- Да. Я всю ночь провел в своей комнате.
- И, Питер, вы были на ногах, не так ли?
Он кивнул; отрицать это было бы бессмысленно. - Это верно.
- Похоже, вы возвращались с соединительной части. Вам разрешен доступ к некоторым его разделам - нам всем разрешен, - но я не уверена, зачем вам нужно было там находиться.
- Мпоси попросил встретиться со мной там. Когда он не появился, я начал пробираться обратно.
- Насколько хорошо вы знали Мпоси?
- Достаточно хорошо.
- Чтобы убить его? - спросила Гома.
- Поверить ему, - спокойно ответил Грейв. Он не сводил с нее глаз, напряженность его взгляда нервировала. - И я его не убивал. А это значит, что это сделал кто-то другой.
ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ
- Готов к вылету, - сказал Кану. - Закрыть все шлюзы, отсоединить все перемычки и кабели.
- Если я могу побеспокоить вас, - сказал маркграф, - думаю, вам следует знать, что нарушители Консолидации быстро приближаются к Подземью.
- Разве они не сталкиваются с другими Регалами?
- Боюсь, нет ничего такого, к чему бы они не были готовы. Конечно, если бы они столкнулись с чем-то более устрашающим, чем едва организованные головорезы... что ж, мой народ окажет им радушный прием, который они не забудут, но я не могу обещать чудес. Я знаю, вы предпочли бы подождать, пока ваш корабль не будет полностью готов, но если вы хотите избежать местных трудностей...
- Понимаю. Маркграф - возможно, это глупый вопрос, но, может быть, вам будет безопаснее на борту корабля, а не оставаться в Подземье?
- Может ли ваш корабль сохранить мне жизнь? У вас есть возможность вернуть меня на Европу, как только вы отправитесь в путь?
- Не знаю, - сказал Кану. - Полагаю, тут есть спасательные капсулы, может быть, шаттл или посадочный модуль...
- Но, скорее всего, вам понадобятся такие вещи, когда вы доберетесь до места назначения. Нет, я не могу доставлять вам столько хлопот, по крайней мере, когда у вас есть свои собственные проблемы. Это очень любезно с вашей стороны, Кану, но мой дом здесь.
- А Нисса?
- Она в безопасности, вне опасности.
- Благодарю вас, маркграф. Когда у моей семьи будет возможность выразить свою благодарность... что ж, мы так и сделаем. Вы можете на это рассчитывать.
Консоль обновила свои дисплеи. - Готовность к аварийному запуску достигнута, - проинформировал его корабль. - Предполагаемый фактор риска ниже десяти процентов.
- Потолочные заряды заряжены и готовы, маркграф?
- Так, как всегда.
- Тогда мы запускаем. Удачи с Подземьем. Не могу обещать, что буду на связи еще какое-то время, но...
- Наши мысли совпадают друг с другом. Прощайте, Кану.
- До свидания, маркграф.
Кану приготовился к резкому ускорению, но когда зажимы ослабили свою хватку, он почувствовал лишь самый слабый толчок, не более сильный, чем при движении лифта. Пока все шло хорошо - по крайней мере, стыковочные зажимы были исправны, - но настоящие испытания были впереди. Ему еще предстояло запустить двигатель.
Затем раздался едва ощутимый треск, когда поднимающийся корабль с хрустом пробил стеклянный купол на вершине ограждающего здания. Поскольку давление воды было одинаковым по обе стороны купола, ничто не замедляло продвижение корабля. Кану время от времени ощущал скрежет или царапающее сопротивление, но ничего такого, что могло бы повредить корпус. А затем они оказались внутри, вне Подземья и в черной пустоте моря. Корабль все еще разгонялся так плавно, как будто его подталкивал снизу гигантский поршень. Конечно, одно дело было пробиться сквозь Подземье, и совсем другое - достичь самого космоса.
- Кану, - произнес голос справа от него. - Может быть, сейчас подходящий момент для вступления?
Он заерзал на сиденье, до этого момента убежденный, что корабль в его полном распоряжении.
Одетый в сюртук Свифт стоял у стены рядом с одной из фигур в нише. Его руки были скромно сложены перед собой, как у дворецкого, ожидающего указаний. Кану перевел дыхание и начал говорить, но прежде чем он успел произнести хоть слово, Свифт поднял руку. - Физически меня здесь нет, просто образ.
- Я так и знал.
- Чтобы появиться на борту корабля Ниссы, никогда не было подходящего момента, и, кроме того, у тебя было достаточно забот.
- И это твое представление о "приятном времяпрепровождении"?
- Сейчас прекрасное время. - Свифт жестом обвел окрестности контрольной палубы. - По человеческим меркам, это прекрасное инженерное сооружение. Но у тебя лишь ограниченный опыт эксплуатации космических аппаратов и - я думаю, будет справедливо сказать - вообще никакого опыта работы на корабле такого типа. Однако очень скоро его возможности будут подвергнуты испытанию. Тебе понадобятся максимальные знания о корабле - что он может делать и, что не менее важно, чего он не может. Я предлагаю, чтобы ты позволил мне - своей машинной части - взять верх, по крайней мере, до тех пор, пока мы не окажемся в свободном пространстве.
- Ты знаешь этот корабль не лучше, чем я.
- Это правда, но я могу учиться быстрее. У меня также есть обширные технические знания, на которые я могу опираться, и немаловажное преимущество в том, что я абсолютно непогрешим в принятии решений. Мы коснемся льда примерно через восемь минут, если верить этим показаниям глубины. Думаю, этого времени мне должно хватить, чтобы освоить управление.
Кану знал, что такой момент приближается - момент, когда у него не будет другого выбора, кроме как отдаться машинам.
- Тебе не нужно было спрашивать, не так ли? Теперь ты настолько стал частью меня, что мог бы завладеть мной в любой момент - захватить полный контроль над моей нервной системой.
- Если бы интеграция не была такой тщательной, как сейчас, - сказал Свифт, - ее было бы легко обнаружить. Однако, отвечая на твой вопрос: да, я мог бы взять управление на себя в любой момент, и я сделаю это в одно мгновение, если твоя жизнь окажется под угрозой. Но поскольку эта ситуация не настолько критична, я счел вежливым сначала спросить. По-моему, у нас осталось чуть меньше семи минут и тридцати секунд. Ты позволишь мне, Кану?
По крайней мере, одна жизнь - возможно, гораздо больше, чем одна жизнь, - зависела от этого момента. На мгновение это было больше, чем он мог вынести. Но если он не отдавал себя полностью Свифту, то не было смысла продолжать. Он проделал такой долгий путь из ада смерти на Марсе, чтобы служить одной истине: машины не были его врагами, и он не был их врагом.
- Сделай это.
Свифт подошел к Кану, просунул свою форму сквозь консоль в форме подковы, как будто она была сделана из газа, и опустился в кресло, которое уже занимал Кану. Тело существа аккуратно поместилось в том же пространстве и погрузилось под кожу Кану.
Пару мгновений Кану не чувствовал никаких изменений.
Затем Свифт схватил его.
Поскольку существо в его голове было полностью биологическим - отдельная личность, использующая тот же живой субстрат, на котором теперь работало его собственное сознание, - Свифт мог общаться с внешним миром только по каналам собственных чувств Кану. Он не мог обратиться непосредственно к кораблю или разгадать его тайны с помощью какой-либо прямой нейронной связи. Но он мог видеть, и говорить, и слушать, и заставлять руки Кану двигаться по консоли с молниеносной скоростью.
Кану, в свою очередь, чувствовал, что им безжалостно управляют как марионеткой. Мышцы и сухожилия на его руках не привыкли интерпретировать такой шквал нервных сигналов. Его глаза переключались с одного фокуса на другой так быстро, что зрительный поток Кану нарушился. Он чувствовал, как глазные мышцы жестоко разгоняются, заставляя их работать быстрее, чем было задумано природой. Он представил себя таким, каким мог бы показаться, если бы кто-нибудь был рядом и мог его видеть: человек в кресле, дергающийся, словно в муках припадка или какой-то продолжительной казни электрическим током. Он даже говорил - или, скорее, издавал короткие, визгливые звуки, которые мало походили на суахили, да и вообще на любой человеческий язык, если уж на то пошло.