— Внизу нас встретят и отведут в безопасное место, — сухо ответила Леди, двинувшись по склону вниз, не глядя на Советника Эстера. — А там уж подумаем, как попасть домой…

Но сказать было легче, чем сделать. Стоило только выйти из укрытия, как с вершины горы донеслись обозленные крики эпигонов.

— Вон они! Не дать им уйти! Огонь!

— Вот Смерть! — инстинктивно закрылся рукой Стив, слишком поздно заметив ледяную стрелу, метившую ему прямо в голову.

Но защитный купол Тали сработал безотказно, отразив эфирные атаки обратно во врагов. Прикрываемые барьером, они изо всех сил рванули вниз по серпантину.

— Так их не достать, — вслед послышался разъяренный рык генерала Амхельна. — Сбейте их с ног!

И, похоже, приказ Рейна был воспринят буквально. В ту же секунду всю округу заполнил оглушающий треск, а земля под ногами задрожала.

— Что они творят, они же не только нас и себя, но и весь город погубят, — охнул Клаус, телекинезом откидывая булыжники, которые посыпались на их головы камнепадом, когда кто-то из темных эфиристов решил вызвал землетрясение.

Огромная скала пошла мелкими трещинами. Паутинка расщелин с пугающей скоростью расходилась от каждого их шага, и чем быстрее бежали Стив, Леди и Клаус, тем неустойчивей становилась почва под ногами. До подножия горы оставалось еще пара метров, но все вокруг уже начало обрушаться.

— Твою ж… — опешил Хикс, когда осколок скалы размером с эфикар, оторвавшись от ее вершины, стремительным метеоритом рухнул на одну из башен замка Эфрейнов, разрушив ее до основания. И с каждой секундой таких снарядов, летящих на город, становилось все больше.

— А-а-а! — взвизгнула Леди, когда виски вновь пронзила боль от ударов, которые сдерживал барьер. — Клаус, помоги…

Бежать, и на ходу пытаться отражать летящие камни — была та еще задача. Берч пытался сосредоточиться на особо крупных булыжниках, но на купол все равно падало слишком много камней.

— Я тоже попробую, — крикнул Стив, и в его руке возникла водная сфера, которую он тут же запустил навстречу каменному дождю. Следом он отправил еще несколько, и каждая из них, взрываясь от столкновения, водяной волной отводила в сторону летящие осколки.

— Тали, нет, назад! — послышался крик Клауса, но прежде, чем Леди сквозь ошеломляющую боль в висках поняла, о чем говорил Советник, было уже поздно.

Целый пласт земли перед Хранительницей уже был отделен от горы фатальной трещиной. Леди не успела затормозить, как скала под ее ногами обрушилась и полетела вниз, лишь крепкая хватка Хикса на ее запястье не позволила Тали упасть.

— Держу! — Стивен без промедления подтянул ее назад, усадив на твердую почву.

Но ситуацию это не спасало. Все вокруг трещало и грохотало, обваливаясь рядом с троицей из Эстера. До подножия оставался все один изгиб серпантина, но дальнейший путь отрезан, и назад уже было не повернуть.

— Мы в ловушке! — Леди с трудом могла разглядеть, что происходит — все вокруг затмевали летящие камни и пыль. А от звенящей боли Тали едва не теряла сознание.

Клаус, стоявший рядом, тоже весь взмок от напряжения, выставив вперед руки, он пытался своим телекинезом поймать и отбросить каждый осколок скалы, а Хикс отталкивал камнепад потоками воды. Клочок, на котором еще можно было стоять, становился с обоих сторон все меньше.

— Выхода нет, надо прыгать, — голос Клауса сквозь всеобщий хаос казался совсем далеким, и Леди сперва подумала, что она ослышалась. Но потом услышала отсчет, и даже несмотря на боль, широко раскрыла глаза.

— Что ты сказал? Прыгать???

— Раз… два… только держите эфир… три!

И почва в прямом смысле ушла у них из-под ног.

Мармиати-Ай заволокло удушливым и густым облаком из грязи и пыли. Разминая плечи, которые все еще периодически сводила судорога, Аллард медленно подошел к краю значительно уменьшившегося в размерах плато. Большая его часть вместе с кусками скальной породы похоронила под собой основную часть замка Эфрейнов и все, что располагалось у подножия горы.

Где-то в воздухе послышалось недовольное воронье карканье, и у этого недовольства была явная масса причин. Окидывая взглядом устроенную разруху, Рейн не мог отмести чувство досады. Он приказывал остановить беглецов, а не разрушить половину Мармиати-Ай. Собственно, ответственный за это эпигон уже простился с жизнью парой минут назад.

И в то же время Аллард ощущал детский восторг от устроенного вокруг хаоса, хотя ситуация и не требовала столь сильных разрушений, что устроил стихийный эфирист. Рейн мог остановить того эфириста значительно раньше. Мог, но не хотел. Потому что имел достаточно власти, чтобы уничтожить тут все до основания — и земли неугодных ему некромантов, и замок этих сумасшедших Эфрейнов, и, что самое главное, проклятых эстеровцев.

Пыльные облака постепенно рассеивались, и можно было заметить, что подножие скалы утопало в неподъемных горах обломков. Ни у кого не было шанса там выжить. И это, пожалуй, самый важный факт, что так радовал и в то же время тревожил Алларда.

И возмущенное воронье за спиной Рейна словно обвиняло его в том же самом. Одним ударом он снес Эстеру две головы из трех. Однако теперь лорд Орел мог не получить свою долгожданную Стену.

Конец первой части книги.

Лонде-Бри

Ева тоскливо вздохнула и в очередной раз проверила свой циркуляр. Ни указаний от Равена, ни вызовов от Алларда, ничего. Ничего, что могло бы спасти ее от нынешней участи. Соединив две части металлического коммуникатора, Рид обреченно посмотрела в сторону примерочной, где манекеном застыла Кэтрин.

Сперва Ева испугалась, что Кэтрин могла заметить, с каким презрением она смотрит на жену своего кузена, когда та не видит. Но внимание двоюродной невестки было сосредоточено на собственном отражении в зеркале, словно Кэтрин смотрела не на себя, а на какое-то привидение.

— Дорогая, что-то случилось? — Ева с притворной улыбкой приблизилась, от чего Кэтрин даже вздрогнула.

— Нет-нет, все хорошо, просто, видимо, мне надо лучше высыпаться, а то такие круги под глазами. Ты не посоветуешь хорошее снотворное?

«Неужели совесть мучает?» — про себя скептически хмыкнула Ева, но вслух сказала другое:

— О, не переживай, в этих местах бессонница — обычное дело. У меня есть кое-что в сумочке, поделюсь.

— Еванджелина, ты такое чудо! Раньше я почему-то представляла тебя совсем другой…

Ева уже устала закатывать глаза от непосредственности Кэтрин, но в этот момент не смогла не удержаться, чтобы не заглянуть в глаза невестки, пытаясь понять, льстит ли та или всерьез верит в то, что говорит.

— Кэт, ты в Амхельне, не обольщайся, здесь все не те, кем пытаются казаться.

— Кэт… — улыбка вдруг сошла с ее лица, а взгляд опустился к пакету с выбранным платьем в руках. — Так обычно меня звал Дин…

— Ты жалеешь о том, что сделала? — Ева подозрительно прищурилась.

— Жалею, еще как жалею… — ответила Кэтрин, но, когда она посмотрела на шпионку, на ее лице не было и следа печали. — Жалею, что не сделала этого раньше. Сколько лет было потрачено впустую! Ах, Еванджелина, знала бы ты, как я их всех ненавижу! Дина за его вечно недовольное лицо, что бы я ни сделала! Этого хитрого притворщика Клауса, всегда делающего вид, что мне все только мерещится. А Леди с ее надменностью… Сколько же раз я мечтала выцарапать ей глаза за этот взгляд, с которым она смотрела на меня свысока!

Чем дольше Кэт говорила, тем больше Ева прикладывала усилий, чтобы не ляпнуть что-нибудь язвительное в ее адрес. С каждым новым словом круги под глазами другой Рид становились все темнее, а на заметно похудевшем лице с момента переезда в Лонде-Бри все более отчетливо выделялись острые скулы.

— Сперва мне было страшно оказаться здесь, но, Смерть — мой свидетель, я, наконец, свободна! — повышенный тон Кэтрин уже привлекал внимание других посетителей бутика и продавцов. — Я — больше не заложница и не жертва. Как же мне теперь хорошо!