Литмир - Электронная Библиотека

— Прошу!

С замком кабинета он провозился еще меньше, а вот с несгораемым шкафом — минуты две.

Иван Павлович поднес к бумагам фонарик… Какие-то накладные, счета…

— Ого! Тут и по-русски…

Отчет от концессии с компанией «Марзолото»! Какие-то цифры… Черт! «Мариинское золото»! Берикуль! Они восстановили заброшенный прииск! И это золото теперь…

— Иван Палыч — тсс!

Доктор замер. Снаружи, в коридоре, послышались чьи-то крадущиеся шаги.

Глава 17

Кто-то осторожно, крадучись, подошел к двери и нажал на ручку. Видно было, как конец ручки медленно пополз вниз. Доктор поспешно выключил фонарик.

Скрипнула дверь, и на пороге возникла худосочная фигура вкепке…

— Бежим!

Оттолкнув незнакомца, Иван Павлович выскочил из кабинета и опрометью бросился по лестнице вниз. Позади поспешал Амзораков.

— Нет, не к пивной! — догнав доктора, взволнованно воскликнул Захар. — Там полиция… Давайте туда, за деревья…

Со всей поспешностью беглецы юркнули в узкий проулок, едва не столкнувшись с маленьким черным кабриолетом с понятым верхом. На переднем сиденье, рядом с шофером, сидела женщина — молодая блондинка с накрашенными ярко-красной помадой губами. В белом платье и в красном берете в цвет губ. Водителя разглядеть не удалось — все на бегу, быстро…

— Вон, туда… — снова указал Амзораков.

Соратники проворно юркнули во двор. Слышно было, как позади, на улице, завелся, загудел мотор. Машина отъехала… Все стихло.

Над покатыми крышами ярко сияла луна. Где-то в подвале утробно мяукнула кошка.

— Нам бы сейчас такси, — осматриваясь, Захар глянул на часы. — Полпятого. Однако, скоро и утро.

— Поедем, — чуть помолчав, сквозь зубы протянул доктор. — Не надо, чтоб нас здесь кто-то видел. И такси или извозчика лучше поискать в каком-нибудь другом месте. Подальше от конторы!

— Понимаю, Иван Павлович… — напарник вдруг улыбнулся и вытащил из кармана тужурки… целую пачку купюр! Две коричневые банкноты по пятьдесят марок, четыре «синенькие», еще несколько двадцать пяток, красивых, с серыми нарисованными елками.

— В шкафу вместе с бумагами лежали. Вот, прихватил… — неожиданно улыбнулся Захар. — Не потому, что я — вор. А потому что — пусть думают, что мы — воры.

— Молодец, соображаешь! — Иван Павлович тут же оценил задумку. И подумал, что очень хорошо сделал, что не прихватил с собой найденные документы… хотя, признаться, мысль такая была.

— А парня того я узнал, — тихо произнес Амзораков. — Тот самый, с улицы. Который к нам подходил. Видать, проследил, гад… Уж сейчас поживится! Может, еще денег найдет.

Парень еще хотел что-то сказать, да не успел — где-то невдалеке вдруг гулко прозвучал выстрел! А еще послышался звук разбитого стекла.

— Да уж, — студент передернул плечами. — Ну и райончик!

— Ага… — оглядываясь, отрывисто кивнул Петров. — Давай-ка ноги в руки…

— Да. Пожалуй, пора.

Светало. Звезды потускнели, а луна сделалась серовато-белой и какой-то будто бы ненастоящей, как отраженье в воде. Пройдя наугад дворами и спугнув пару влюбленных парочек, напарники вышли к Изару, и по узкой набережной зашагали к мосту. Там, у помпезного здания Маскимилианеума, начинались уже куда более цивилизованные места. Там и поймали такси — большой колымагистый «Даймлер».

* * *

Утром следующего дня Иван Павлович выехал по делам концессии Берлинским экспрессом. Якобы в Советское торгпредство — так было сказано Лобанову и всем прочим. На самом же деле доктор ехал к старому Эрнсту Вайбергу. Владельцу книжной лавки, человеку, адрес которого еще в Москве дал Ивану Павловичу Валдис Иванов, чекист и старый приятель.

Дорога прошла незаметно. Уютное купе первого класса, священник-сосед — пожилой и молчаливый. Даже удалось немного поспать!

Через пять с половиной часов, технический директор концессии уже садился в такси на привокзальной площади германской столицы.

Бульвар под Липами — Unter den Linden, Дом, Мартин-Лютер-кирхе…

— Данке! Прошу получить…

Кантштрассе, проходной двор, старинная, с колокольчиком, дверь. «Эрнст Вайберг. Книги и ноты».

— Здравствуйте, герр Вайберг. Я от Валдиса. Уже как-то заходил…

— Я вас помню… Прошу! — старик кивнул на задернутую занавеской дверь за прилавком…

— Это надо будет отослать в Москву обычной почтой.

Пройдя в комнату, доктор вытащил зашифрованное послание:

— На имя инженера В. Иванова. Адрес указан…

Увы, международные отправления нельзя было просто бросить в почтовый ящик. От иностранца же обязательно потребовали паспорт! А вот к местным отношение было не таким строгим…

Мюнхен был не вариант — за иностранной концессией в любом случае присматривали, следили…

Пришлось действовать через Берлин.

На первый взгляд — вполне обычное ничем не примечательное письмо. Приветы родным, жалобы на берлинские цены… Самое главное было написано между строк симпатическим чернилами.

Иван Павлович срочно просил тщательно и тайно проверить концессию по добыче золота «Марзолто — Стассенбург». И прииск на Берикуле.

* * *

Иван Павлович вернулся в Мюнхен ранним дождливым утром. Сразу же взяв такси, поехал к себе на Максмилианштрассе, в гостиницу «Четыре времени года». Взяв в вестибюле вчерашних газет, доктор уже собрался было подняться к себе, как вдруг его окликнул портье:

— Герр Петрофф? Sie erhalten eine Polizeimeldung!

(Вам полицейское извещение)

Что такое «извещение», господин технический директор не понял, зато хорошо разобрал слово Polizeimeldung — «полицейское».

— Данке… — взяв плотный казенный конверт, поблагодарил Иван Павлович. — Данке шен.

Войдя в комнату, доктор поставил саквояж в угол и повесил на вешалку мокрую шляпу. Спать не хотелось — выспался в поезде, а вот принять ванну было бы неплохо. Если, правда, имелась горячая вода. С утра могла и не быть, с горячей водой в Германии дела обстояли печально. Впрочем, не только с горячей водой.

Но, сначала повестка!

Сняв пиджак, доктор зашел в ванную и включил воду — пропустить холодную. Потом уселся в кресло, взял со столика костяной «бумажный» нож, каким обычно вскрывали конверты и разрезали станицы в новеньких, только что купленных, книгах.

«Полицейское управление Мюнхена, Augustinerstraße, 1» — было отпечатано на конверте приемистым типографским шрифтом.

«Г-н Иван Петрофф, гостиница „Четыре времени года“, Максимилианштрассе…» — это уже было написано синими чернилами от руки. Красивый такой почерк, с завитушками. Верно, секретарша писала…

'Hiermit informieren wir Sie über die Notwendigkeit, bei der Polizeibehörde zu erscheinen, Büro Nr……juli um 11 Uhr im Zusammenhang mit den Ermittlungen der Kriminalpolizei Nr. 34567-K.

Kriminalrat Holzer.

Im Falle einer Nichterscheinung werden Sie vom Antrieb geliefert und einer Verwaltungshaft unterzogen'

По-немецки Иван Павлович не читал, но число и время увидел сразу. А еще — фамилию Хольцер.

Старый знакомый! Черт бы его побрал! Что там опять-то? Вроде бы, дело об утопленнике прекратили… Или все дело в Гитлере? Но, им же будущий «партайгеноссе» Мюллер занимается, а вовсе не Хольцер.

Иван Павлович глянул на часы: полседьмого. Будить Рейнхольда, наверное, было бы рано… Что ж…

Усмехнувшись, Иван Павлович взял лежащий на тумбочке потрепанный томик — словарь.

Перевел довольно легко — никаких особенных слов повестке не содержалось — обычный бюрократический стиль.

'Настоящим извещаем вас о необходимости явиться в Полицейское управление, кабинет №……июля к 11 часам в связи с расследованием уголовного дела № 34567-К.

Криминальный советник Хольцер.

В случае неявки будете доставлены приводом и подвергнуты административному аресту'

Хм… Вот, значит, как? Административным арестом пугают! Ладно, поглядим… Взять с собой Оскара Карловича, чтоб все официально. И обязательно предупредить Лобанова и Рингельмана. Особенно — последнего, да.

36
{"b":"982674","o":1}