— Нормально, — отозвалась я. — Спросила бы, как дела у тебя, но... — выразительно обведя взглядом его дорогой костюм и пропуск в компанию, которой Леви же и владел, я добавила: — Сдается, в твоей жизни и так все схвачено.

— Кое с чем я до сих пор не разобрался, — парировал он. — Но спасибо за веру в мой успех.

— Думаю, она тебе просто необходима.

Леви снова рассмеялся.

— Периодически — да. А теперь давай вернемся к твоей персоне: «нормально» — самый дежурный ответ из всех возможных.

— Вряд ли ты жаждешь услышать правду.

— А ты проверь.

Принесли заказ, подарив несколько спасительных секунд на размышления: а стоит ли открывать ящик Пандоры? Сидящий напротив Леви казался таким понимающим, что излить душу снова, как и в нашу первую встречу, не составило бы никакого труда.

К черту, решила я. Терять-то все равно нечего.

— Недавно брат уволил меня из семейной фирмы. У него, конечно, имелись на то веские причины, но теперь я рискую лишиться дома, и, честно говоря, это до чертиков пугает.

Леви как раз поднес ко рту тако, но на моих словах замер.

— В вашей семье принято так поступать?

— Вроде того. Началось все с того, что дом вообще достался мне. Формально я увела недвижимость у брата из-под носа; просто у Келвина и так все есть, и я понятия не имею, почему бабушка упомянула в завещании именно его, — я разочарованно выдохнула: теперь, когда ее не стало, правды не узнать. — Как бы там ни было, расставаться с единственной памятью о бабуле совершенно не хочется, а значит — нужна работа. Уж если начистоту, где угодно будут платить больше, чем на прошлом месте.

— И сколько же ты получала? — поинтересовался он. Услышав названную сумму, Леви изумленно приоткрыл рот. — Да это же преступно мало!

Я лишь пожала плечами.

— Диплом оказался совершенно бесполезным. Очевидно, английская филология приказала долго жить.

— В штате полно ребят с таким образованием, и зарабатывают они на порядок больше.

— Ага, только куда проще было получать нищенскую подачку и целыми днями плевать в потолок, — осознав, что́ именно только что брякнула, я в ужасе распахнула глаза. — В смысле, я не собираюсь так же вести себя в твоей компании.

— Обед все еще носит неофициальный характер.

— А я все еще не теряю надежды ухватить удачу за хвост. Келвин воспринимает каждый новый день как шанс для бизнеса; возможно, стоит... брать пример, — от одной мысли о том, чтобы уподобиться собственному брату-близнецу, лицо непроизвольно перекосило.

— Все твои чувства написаны на лице.

— Ой, заткнись, — буркнула я, откусывая тако с авокадо, и на мгновение полностью растворилась в невероятном вкусе. Господи, а можно я стану профессиональным дегустатором и буду этим зарабатывать на жизнь? Разве нет альтернатив вечному заточению в четырех стенах офиса?

— Большинство посетителей реагируют на местную кухню точно так же, — заметил собеседник.

— По-моему, вкусная еда заставляет забыть о проблемах, пусть и на жалкую секунду.

— Разве у тебя останутся проблемы, если устроишься ко мне?

— Сейчас, по идее, надо ответить «нет»?

— Отвечай то, что думаешь.

Очередной кусок тако придал смелости рубануть правду-матку.

— Искренне? Я ненавижу работать. Это вообще не мое. С куда большим удовольствием целыми днями копалась бы в саду или читала книжки, эдакая примерная домохозяйка при нереально горячем муже. Но, учитывая, что ситуация на личном фронте такая же плачевная, как и состояние банковского счета, в ближайшее время подобный расклад не светит. Так что — я перед тобой.

Он снова перестал жевать.

— И ты правда этого хочешь?

— Сам просил быть откровенной, так что не вздумай осуждать.

Леви покачал головой.

— Никто тебя не осуждает. Просто размышляю.

— И о чем же?

— О том, как дать именно то, о чем ты мечтаешь.

— В офисе явно нет подобных вакансий, и это нормально. Я без проблем буду выполнять требования.

— А речь вовсе не о работе, — возразил он. — У меня на уме кое-что совершенно иное.

— Это еще что?

Отложив еду, мужчина небрежно отряхнул руки; будничный жест кардинально расходился с шокирующими словами, прозвучавшими секунду спустя.

— Выходи за меня, Эми. И я мигом избавлю тебя от проблем.

В ответ на столь абсурдное предложение я поступила так, как на моем месте сделала бы любая другая.

Рассмеялась.

Поверить в серьезность было решительно невозможно. Мужчины не зовут замуж просто так, с бухты-барахты. Браки по расчету встречаются исключительно на страницах романов, а моя жизнь на сюжет книги уж точно не тянула.

— Отличная шутка, — выдавила я, смахивая выступившие от смеха слезы.

— Я абсолютно серьезен.

— Ничего подобного. Во-первых, от сделки ты не получишь ровным счетом ничего, кроме статуса моего мужа. И смею заверить: хоть компаньонка из меня весьма задорная и нескучная, этого явно маловато.

— На то есть причина.

— Да неужели? — я тряхнула головой, прогоняя остатки веселья. — На ум приходит только одна, и ради нее выскакивать за тебя замуж совершенно не хочется.

— И в чем же она кроется, по-твоему?

— Келвин. Вы вечно меряетесь известно чем, а он как раз получил повышение.

— Столько лет уже прошло, — процедил он, упрямо поджав губы.

— Да неужели? Ты мог заняться чем угодно, но вместо этого основал медицинскую компанию. А теперь карабкаешься на вершину индустриальной пищевой цепи с невиданной скоростью. Иди речь о ком-то другом, я бы списала все на банальные амбиции, но вы никогда не меняетесь. Заклятые враги, грызущиеся за место под солнцем.

— Я могу сказать хоть что-нибудь, чтобы ты передумала? — он подался вперед, не сводя с меня пристального взгляда. Я вполне могла ответить согласием, однако наступать на те же грабли и позволять ему снова мной играть в планы не входило.

Бабуля бы в гробу перевернулась.

— Ровным счетом ничего.

— Ладно, — слова прозвучали глухо, с нажимом. — Ты меня раскусила.

— Благодарю за честность.

По его лицу скользнула тень, исчезнувшая в то же мгновение, как я ее заметила. И как бы Леви ни пытался делать вид, будто им движут иные мотивы, одно лишь упоминание Келвина пробуждало самых мрачных демонов.

— Значит, он по-прежнему сидит у тебя в печенках.

— Постоянно, — буркнул он. — Он ведь никогда не отступает, так?

— И не говори. Тот факт, что я сижу без работы — наглядный тому пример.

— И тебя это не бесит?

— Разумеется, я в бешенстве...

— А что может взбесить его сильнее, чем брак с человеком, которого Келвин на дух не переносит? — он небрежно взмахнул рукой, будто речь шла о сущих пустяках, однако напряженная линия плеч говорила об обратном.

— Постой... с какой стати это вообще стало планом «А»?

— Играть — так по-крупному. Если уж выводить Келвина из себя, то доводить до белого каления.

— Он тебе как-то насолил? Ну, помимо того, что вечно действует на нервы.

— Он насолил тебе.

— Для подобного цирка мотива маловато. Я ведь не дура.

— Ладно, — тяжело выдохнул Леви. — Раз уж так необходимо это знать... Он переманивает моих клиентов.

— Каким образом?

— Запускает дорогущую, лживую рекламу, очерняющую психологическую помощь.

— От лица клиники?

— В прошлом году корпорация приобрела стационар. Теперь он пытается убедить всех, что терапия — пустая трата времени, и людям следует обращаться сразу за более дорогостоящим лечением.

— Полис собственной компании не покрывает стационарное лечение, — заметила я. — И он ратует именно за такой подход?

— Он далеко не святой, Эми. К тому же пытается переманить врачей из моей клиники. Сперва я хотел пустить все на самотек, чтобы Келвин выдохся, но теперь созрел иной план, — его тяжелый взгляд остановился на мне.