Жорж не помогал в сборах, только подгонял Егора. А единственный человек, знающий, куда на самом деле собирается «экспедиция», нудил Егору на ухо:
- Не ходите, Егор Лексеич, пропадете…
- Накаркаешь, - неизменно отвечал Василю Егор. – Уймись уже, я все равно пойду.
Так и случилось. Навьючив лошадей, Егор и Жорж выехали из Стожар ранним утром. Егора немного беспокоило, что Ульяна не прописала в его паспорте разрешение на путешествие, но он надеялся на Жоржа. Все же не один едет, а с барином. Так что проверять его документы повода нет. И путешествие – по сельской местности. Еще умудриться надо, встретить кого-то из властей.
Ехали молча, чему Егор был бесконечно рад. Жорж определенно воспарял духом, выглядел лучше, чем после болезни, но разговаривать с холопом считал ниже своего достоинства. Да и о чем им беседовать? Жорж, похоже, рассчитывал, что клад ему преподнесут на блюдечке. И считал это удачей.
Заночевали на постоялом дворе. Егор платил за двоих, из собственных денег. Он не жадничал, считал, что делает это для спокойствия Ульяны. И все чаще заставлял себя думать о ней, как о прародительнице Янки. Приучал себя к мысли, что Ульяна никогда ему не достанется.
Даниловку Егор объехал стороной. Во-первых, не хотел, чтобы «очевидцы» испортили настрой, посмеявшись над кладоискателями. Во-вторых, опасался, что Жорж найдет там лучшего проводника, чем он.
Лошадей оставили в другой деревне. Вести их на гору Егору показалось глупым. Жорж, как ни странно, согласился с ним, не споря. Вход в пещеры нашли к вечеру. Туда вела узкая, но протоптанная тропа.
«Не может быть, чтобы клад нашли, тайком вывезли и поделили, - твердил про себя Егор. – Не может быть!» Его и в двадцать первом веке считали ненайденным.
Поход вглубь горы кладоискатели отложили до утра. И, пользуясь хорошей погодой, расположились на ночлег под открытым небом.
Егор понимал, что проводит, пожалуй, последнюю спокойную ночь. Неизвестно, что ждет его в пещерах. Жорж идти с ним внутрь не собирался. Понимал, что другого пути назад у Егора нет.
Собирая ветки для костра, Егор случайно нашел монетку: золотую пятирублевку 1756 года, с изображением императрицы. Он посчитал это добрым знаком, хотя монета явно не из клада, Стенька Разин прятал свои сокровища примерно на сто лет раньше. Монету Егор спрятал в одежде, Жоржу не показал.
Утро началось совсем не так, как планировал Егор. На поляне появились незнакомые люди, мужчины, человек шесть, и потребовали предъявить документы. Впрочем, к Жоржу они потеряли интерес, как только он назвался. А с Егора вытрясли паспорт.
- Так и есть, беглый, - сказал один из незваных гостей. – Вяжите его.
- Зачем вязать? – удивился Егор. – Я ж не один. Вот, Георгий Дмитриевич… он брат моей хозяйки.
Вместо ответа его ударили по лицу, повалили на землю и связали руки за спиной. После чего рывком поставили на ноги.
Жорж не заступился. Видимо, просчитал, что таким образом проще избавиться от Егора. Карта осталась в заплечном мешке.
- Да, это холоп моей сестры, - заявил Жорж. – Но он не со мной. Я его тут случайно встретил, вчера вечером. Он ушел из усадьбы без разрешения.
Сплевывая кровь, Егор решил промолчать. Что толку доказывать, если его уже назначили виновным? Только странно, не похоже, что это план Жоржа. Тогда кто мог послать людей ловить беглого крепостного? Неужели… Ульяна?
Тычками и пинками Егора погнали вниз. У подножья горы погрузили в коляску. И повезли куда-то.
Егор надеялся, что его вернут в Стожары. Но доставили его в Саратов, в какой-то частный дом. И, увы, не для разбирательства.
Егор не больно-то и понимал свои права. Слышал от деда, что поиск беглых крепостных зависел от желания их владельца. Это касалось таких крестьян, как Егор – частновладельческих. Значит, отправить за ним погоню, установить наказание могла лишь Ульяна. Исключительно по собственной воле.
Однако происходило что-то… странное? На вопросы Егора никто не отвечал, просьб не слышал. Сначала его заперли в комнате с решеткой на окне. Но довольно скоро выволокли во двор, заставили раздеться – позволили оставить только штаны. И привязали к столбу с поднятыми вверх руками.
Егор уже во дворе понял, что его ждет. Сопротивляться или пытаться бежать не было никакого смысла. Его быстро скрутят. Этот поступок только разозлил бы того, кто вскоре возьмет в руки кнут.
В голове не укладывалось, как можно так вляпаться. Однако реальность оказалась жестокой. И жутко болезненной.
Глава сорок пятая, в которой героиня становится жестокой госпожой
Ульяна места себе не находила от беспокойства. Несмотря на возражения Льва, она вернулась в Стожары, вместе с тетушкой Марфой. Там и ждала вестей.
Как заполучить Егора, ей подсказал Мстислав Константинович. Лев возражал против такого решения. Ульяна и сама колебалась. Но страх за жизнь управляющего победил.
Пусть так, через ложь, но зато Егор будет жив. А план Льва… самому ехать следом, уговаривать… казался ей несерьезным. Что, если Лев не успеет? Что, если Егор не послушается? Что, если Жорж помешает?
- Управляющий твой без отметки в паспорте в путешествие отправился? – спросил Мстислав Константинович, прослышав о том, что произошло.
- Да. Я его отпустила, но неофициально, - призналась Ульяна. – Думала, он останется в Стожарах… пока я тут. Не позаботилась о записи в паспорте.
- Так ты можешь объявить, что он сбежал, - подсказал Мстислав Константинович.
- Но это неправда, - возразила Ульяна.
- Папа, это бесчеловечно, - поддержал ее Лев.
- Ты сама решай, голубушка, как поступить, - ответил на это Мстислав Константинович. – Тебе правда нужна или живой управляющий? Человек твой чушь несет о заветном слове, но он прав, на Дурман-горе погибнуть можно. В пещерах, знаешь ли, обвалы случаются. Река близко, порода оседает. Немало там народу осталось. Таких же вот… искателей приключений.
После этих слов Ульяна и решилась на подлость. Правда, оказалось, что просто заявить о побеге крепостного – еще не выход. Чиновники не больно-то кидались на поиски. Пришлось нанимать частных сыщиков, за деньги. Благо направление поиска Ульяна знала наверняка.
В найме ей помог Лев, хоть и ворчал, что добром все это не закончится. Собственно, так и вышло.
Наемники сказали, что привезут Егора в Саратов. За ним отправился Лев, когда Ульяна получила весточку, что беглец пойман. Мечась по дому, Ульяна думала о том, как отчитает управляющего за безрассудство, как попросит у него прощения за ложное обвинение. Но едва она увидела Егора, все слова разом вылетели из головы.
Избитый, в окровавленной рубашке, Егор даже стоять не мог самостоятельно. Его поддерживал Лев.
Ульяна чуть в обморок не упала, даже в глазах потемнело. Однако она все же бросилась к Егору, подставляя ему и свое плечо.
- Как же… Как же так… - бормотала она, борясь со слезами.
И одновременно отдавала распоряжения: приготовить комнату в доме, вызвать врача, принести горячей воды и чистой ткани.
Егор ничего не говорил. Взгляд у него был мутный, невидящий. На кровать он буквально упал, со стоном. Вытянулся на животе – и затих.
Ульяна хотела сама обработать раны, но Софья не позволила. Оттеснила хозяйку от кровати, объяснив, что ей самой сподручнее, она знает, как помочь. Ульяна только мельком успела увидеть спину Егора, разодранную в лоскуты. И, не выдержав такого зрелища, вышла из комнаты.
В гостиной Ульяну дожидался Лев.
- Что произошло? – спросила она, едва войдя. – Как такое случилось? Кто велел?
- Это моя вина. – Лев склонил голову. – Я не успел…
- Но не ты же отдал приказ пороть его кнутом! – взвилась Ульяна.
- Не я, - согласился он как-то грустно. – Ты веришь, что это не я?
- Что? – растерялась она.
- Ты же знаешь, что я вижу в Егоре соперника, - вздохнул Лев. – Чем не удобный случай ему отомстить?
Ульяна смотрела на него потрясенно. Не потому что думала, что он мог сделать подлость, а потому что он считал, что она способна так мыслить.