- Остальное неважно.
- А вдруг… у тебя зазноба есть?
- Чего? – Егор рассмеялся. – Навряд ли. Я отсюда мальчишкой уехал. И потом… Разве любовь можно забыть?
- Думаешь, ты не забыл бы любимую?
- А вы любили когда-нибудь, Ульяна Дмитриевна?
- Я? – Она тут же смутилась. – При чем тут это? Что за вопросы!
- Да ладно вам. Мы тут одни. Отчего бы не сказать правду?
- Допустим… нет, - ответила она едва слышно.
- А я любил, - признался Егор. – И точно знаю, что никогда ее не забуду.
- Вот как…
Ему показалось, что в голосе Ульяны прозвучало разочарование.
- Почему же вы не вместе? – спросила она, помолчав. – Или та девушка… умерла?
- Надеюсь, жива и здорова. Но она далеко. Можно сказать… в другой стране. Я ей не пара.
«Она тебе не пара», - прозвучал в голове голос из прошлого.
Вернее, из будущего.
В детстве Егор редко видел мать, но боготворил ее. Она казалась ему феей из сказки. Всегда веселая, шумная, красивая… она появлялась в доме деда, ее отца, с подарками, целовала и тискала маленького Егорку. И наутро исчезала.
Конечно, Егор спрашивал и у бабушки, и у деда, почему мама не живет с ними. А те, видимо, не желая причинять малышу боль, рассказывали сказки о том, что мама работает в другой стране, поэтому не может часто приезжать. И взять Егорку с собой не может, потому что живет в Африке, а там много диких животных.
«Не ходите, дети, в Африку гулять…»
Это потом Егор узнал, что у мамы другая семья, а ее муж, «творческая личность», терпеть не может маленьких детей.
Но именно мать повлияла на отношения Егора и Янки.
Егор пригласил Янку на день рождения не впервые. Тогда они еще дружили, и Янка была частым гостем в квартире Старшовых. Дед и бабушка ничуть не возражали и всегда хорошо принимали девочку. А Егор мечтал познакомить ее с мамой, потому и пригласил не с другими на «детский» праздник, а раньше, когда приехала мама с подарками.
Маме Янка не понравилась. Она вежливо улыбалась его подружке, подарила шоколадку, но как только Янка ушла, подозвала сына. Бабушка хлопотала на кухне, дед занимал беседой других взрослых гостей.
- Она тебе не пара, - строго сказала мама.
- Она? Янка? – удивился Егор. – Почему не пара? Почему?
- Она из бедной семьи. И всегда будет тебе завидовать. Она часто тут бывает?
- Да…
- Вот видишь! Ты угощаешь ее, делишься игрушками?
- Конечно. Ведь она…
Егор хотел сказать «мой друг», но мама не позволила.
- Она тебя использует, - заявила она. – Ты должен дружить с теми, кто равен тебе по положению.
- Но я хочу дружить с Янкой! – запротестовал Егор.
Он впервые возразил маме, и это ей тоже не понравилось.
- Что ж, дружи, - сухо сказала она. – Но тогда ты меня больше не увидишь. Я не буду к тебе приходить.
Егор не послушался. А мама исчезла на долгих три года.
Потом он, конечно, понял, что мама знала, что уедет за границу вместе с «творческой личностью». Понял, что зря предал дружбу с Янкой, что зря каждую ночь засыпал в слезах, умоляя боженьку, чтобы мама простила и вернулась.
Егор все испортил сам. И пути назад не было. Янка так и сидела занозой в его сердце. А попытка унизить и растоптать ее, чтобы чувства умерли – самая страшная глупость, что он совершил.
Бестолочь! Правильно дед говорит. Что тот, что этот…
- Значит, она тебя не любила, - заключила Ульяна. – Для любви нет преград.
- Ой ли? – усмехнулся Егор. – Да вот вам простой пример. Если мы с вами… друг друга полюбим, мы сможем стать мужем и женой?
Ульяна споткнулась и потеряла равновесие. Егор подхватил ее, вновь вынужденно обнимая. Ее губы оказались так близко…
- Глупости! – Ульяна вырвалась из его объятий. – Я тебя не люблю, так что и гадать нечего! И вообще… Пойдем домой, я замерзла.
Не дожидаясь его, она быстро пошла по аллее в обратном направлении. Егор тяжко вздохнул и бросился догонять хозяйку.
Глава двадцать седьмая, в которой героиню дважды предают
Москва, 2010 год
Это школьное утро ничем не отличалось от других, пока в классе не появился Егор. Ульяна приветливо ему помахала, но он даже не взглянул в ее сторону.
В последнее время Егор стал каким-то дерганным, нервным. Все больше общался с мальчишками, не предлагал вместе учить уроки, не звал в гости на бабушкины пироги.
Ульяна не понимала, что с ним происходит. Их давно не дразнили женихом и невестой: привыкли, что они почти всегда вместе. Егор доходчиво объяснил особенно непонятливым одноклассникам, что дружит с Янкой, и никому не позволит вмешиваться в их отношения. После этого его деда вызывали в школу, и Ульяне пришлось заступаться за друга.
Но сейчас все как будто изменилось, и Ульяна недоумевала, что за кошка пробежала между ней и Егором. Он и от разговоров увиливал. А теперь и вовсе… сел за другую парту. Ульяна и представить себе такого не могла!
Поначалу она растерялась. После – разозлилась.
- Егор теперь с Даней сидеть будет, - сказала Поля, занимая место Егора. – А я с тобой. Ты не против?
Ульяна лишь повела плечом.
- Вы поссорились, что ли? – шепотом спросила Поля.
- У Егора спроси, - огрызнулась Ульяна.
Откровенно говоря, она не знала, как себя вести. Не выяснять же отношения! На душе было гадко, как будто туда наплевали. Если Егор решил оборвать дружбу, неужели нельзя прямо об этом сказать? Не исподтишка менять соседа и делать вид, что они незнакомы! А честно сказать все, что думает, глядя в глаза!
Классная руководительница, конечно же, заметила, что Егор и Поля пересели.
- Егор, Полина, - спросила она, - вы не заблудились?
- Нет, - дерзко ответил Егор.
- Кто инициатор? Причина?
- Я пересел, потому что Белозерская мешает мне заниматься.
Что-о?!
Ульяна впервые в жизни чувствовала себя такой униженной. Егор не просто отказался от дружбы с ней. Он ее предал.
Она промолчала, упорно делая вид, что ей все равно. К счастью, классная не стала раздувать скандал, только велела Егору подойти к ней после уроков.
О чем они говорили, Ульяна не знала. Она убежала домой, едва закончился последний урок. А во дворе неожиданно столкнулась с бабушкой Егора.
- Что-то давно тебя не видно, - сказала Аглая Никитична. – Почему к нам не заходишь?
- Уроков много задают, - соврала Ульяна.
- Я пирожков напекла. Пойдем чай пить.
- Нет, спасибо. Мне домой надо, - отказалась она. – Мама ждет.
- Пойдем, пойдем, - настаивала Аглая Никитична.
И тут, как назло, во двор вышла мама.
- Настя, я Ульяшу на полчасика заберу, - сказала ей Аглая Никитична. – Не возражаешь? Подруга моя кое-что передала из обуви, почти не ношеное.
Такое случалось не впервые. Аглая Никитична частенько дарила Ульяне одежду и обувь, оставшуюся от внучки ее подруги. Благодаря ей Ульяна носила дорогую и качественную одежду. Ту, что мама не могла купить сама.
- Конечно, конечно, - закивала мама. – Дай Бог вам здоровья, Аглая Никитична.
Пришлось идти домой к Егору. Выглядеть неблагодарной истеричкой в глазах его бабушки Ульяне не хотелось. Но впервые она не радовалась подаркам.
- Не нравятся? Ульяш, жмут? Ты скажи, не бойся. Неужели я с размером не угадала… - недоумевала Аглая Никитична.
А Ульяна смотрела на красивые сапожки из замши и с трудом сдерживала слезы. Ей казалось, что Аглая Никитична добра к ней исключительно из-за внука. И теперь, когда дружбе конец, Ульяна не имеет права принимать подарки.
- Нравятся, очень. – Она улыбнулась через силу. – Простите, у меня… голова болит. Спасибо вам.
Из школы вернулся Егор: стукнула входная дверь, раздался его голос.
- Бабуль, я дома!
- Или руки мыть, сейчас обедать будем, - ответила ему Аглая Никитична. И обратилась к Ульяне: - Давай и ты с нами.
- Нет, я не могу…
Егор заглянул в комнату, смерил Ульяну презрительным взглядом и скрылся.