.

Тали слегка улыбнулась, Клаус действительно всегда разряжал обстановку, когда она и Дин ругались, впрочем, это случалось так часто, что стало уже нормой. Но даже он ничего бы не смог сделать с тем, что она сорвалась на Кэтрин, а затем приехала к ним домой, чтобы хоть как-то загладить вину. После чего миссис Рид умчалась прочь. Хотя, и это должны были понимать оба, если бы Дин чаще уделял внимание своей жене, то ничего из этого не случилось бы вовсе.

— Кто-то еще не спит так поздно? — неожиданно спросил Дин. Только сейчас Леди поняла, что все еще смотрела на экран, а Рид, кажется, впервые за все время их поездки обратил на нее внимание.

— Клаус. Спросила, как дела в Эстере, — она закрыла экран, не взглянув на соправителя.

— С ним Милтон и целая армия стражей и хранителей, — спокойно произнес Дин, и стоило только Леди повернуться к нему в надежде, что он сменил гнев на милость, как Рид продолжил: — и Дэвид.

Она слишком давно и хорошо знала его. Эта фраза была брошена им с сарказмом, который Дин даже не попытался скрыть. Вмиг между ними снова выросла ледяная стена.

— Да, конечно, он же обещал следить, чтобы темные больше не совались в Эстер, — Тали постаралась выдавить из себя улыбку и снова отвернулась к окну.

— Ты и правда веришь ему? — в вопросе Дина звучала насмешка, Леди прокляла себя за то, что вообще открыла рот.

— Почему нет? Он же Всадник Смерти и просто хочет покоя в Верхнем мире. Не вижу в этом ничего плохого, — пожала она плечами.

— Хочет?

Даже не оборачиваясь, Тали знала, что он сейчас удивленно приподнял бровь.

— Ну да, он сам об этом сказал, — каждым новым словом она все больше сдавала себя.

— Не припомню, чтобы он такое говорил на совещаниях, — Дин даже снизил скорость, заметив, как Тали напряглась.

— Если бы вы с Клаусом попытались хотя бы услышать его, то узнали бы не только это, — фыркнула она. — Но вы в штыки воспринимаете его помощь и вообще любое появление. Уолшу было наплевать на Эстер, но Дэвиду — нет.

— Уверена, что дело только в Эстере? — Дин произнес это так резко, что Леди не удержалась и посмотрела на него.

— Он же Всадник, конечно, дело только в Эстере, — отрезала она, хотя знала, что это было ложью, как минимум, наполовину. И вчерашний поцелуй Дэвида был весьма однозначен.

— Я надеюсь, ты хорошо это помнишь, — голос Рида приобретал те самые холодные нотки, с которыми он общался с министрами, напоминая своего отца.

— Дин, прости, ты же знаешь, что выдернул меня с прощания с сестрой, поэтому я не очень улавливаю твои намеки, — в глубине души Тали ругала себя, что так легко прикрывалась сейчас гибелью Анны, но не могла простить Риду этот надменный тон.

— Твое общение с Дэвидом слегка вышло за границы привычного взаимодействия правителей обителей и их Всадников, — он продолжал отчитывать ее как школьницу за плохое поведение на уроке.

— По твоему мнению, любое мое общение хоть с кем-нибудь из мужчин без твоего присутствия переходит все границы, — резко ответила она, прекрасно понимая, что этот укол будет особенно болезненным.

Леди подняла подбородок словно давая понять, что не позволит так разговаривать с Верховным Хранителем Эстера. На секунду их взгляды пересеклись. Если бы с ними сейчас ехал Клаус, то он буквально ощутил бы, как эфир в мобиле затрепетал.

— Я хочу, чтобы ты понимала, что он прежде всего Всадник. Он никогда не будет на нашей стороне. Он не будет ни на чьей стороне. Что бы он тебе ни говорил, — все тем же непробиваемым тоном говорил Дин.

— Не понимаю. О чем ты? Конечно, Дэвид не принимает ни одну из сторон, это запрещено законами Смерти. Он просто, наконец, следует правилам и выполняет обязанности Всадника, — так же холодно ответила Леди.

Раньше между ними уже давно бы вспыхнул скандал, но сейчас что-то изменилось. Никто из них не переходил эту черту, которая выдавала в них особую близость и больную привязанность, оба сохраняли видимое безразличие.

— Я надеюсь, и ты будешь следовать тем же законам.

Леди сделала глубокий вдох:

— Если тебя беспокоит только, чтобы я соблюдала законы, то можешь не переживать за это. Уж тебе ли знать, что я всегда следую правилам.

Судя по тому, как двигатель эфикара взревел и их скорость снова увеличилась, Дин прекрасно понял, что она напомнила о том, как разорвала их отношений ради поста Верховного Хранителя.

— А остальное не твое дело.

Леди напряглась, как от физической боли — это было слишком жестко, ей не стоило так говорить, но Рид молчал, хотя удар пришелся ему в самое сердце. Тали еще несколько секунд сверлила его взглядом, но, так и не дождавшись ответа, отвернулась к окну, почувствовав странную горечь от победы в этом споре.

Тревожный звоночек в голове настойчиво колотил болью в висках. Как бы ни пыталась она оправдаться перед Ридом, пусть даже самым больным способом, но все это не отменяло того факта, что Дин был бесконечно прав. И то, что Леди сейчас так играла его чувствами, лишь подтверждало, что каждое его слово попадало точно в цель. Между ней и Дэвидом уже происходило нечто непозволительное настолько, что до последнего момента Тали гнала от себя даже сами эти мысли. Но поцелуй все еще горел на губах, а то, что Всадник применил свою силу по просьбе одного из соправителей обители и каким-то неведомым способом выкорчевал всю боль от потери сестры, явно нарушало не один закон Верхнего и Нижнего миров.

Тишина, снова воцарившаяся в мобиле, с каждой секундой отдаляла Леди от Дина, все произошедшее за последние дни разрушило мир, с таким трудом выстроенный между ними. Дина съедали чувства и эмоции, а Леди — пустота.

Молчание, словно Тьма, давило на обоих, и, когда пришло время связаться с Фредом Уивером, братом Кэтрин и Правителем Шеута, Дин облегченно вздохнул, доставая циркуляр.

— Мы уже через час будем у вас, — коротко отчитался он.

— Подъезжайте в Штаб, — ответ, донесшийся до Леди, удивил ее саму и заставил Рида нахмуриться.

— Фред, я думаю, наши семейные дела должны остаться между нами.

— Понимаю. Но все же это касается не только семьи, а нашего союза в целом, — брат Кэтрин говорил спокойно, но давал понять, что диалог будет непростым.

— Штаб, так Штаб, — Дин выключил циркуляр и бросил на Леди хмурый взгляд.

Впервые за все время поездки их мысли совпали — похоже, решить все быстро и спокойно у них не удастся. Тали закусила губу и задумчиво отвернулась к окну. Раньше она бы выдвинула свои условия на встрече с союзниками, но сейчас ни Дин, ни она не имели на это право.

Ночное небо заволокли тучи, а на подъезде к Шеуту все чаще слышались раскаты грома. И только младшая сестра башни Эстера мерно сияла в ночи, встречая нежданных гостей.

Не считая начавшейся грозы, союзная обитель выглядела спокойной, спящей крепким сном. Шеут не тревожили зомби по ночам, темные не осаждали его границы, а Арнлейв Эгго не грозился убить их Хранителя. Казалось, правители Амхельна вообще забыли о том, что этот город существует на карте Вусмиора.