Я долго не могла заснуть, наблюдая, как свет фар создает тени от ветвей деревьев на моем потолке.
* * *
Настал день свадьбы. Брат, казалось, невероятно нервничал. Мне показалось, что я никогда не видела его таким нервозным раньше. Это было странно трогательно.
Я помогла загрузить машину, убедившись, что мы не забыли наши платья, туфли, свадебные подарки, свадебные программки. Смокинг Джеффа. Туфли Джеффа. Затем мы с мамой вышли из дома и отправились в цветочный магазин, чтобы забрать бутоньерки. По дороге она заставила меня прочитать написанный от руки список вещей, которые надо не забыть.
— Кэрол, ты не забыла то, что будешь читать? — наконец спросила она.
— Конечно нет, мам, — сказала я. Это буквально единственное, что мне нужно сделать на свадьбе, и он прямо здесь, в моем…
Дерьмо.
Мы решили, что будет проще зайти в книжный магазин за новым экземпляром, вместо того чтобы возвращаться домой.
— Мне так жаль, — сказала я, съежившись от смущения, когда забиралась обратно в машину с новым экземпляром португальских сонетов в руке. Мама ничего не сказала, ее рука стучала по рулю. Я могла бы сказать, что у нее был мысленный отсчет времени до свадьбы, и теперь мы отставали.
Мы поехали в церковь и выгрузили программки, подарки, цветы. Я увидела Ди и других подружек невесты на другом конце часовни и помахала им рукой. Затем мы направились в женский туалет, где я помогла маме надеть ее очень стильное бордовое платье матери жениха. Я натянула платье подружки невесты в тесной кабинке и вышла, чтобы мама сделала мне прическу и макияж.
— О, Кэрол, — сказала она со слезами на глазах. — Ты такая красивая!
Я повернулась, чтобы посмотреть на себя в зеркало.
— Ух, ты, — прошептала я.
Я действительно хорошо выглядела. Более чем хорошо. Я действительно выглядела сексуально. Он был бы в восторге, подумала я, и мои щеки вспыхнули. Он провел бы рукой по разрезу сбоку, прорычал бы мне в ухо и произнес…
— Я просто знаю, что где-то существует твоя вторая половинка, — сказала мама, похлопав меня по щеке.
А потом все закончилось. Момент был официально испорчен, и я снова стала тощей, неуклюжей Каролиной Капелло, без парня и с носом всегда в книге.
— Спасибо, мам, — пробормотала я.
— Пошли, — сказала она, — скоро прибудут гости.
* * *
Я обняла дядю Донни и тетю Джулию, когда они вошли, улыбнулась и кивнула, когда они оба прокомментировали, как я выросла, что я больше не была маленькой девочкой, а затем я поцеловала каждого из их четырех детей и направила их к жениху. Я обняла тетю Мишель и сказала дяде Тони, что, наконец-то, попробовала ту пиццу и она на самом деле была не так уж хороша. Затем я обняла тетю Адрианну, которая всегда выглядела немного расстроенной на свадьбах, и проводила ее до ее места.
А потом заиграла музыка, и мне пришло время взять под руку друга Джеффа, Энди, пытаясь сбалансировать свой маленький букет и новый экземпляр сонетов, когда я шла по проходу.
Я заняла место в ряду подружек невесты и повернулась к брату, напоминая себе улыбаться. Он выглядел очень красивым и слегка нервным в смокинге. Его бутоньерка была немного кривовата, и я усмехнулась, зная, что это сведет мою маму с ума.
Затем музыка изменилась, и вся часовня поднялась на ноги.
Если я думала, что Ди сияла в джинсах и футболке, то она была почти неземной в свадебном платье. Ее длинные светлые волосы ниспадали на плечи, а платье было облачком морской пены, вздымающейся от изгибов ее бедер. Каскад темно-розовых роз ниспадал с ее рук.
Я посмотрела на Джеффа и отвернулась. Выражение его лица заставило мое сердце сжаться. Ди подошла к нам, и мы все вместе повернулись к священнику.
— Дорогие мои, — начал он.
А потом, кивнув мне, настала моя очередь читать. Я передала букет девушке рядом со мной и пошла к подиуму, стараясь не обращать внимания на людей в зале. Много-много людей в зале. Мои руки дрожали, когда я открыла новую книгу на потрепанной странице. Сонет 43.
— Как я люблю тебя? — читала я. — На сто ладов:
Не думай о нем, говорила я себе. А потом он стал всем, о чем я могла думать.
— До глубины души, до высоты, Крылатых чувств, до облачной мечты,
Его прохладная кожа прижатая к моей.
— Люблю тебя обыденно, без слов, При свете дня, под кровом темноты,
Моя голова лежит на его груди, мои губы ласкают его шею.
— Как людям правда, так мне нужен ты… — Теперь мой голос дрожал.
Древесный дым и соленые брызги и… ОСТАНОВИСЬ!
— Любовь не требует иных даров.
Его лицо при свете свечи, его улыбка, его дикие глаза с пляшущимися огоньками.
ПРЕКРАТИ!
— Люблю всей страстью горестей былых, — читала я, и слезы наполнили мои глаза, — Люблю всем детским ожиданьем чуда.
Его губы, касающиеся моих, его руки на моих запястьях, прижимающие меня к матрасу.
«Чего ты хочешь, смертная женщина?»
Я подняла голову. Все в церкви уставились на меня. Ди выглядела особенно обеспокоенной, ее красивый лоб морщился. Я снова посмотрела на страницу, мое зрение затуманилось от слез.
— Любовью мной утраченных святых, — сказала я, глубоко вздохнув.
«Я хочу тебя».
— Вернувшейся ко мне из ниоткуда, — выдохнула я, бормоча слова так быстро, как только могла. — Всей жизнью. А покину мир живых — Тебя любить еще сильнее буду.*
Я отшатнулась от подиума, мои щеки горели. Я смотрела на браслет-цепочку с ракушкой на запястье до конца церемонии, забыв улыбнуться счастливой паре.
* * *
Я держалась в тени бара во время приема. Несколько человек неловко похвалили меня за прочтение.
— Это просто эмоции, — сказал дядя Донни, хлопая меня по плечу. — Просто эмоции.
Я пробормотала слова благодарности и заказала еще бокал красного вина. Я планировала пить вино, пока не забуду о Локи или не забуду о том, что опозорилась перед всей свадьбой. Бармен протянул мне новый бокал. Я выпила его несколькими большими глотками и вздохнула. Комната начала немного вращаться по краям… и нет, я все еще не забыла гребаного, неоправданно сексуального Бога-обманщика Асгарда.
Но он забыл обо мне.
— Мне нужно еще выпить, — сказала я, помахав бармену, а затем подтолкнула пустой бокал в его сторону.
Он кивнул и протянул мне новый бокал, когда мама подошла. Она фыркнула. Мне пришлось бороться с желанием опрокинуть перед ней весь стакан. Вместо этого я глубоко вздохнула и посмотрела через зал на Ди и Джеффа на танцполе. Счастливая пара. Не испорти эту свадьбу, сказала я себе. По крайней мере, не больше, чем уже сейчас.
— Привет, мам, — сказала я, ставя бокал и пытаясь придумать что-нибудь, что могло бы компенсировать мое катастрофическое чтение. Меня смущало мое пьяненькое состояние. — Я встретила кое-кого в Чикаго.
Ее лицо просияло.
— Его зовут Марк, — сказала я, — и он занимается… э-э… бизнесом. Разными штуками. Финансовыми делами. Он оставил несколько сообщений. Я, эм, я ему перезвоню.
Мама широко улыбнулась.
— Он бы тебе понравился, — добавила я, понимая, что это правда. Мама бы полюбила Марка.
Она потянулась ко мне, ущипнув меня за щеку.
— Я так рада за тебя! — сказала она.
Мой желудок сильно сжался, и я решила, что могу немного отдохнуть от вина.
* * *
Я выпила недостаточно, чтобы забыть Локи или мое ужасное прочтение, но достаточно, чтобы иметь адскую головную боль на обратном пути в Чикаго. Поезд сломался через двадцать минут после отъезда из аэропорта О'Хара, и прошло больше часа, прежде чем я добралась до другого поезда, таща за собой чемодан и чувствуя, что могу убить любого за глоток воды. Было уже темно, когда я открыла дверь в квартиру.
— Эй? — произнесла я неуверенно, нащупывая выключатель.
Квартира была пуста, за время моего отсутствия ничего не изменилось. Я выудила из мусорной корзины скомканную записку и разгладила ее. «Локи», было написано. «Я в Сан-Диего. Вернусь во вторник».