— Понятно, — Маркус медленно провел пальцем по нижней губе, задевая серебряное кольцо. Жест был невыносимо интимным для полицейского допроса. — Но у меня его номера нет. Мы почти не пересекались, ключи мне просто оставили в агентстве, а вот у хозяина дома должны остаться его контакты. Я могу уточнить у него и связаться с вами. Оставьте свой номер телефона.

— Дайте мне номер хозяина, — потребовала Нора, сдвигая блокнот ближе. — Я сама с ним свяжусь. Это сэкономит время.

Маркус тихо рассмеялся.

— Боюсь, это не сработает, детектив, — он чуть наклонился вперед, опираясь локтями на тяжелый стол. — Хозяин этого места... скажем так, специфический человек. Он ценит свою анонимность больше, чем воздух. Не общается с жильцами, не открывает дверь незнакомцам и тем более не будет разговаривать с полицией. Все коммуникации идут только через меня. Если я дам вам номер, вы будете слушать гудки мертвой линии до конца своей смены.

Он выдержал паузу, глядя ей прямо в глаза, и Нора поймала себя на мысли, что он наслаждается этой маленькой игрой в кошки-мышки.

— Но если я сам выйду на него и объясню, что это в ваших... официальных интересах, есть шанс, что он соизволит ответить. Так что оставьте свой номер, я свяжусь с вами, как только получу информацию.

Нора сжала челюсти. Её детективное чутьё кричало, что он лжёт или, как минимум, недоговаривает, но у неё не было ордера, чтобы выбивать двери, а спорить с человеком, который занимал почти весь дверной проём своей тушей, было нерационально.

Нора достала из внутреннего кармана пиджака визитку и скользнула ею по гладкому дереву стола к нему.

— Звоните, как только будет информация.

Она встала, давая понять, что аудиенция окончена, и направилась к выходу, но детектив внутри неё, освобожденный от тумана таблеток, не дремал. Пока она шла через гостиную, её взгляд цеплялся за детали, которые раньше скрылись бы за пеленой усталости. Дом выглядел жилым, но... Нора скользнула взглядом по книжным полкам, по верхнему краю телевизора, по темным плинтусам. Пыль. Толстый, нетронутый слой пыли. Словно здесь не жили месяцами, а дорогую мебель просто расставили для декорации. Маркус Кроу либо был патологически ленив, либо этот дом был ему нужен не для жизни.

Она остановилась у самой входной двери, уже взявшись за холодную латунную ручку. В голове всплыл ещё один вопрос — про эту странную, нежилую пыль. Она резко развернулась, чтобы задать его, и натолкнулась на крепкую, твердую грудь.

Нора вздрогнула, инстинктивно отшатываясь, но спина тут же уперлась в тяжелую деревянную дверь. Она даже не услышала его шагов. Он переместился из-за стола бесшумно, как хищник, и теперь стоял вплотную, нарушая все возможные личные границы. Из-за столкновения с ним вопрос вылетел из головы, испарившись под волной его тепла и запаха — смеси чистого хлопка и нотки чего-то опасно мускусного.

— Что-то не так, детектив? — тихо спросил Маркус.

Он смотрел на неё сверху вниз. В его карих глазах больше не было вежливости арендатора. Взгляд был густым, горячим, почти осязаемым. Он скользил по её лицу, спускался к губам, ниже, к шее... Она почти видела, как в его голове прокручиваются кадры — вот она прижата спиной к этой самой двери, вот её голова запрокинута на подлокотник дивана в гостиной, вот она лежит на том самом тяжёлом дубовом столе, разбросав бумаги, которые он так небрежно отодвинул. Эта мысль должна была её возмутить, оттолкнуть его, но вместо этого по позвоночнику пробежал предательский, обжигающий ток.

Нора сжала кулаки, вбивая ногти в ладони, чтобы боль вернула ей контроль. Она подняла подбородок, заставляя себя не отводить глаз.

— Всё так, — выдохнула она, стараясь, чтобы голос звучал твердо и равнодушно. — Буду ждать информации о номере, мистер Кроу. И ещё. Это же вы были на парковке рядом с моргом пару дней назад. Я тогда споткнулась и врезалась в вас.

— Да, всё верно, — Маркус чуть наклонил голову, и тень от его ресниц упала на скулы. Уголок его губ медленно пополз вверх в ухмылке, которая не коснулась глаз. — Не зря твоё лицо показалось мне знакомым, когда ты постучала в дверь. Хорошего дня, детектив Блэк, — произнёс он, отступая в тень прихожей и открывая перед ней дверь, не объясняя, что делал на той парковке.

— До свидания, мистер Кроу, — бросила Нора и шагнула наружу.

Она быстро спустилась по скрипучим ступеням, стараясь не бежать, но и не позволяя себе слишком замедлить шаг. Джек уже закончил разговор с капитаном и стоял у машины, нервно постукивая пальцами по крыше.

Нора не оглянулась. Она не видела, как Маркус Кроу остался стоять в дверном проёме, наполовину скрытый тенью облупившейся двери. Его карие глаза, лишённые всякого притворного дружелюбия, были прикованы к её удаляющейся спине. Он смотрел на неё внимательно, терпеливо и сосредоточенно — и этот тяжёлый, почти физически осязаемый взгляд не сулил абсолютно ничего хорошего. В сгущающемся тумане Пепельного квартала его фигура казалась темнее самой ночи, а на губах медленно проступала усмешка, обещавшая, что их следующая встреча будет куда менее вежливой.

Глава 9

Ливень, не утихавший со вчерашнего вечера, размывал виды Син-Сити, превращая город в мрачную, грязную акварель. Нора сидела на кухне, укутавшись в старый вязаный кардиган, и смотрела, как кофемашина выдаёт очередную порцию чёрной, как её текущее состояние души, жидкости.

Телефон на столе завибрировал, заставив её вздрогнуть. На экране пульсировало имя: Лин.

— Алло?

— Скажи мне, что ты сегодня не занята, — голос Лин звучал с эхом, будто она говорила из пещеры. На фоне слышался звук рвущегося скотча и глухой стук падающего картона.

— Я пью кофе. Ты в пещере?

— Я в аду, Нора. В картонном аду, — фыркнула Лин. — Слушай, я через два дня улетаю на юг. Чемоданы ещё не собраны, квартира вверх дном. У меня просто не будет времени на нормальные прощания, когда начнётся финальная паника. Давай встретимся сегодня вечером?

— Конечно, — Нора обхватила ладонями тёплую кружку. — Где?

— «Последний шанс» на Ред Роуд в восемь. Там, где мы были в прошлый раз. Мне нужно выпить чего-то крепкого и пожаловаться на то, как мне страшно лететь в эту эпидемиологическую задницу. Если опоздаешь, я выпью твой мохито и расскажу бармену твои самые стыдные истории из колледжа.

— Буду в восемь, — улыбнулась Нора.

— Ты святая, Блэк. Целую.

Нора отключила звонок и сделала глоток кофе. Встреча с Лин — это то, что ей сейчас было нужно. Опора в реальности, далёкая от трупов, воска, вырезанных символов и... Дверной звонок разрезал тишину квартиры. Нора нахмурилась. Она никого не ждала. Джек знал, что в её выходной к ней лучше не подходить без ордера на обыск и бутылки виски. Она подошла к двери и заглянула в глазок. В коридоре стоял Адриан. В руке он держал огромный, перевязанный чёрной атласной лентой букет красных роз. Они были идеальными: тугие бутоны, глубокий, почти кровавый цвет, ни одного пожухлого лепестка. Адриан Вейл никогда не дарил цветов. Романтика с цветами была чем-то настолько чуждым его образу, что у Норы внутри холодом отозвалось чувство неправильности. Она щёлкнула замком и приоткрыла дверь.

— Доброе утро, — он протянул ей букет. Запах роз, тяжёлый и сладковатый, тут же перебил аромат её кофе. — Они напомнили мне о тебе.

Нора не взяла букет сразу. Она смотрела на него, пытаясь сквозь пелену его обаяния нащупать мотив.

— Красные розы, Адриан? Серьёзно? Это же такое... клише.

— Иногда клише — это просто классика, которая работает, — он шагнул вперёд, вынуждая её отступить и впустить его в квартиру. Он прошёл в гостиную, оглядываясь, словно оценивая территорию. — Поставь их в воду.

— Как часто ты планируешь заниматься такими вещами? Приходить без предупреждения, вламываться в мой выходной с... с реквизитом? — Нора закрыла дверь, скрестив руки на груди.

Адриан остановился посреди комнаты. Он медленно обернулся, и в его глазах мелькнуло идеально сыгранное разочарование, смешанное с обидой.