— Хуже, чем у Баффи…

— Баффи в принципе была лучшей.

— Но хорошо.

— Насколько хорошо?

Есть только один способ проверить.

Брат протянул руку, и я, ни минуты не колеблясь, вложила в неефлешку. В тот день, когда я не смогу довериться собственному брату,моя жизнь закончится. Ни больше ни меньше.

— Вытащи ее в Сеть, и пусть просмотрит файлы. Баффиговорила, там метки времени и даты и IP-адреса. Нужнопосмотреть. — Я встала. — Рик, дописывай свойрепортаж.

— А ты чем займешься?

— Подниму Махира. — Я уселась обратно к компьютеру,стул был все еще теплым, как быстро все закрутилось. — Во чтобы то ни стало. Нужно сделать копию с диска Баффи и сохранитьданные где-нибудь вне пределов нашего сайта. Лондон вполнеподойдет.

— Джорджия? — тихо спросил Рик.

Я оглянулась: Казинс все еще стоял посреди комнаты.

— Что?

— Мы переживем все это?

— Вполне вероятно, что нет. Хочешь уехать?

— Нет. — Он покачал головой. — Просто хотелпроверить, отдаешь ли ты сама себе в этом отчет.

— Отдаю. А теперь — работать.

Рик с Шоном кивнули и уселись за компьютеры.

Махир не откликался: может, отошел от компьютера, или спал, или,упаси господи, был уже мертв — быть может, все даже серьезнее, чеммы думали. Но его машина все еще находилась в Сети. Я ввела свойспециальный код доступа и активизировала личный ревун. Если мойколлега все-таки появится в Интернете, ревун начнет издаватьгромкие противные звуки и не уймется, пока он со мной не свяжется.Такие вот штуки хороши только для действительно экстренныхситуаций. Но в данном случае, по-моему, у нас была именно чтоэкстренная ситуация.

Ладно, все от меня зависящее я сделала, заместитель должен раноили поздно найтись, а теперь пальцы на клавиатуру, глаза в монитори за работу.

Фактический репортаж делать всегда приятно. У тебя под рукой всянужная информация, ее только нужно правильно организовать,превратить в нечто понятное и логичное. Вы берете факты, лица, всюмногогранную правду и полируете ее до зеркального блеска, а потомпереносите все это на бумагу (хотя в моем случае приходится иметьдело с пикселями) и предоставляете на суд читателю. Я выкладываламатериал постранично и для закачки использовала номер собственнойлицензии. Если кто-нибудь решит, что это инсценировка, можетобратиться в специальный комитет, отвечающий за аккредитацию, ипожаловаться на несанкционированное использование моего номера. Такя раз и навсегда прекращу глупые слухи. Да и новости получатсяхорошие.

После первой же страницы начали приходить письма, в основномрадостные: читатели меня поздравляли с «воскрешением» из мертвых иуверяли, что они и не сомневались, что я жива. Среди них было инесколько менее дружелюбных. А одно я специально отметила: потомнапишу статью и использую его в качестве примера. Там говорилось,что мы с Шоном должны погибнуть от рук живых мертвецов, мол, такиегрешники, как мы, ничем не лучше зомби. Прекрасная иллюстрация кистории о Баффи — ее вот на это и купили.

Я как раз загружала шестую страницу, но тут меня отвлек Шон:

— Бекс сейчас перепроверяет IP-адреса. Большая частьзашифрована.

— То есть?

— То есть их не отследить.

Черт.

— А что насчет меток даты и времени?

— Они доказывают, что это не один из нас. И не сенатор. Иничего больше. Если судить по времени — это мог быть кто угодно,хоть та же миссис Райман.

Черт-черт-черт.

— А хорошие новости есть?

Шон оторвался от экрана и широко ухмыльнулся.

— Коды доступа ко всем жучкам Баффи тебя устроят?

— Да, это хорошие новости…

Я не успела договорить — компьютер пискнул, в нижней частиэкрана замигало окно — срочное сообщение. Я дважды щелкнула понему.

На мониторе появилось лицо Махира, волосы в разные стороны,глаза ошалевшие:

— Что происходит? Что случилось?

— Ты не брал трубку! — ответила я и тут жесмутилась.

Махир находился на другом конце света, для него-то ситуация небыла такой экстренной.

— Местные сочинители устроили вечер памяти и поэтическиечтения в честь Баффи. Я туда пошел, чтобы потом сделать репортаж,и, боюсь… — Мой коллега убрал непослушную челку с лица и свиноватым видом продолжил: — Выпил лишнего. Потом пришел домой исразу же уснул.

— Понятно теперь, почему ты не услышал ревун. — Яповернулась к Шону и спросила: — У нас есть копия файлов?

— В папке для локальных пользователей.

— Хорошо. — Я снова посмотрела на монитор. —Махир, я сейчас загружу в твою папку несколько файлов. Я хочу,чтобы ты их сохранил, у себя. Сделай как минимум две физическиекопии. И эти данные лучше держать не у себя в квартире.

— И после прочтения удалить с сервера? — веселопоинтересовался Махир.

— Да. — Я и не думала шутить. — Хорошая идея. Аеще лучше — переформатируй после этого свою папку.

— Джорджия… — Мой друг ненадолго замолк. — Мнечего-то следует опасаться?

Я откинулась на стуле и чуть было не рассмеялась. Баффи мертва,кто-то позвонил в ЦКПЗ и сообщил им о нашей смерти, насиспользовали, чтобы саботировать правительство Соединенных Штатов.Опасаться следовало много чего.

— Пожалуйста, скачай файлы, прочти и скажи, чтодумаешь.

— Хочешь знать, что я думаю? — обеспокоеннопереспросил он. — Джорджия, убирайся из этой страны. Приезжайсюда, пока не случилось ничего непоправимого.

— В Англии меня не примут.

— Мы найдем какой-нибудь способ.

— Попросить политического убежища, конечно, забавная идея,но Шон озвереет, если я заставлю его переехать. А без него я непоеду. — Подчиняясь внезапному порыву, я сняла очки иулыбнулась своему собеседнику. — Прости, возможно, нам так ине удастся встретиться лично.

— Не говори так, — с тревогой в голосе попросилМахир.

— Просто прочти файлы. А после уже решишь, как мне следуетговорить.

— Хорошо. Будь осторожна.

— Постараюсь.

Я нажала на клавишу, и файлы отправились в его папку, окошко длявидеосвязи закрылось, на его месте теперь светился сетевойстатус.

— Джорджия?

Шон снова называл меня полным именем, и это не к добру. Внутривсе похолодело. Я повернулась к брату.

— Что?

— У Бекс сейчас на прямой связи один из жучков.

— И?

— Думаю, ты должна это услышать.

Шон выдернул свои наушники из разъема. Шипение и потрескивание —мы слушали сейчас прямую трансляцию. Все моментально смолкли, дажеЛоис, которая свернулась клубочком рядом с монитором Рика. Глаза укошки были широко раскрыты, уши прижаты к голове.

— …слышишь меня? — В воцарившейся тишине голос Тейта,усиленный жучком, прозвучал особенно громко. — Нужно решитьэту проблему, причем немедленно, пока все не стало еще хуже.

Ему ответил другой голос, но слов мы не смогли разобрать. Шонпосмотрел на меня и кивнул. После мы попросим Бекс прогнать записьчерез фильтр и по возможности очистить ее от шумов, вдруг удастсявычислить неизвестного. Это все, что мы можем.

— Говорю же тебе, они подобрались слишком близко. Теперь,когда Месонье больше нет, мы не можем их контролировать. Понятия неимею, сколько этих проклятущих жучков она понатыкала повсюду. Я жеговорил, нельзя доверять шпионке.

Я затаила дыхание, Рик беззвучно ругался, Шон молчал, поджавгубы. Ни о чем не подозревающий Тейт тем временем продолжал:

— Я в передвижном офисе ее маленького дружка. Она точно нестала бы устанавливать жучки в том месте, где предавалась своимничтожным грешкам.

— Как же плохо он ее знал, — горько заметил Рик.

— Мы тоже, как выяснилось, — отозвался Шон.

— Да мне плевать, как ты уберешь остальных, — пролаялТейт. — Просто убери и все. Если их не смогли прикончить вЦКПЗ, найдем другой способ. Понял? Выполняй!

Послышался громкий звук, словно там со всей силой бросилитрубку, а потом удаляющиеся шаги. Колонки пошипели еще несколькосекунд, а потом вдруг замолкли.

— Они включаются и сохраняют информацию, только когдаулавливают достаточно громкий звук, — зачем-то пояснилШон.