— Что читаешь? — поинтересовался он.

Рефлекторно отбросив читалку в сторону, я выпалила:

— Ничего. Я просто... — слова оборвались: я вдруг поняла, что Леви стоит передо мной с абсолютно голым торсом.

Решил помучить?

— Просто что? — подначил он.

— Ч-читала книгу.

— Это я уже понял. Какую именно? — взгляд скользнул по моим пылающим щекам. — Судя по тому, как ты покраснела, держу пари — горячий любовный роман. Не хочешь поделиться? Как впечатления?

— Мы не обязаны это обсуждать.

— Мы много лет состояли в книжном клубе. Само собой, нам необходимо это обсудить. Я до смерти соскучилась по разговорам о литературе.

— Даже в те времена, когда скрывалась под ником Ви, мы старательно обходили стороной откровенные сцены.

— Мне не хотелось обсуждать подобные темы: я-то знала твое настоящее имя, а вот ты мое — нет. Но теперь-то ситуация в корне изменилась.

Постучав пальцем по краю электронной книги, я протянула ее Леви. На какую-то долю секунды его глаза изумленно расширились, а затем целиком погрузился в чтение.

— Вот это...

— И не говори, — выхватив читалку, выпалила я. — После такого мне необходимо остыть.

— Или, — подавшись вперед, вкрадчиво предложил он, — мы могли бы наверстать упущенное.

Читалка выскользнула из пальцев, сердце пустилось вскачь. Только сейчас, услышав столь откровенное предложение, я вдруг осознала, насколько сильно этого жаждала.

Леви шагнул вплотную, обдавая мое ухо горячим дыханием.

— А я мог бы подарить тебе те же ощущения, что испытала книжная героиня.

Я зажмурилась. Та девица умудрилась кончить четыре раза за пару минут, и я сильно сомневалась, что организм вообще на такое способен.

Но горела желанием попытаться.

— П-пожалуйста.

Леви только этого и ждал. Мягко опрокинув меня на спину, он принялся покрывать легкими поцелуями шею. Каждая клеточка тела отзывалась острой дрожью: сказывались долгие недели воздержания, хотя он постоянно находился на расстоянии вытянутой руки. И теперь я отчаянно жаждала нарушить запрет.

— С чего начиналась та сцена? — низким шепотом поинтересовался Леви. — Кажется, он поставил ей засос?

Он легонько прикусил кожу прямо под ключицей, и с моих губ сорвался сдавленный стон.

— Да.

Влажные губы снова сомкнулись на чувствительном участке, а я жадно зарылась пальцами в его волосы, не давая отстраниться.

Затем внимание переключилось на затвердевшие соски, изнывающие от предвкушения ласки. Леви едва приступил к делу, а внутри стремительно разгорался пожар сладкой истомы — настолько сильно я успела истосковаться по нему.

— А потом он жестко взял ее пальцами, прежде чем опуститься ниже, — ладонь скользнула по моему животу. — Как тебе такой сценарий?

При первом же прикосновении уверенных пальцев я поняла, что окончательно пропала.

— Нам придется немного отойти от текста.

— Это еще почему?

— Потому что я уже на грани.

— Так быстро?

— Мы слишком долго ждали, а мне отчаянно этого хочется.

— Тогда я дам тебе желаемое, но клянусь: отныне больше никогда не заставлю так долго обходиться без ласки.

Леви жадно смял мои губы, а рука заскользила в том самом, до боли любимом ритме. Из горла вырвался несдержанный стон; тело обдало таким жаром, словно меня засунули в микроволновку, а затем разорвало на части от сокрушительной волны удовольствия.

Пока я медленно возвращалась в реальность, кожа оставалась болезненно чувствительной. Схватив Леви, я потянула его на себя, заставляя перевернуться на спину.

— Почти уверен, что в книге такого не было, — усмехнулся он.

— К черту книгу. В прошлый раз я не успела этого сделать, так что за тобой должок.

Стянув с него спортивные штаны, я одним движением избавилась от собственных трусиков и оседлала мужчину. Зная, что давно истекаю смазкой от одного его вида, я все же сделала короткую паузу, чтобы накрыть губы Леви поцелуем, а затем медленно опустилась на напряженный член.

Тело податливо растягивалось, принимая Леви, а его ладонь собственнически сжалась на моем бедре, направляя и насаживая глубже. Ощущения казались невыносимо острыми, но мне и этого было мало.

Я бесстыдно вдавливалась бедрами в его пах, встречая каждый жесткий толчок. Запрокинув голову и приоткрыв рот в немом стоне, я наслаждалась тем, как член заполняет меня, вытесняя остальные мысли.

Я двигалась на его бедрах, растворяясь в океане абсолютного блаженства. На каждый глубокий толчок отвечала резким рывком, всем телом упиваясь движениями. С губ срывалось прерывистое дыхание, а по каждой клеточке разливался чистый экстаз.

— Тебе лучше остановиться, — процедил сквозь зубы Леви. — Иначе я кончу.

— Я уже на грани, — простонала я в ответ. — Пожалуйста, кончи в меня. Умоляю.

— Ладно, но потом обязательно продолжим.

Он ускорился, вбиваясь так жестко, что глаза невольно закатывались от удовольствия. Подавшись вперед, я нашла идеальный угол.

Жаркие губы Леви прильнули к моей груди, нежно ее посасывая.

И от такого напора крышу сорвало окончательно. Громкий стон вырвался из горла, когда внутри во второй раз вспыхнул ослепительный фейерверк.

— Блядь, — он вошел в меня до самого основания. Член запульсировал, изливаясь горячей волной.

Какое-то мгновение обоим требовалось лишь одно: отдышаться.

— Готовься к тому, что мы больше никогда не покинем постель.

— Схожу закрою жалюзи на ночь, а потом устроим второй раунд.

Его губы накрыли мои, прежде чем сползла с широких мужских бедер, накинула халат и сбежала вниз по лестнице.

Обойдя дом по привычному маршруту, я опустила створки, готовясь ко сну.

Однако мимолетный взгляд в окно выхватил освещенную гостиную мистера Бьюфорда. К соседу заглянула гостья — совершенно незнакомая пожилая женщина.

Мне и раньше доводилось замечать посторонних у его порога. Старик никогда не откровенничал на сей счет, поэтому лезть с расспросами казалось верхом бестактности. Вот только сегодня визитеры распахнули окно, впуская в комнату вечернюю прохладу.

И внутреннее убранство чужого дома предстало передо мной как на ладони.

Прямо по центру, в обрамлении других семейных фотографий, красовался большой портрет бабули.

Замерев, я неотрывно смотрела на снимок.

С какой стати соседу хранить фотографию моей бабушки? Он ведь клялся, что едва ее знал, так откуда же взялась рамка?

— Готова ко второму раунду? — поинтересовался Леви, стоило на негнущихся ногах переступить порог спальни.

— Я... даже не знаю.

— Что стряслось?

— Кажется, мистер Бьюфорд знал бабулю. Причем куда ближе, чем пытался показать.

Подходя к двери мистера Бьюфорда, я никак не могла унять дрожь в руках. Пришлось долго уговаривать Леви отправиться на работу, учитывая предстоящий разговор, однако в его ежедневнике значилась важная встреча, которую никак не получалось сдвинуть. Я пообещала держать его на быстром наборе, если что-то пойдет не так.

И как бы сильно ни ценила поддержку Леви, мистер Бьюфорд оставался моим другом. Хотелось разобраться со всем самостоятельно, пусть я и тянула время все утро, мысленно прокручивая в голове нужные слова. Раньше мне не доводилось устраивать допросов, поэтому я понятия не имела, с чего начать.

Он открыл дверь через пару секунд после стука.

— З-здравствуйте, — выдавила я.

Мистер Бьюфорд посмотрел на меня неизменно добрыми карими глазами.

— Пришла заняться садом? Сегодня жарко. Уверена, что стоит выходить на улицу в такую погоду?

— Там всего-то плюс двадцать пять, — возразила я. — И вообще-то я пришла поговорить. Нужно кое о чем спросить.

— Слушаю?

— Прошлым вечером у вас кто-то был...

— Ах да, моя племянница. Она заставила проветрить дом, раз выдался такой чудесный вечер. Теперь мне гораздо лучше.

— Верно. Вы обычно не открываете окна, но я случайно заметила, что они распахнуты, и... В общем, увидела фотографию бабули. Моей бабушки. В вашем доме.