Леви бросил на меня взгляд и со вздохом поплелся за мачехой.

— Они там не переубивают друг друга? — поинтересовалась я. — Сдается мне, Изра умеет выводить Леви из себя. А выходок с него и так хватит на всю оставшуюся жизнь.

— В принципиальных вопросах они отлично ладят. Не о чем волноваться. Твое дело — отдыхать.

— В искусстве тревожиться я настоящий профи, как и все мое поколение.

— Это ни к чему. Леви привык решать проблемы. Позволь ему позаботиться о тебе.

Я и позволяла, но теперь, вернувшись в норму, снова оказалась в исходной точке. Да, я нуждалась в его помощи, однако хотелось и самой стать для Леви опорой.

— Пойду все равно проверю, как они там, — произнесла я, поднимаясь с дивана. — В конце концов, хотя бы подскажу Изре, на какой полке что стоит.

Я успела проскользнуть в маленькую гостиную до того, как Нэнси попыталась меня остановить, и оказалась совершенно не готова к представшей картине. Изра стояла вплотную к пасынку, скрестив руки на груди. На миг показалось, будто они ссорятся, но тут женщина заговорила — так мягко, как я и представить себе не могла.

— Ты имеешь право злиться, сынок. По крайней мере, при мне. И не пытайся снова убедить, будто все нормально. Я прекрасно вижу, что это не так.

— Я-то думал, времена, когда я возвращался домой к мучающемуся от боли человеку, остались в прошлом, — глухо обронил он. — Видимо, ошибся.

— Почему она ничего тебе не рассказала — дело ваше, но, надеюсь, ты поделишься, как сильно ранило случившееся.

— Не имеет значения.

— Да брось...

— Я ей нужен. Вот что действительно важно.

— Леви, нет. Когда умер отец, ты взвалил все на свои плечи, помогая нам с Нэнси. Ни один ребенок не должен нести такую ношу.

— Я тогда уже вырос.

— Для нас ты оставался ребенком. Это мы должны были стать опорой.

— Вы места себе не находили от горя.

— Как и ты. Но когда позволил себе оплакать его гибель?

— Я горевал наедине с собой. С... — его взгляд скользнул к дверному проему, словно Леви намеревался устремить взор вдаль, но вместо этого наткнулся на меня. — Эми, — Леви отстранился от мачехи. — Все в порядке?

— Я... просто зашла проведать вас.

— В этом нет нужды. Тебе положено отдыхать.

В голове эхом отозвались недавние слова Изры: ты взвалил все на свои плечи.

И сейчас он снова тащил все на себе.

— Я в норме. Честно говоря, чувствую себя лучше, чем когда-либо.

— Правда?

А ты? так и подмывало спросить в ответ, но я догадывалась, что Леви скажет. Вместо того чтобы затевать ссору на глазах у его родных, я лишь улыбнулась.

— Кажется, обед готов. Может, пойдем перекусим?

На следующее утро я не торопилась вставать с постели. Ночью Леви спал рядом, но из-за того, что теперь его не было, я предположила, что тот уехал на работу. Вполне логично, учитывая, что на нем держалась целая компания. Впрочем, я не возражала. В его отсутствие будет куда проще подобрать нужные слова; к тому же это давало возможность спокойно поразмыслить, так ли все пойдет дальше: мы засыпаем вместе каждую ночь, будто настоящая пара.

Однако, спустившись на первый этаж, я застала Леви за приготовлением завтрака.

— Доброе утро, — поздоровался он. — Как самочувствие?

— В порядке. Так же, как и прошлым вечером. Думаю, все обошлось.

— Тебе все равно стоит поберечь себя. Я подумал, можем весь день смотреть фильмы и просто отдыхать.

— Можем? Разве тебе не пора на работу?

— Могу взять еще один выходной.

— Правда? А разве не нужно ломать голову над тем, как разобраться со всем, что творит Келвин?

Леви на секунду замялся, но тут же отмахнулся от моих слов.

— Не стоит об этом переживать.

Скрестив руки на груди, я парировала:

— Скажу то же, что и Нэнси: по части тревог я настоящий профи.

— Я тоже. И хочу убедиться, что ты в порядке.

— Я могу о себе позаботиться. А ты позаботься о себе.

Леви резко поднял взгляд, и на долю секунды на скулах заходили ходуном желваки.

Стало ясно: я наступила на больную мозоль.

Но эмоция исчезла так же быстро, как и появилась.

— Я знаю свои пределы, — процедил он. Отрывистый тон оставался единственным, что выдавало раздражение.

— Правда? Уверен?

— А ты свои знаешь? — отозвался он.

Черт. Именно это я и хотела спросить.

— Да, уверена.

Леви невесело хмыкнул.

— Последние несколько дней — отличное тому подтверждение.

Хотелось разозлиться. Очень хотелось, но я понимала его правоту.

— Ладно, справедливо. Я переоценила свои силы. Но именно поэтому прекрасно вижу, когда другие себя изводят. У тебя вообще было время переварить случившееся?

Он шумно выдохнул.

— Изра с тобой говорила.

— Нет, я слышала, как Изра говорила с тобой. И она права. Тебе нужно...

— Я знаю, что мне нужно, — огрызнулся он. — И все под контролем. Это не твоя забота.

— Разве я не твоя жена? — вспыхнула я. — И даже не вздумай прикрываться отговорками про фиктивный брак. Ты спишь в моей постели. Живешь со мной. И все же я совершенно не чувствую себя настоящей женой.

— Как ты можешь не чувствовать, что все по-настоящему?! — теперь он злился. Злился по-настоящему. Я никогда не видела Леви таким: грудь тяжело вздымается, взгляд мечет молнии. Появился соблазн пойти на попятную. Но нет. Я и так слишком долго держала это в себе. — Я делал все...

— Для меня — да! Но не позволяешь мне ничего сделать в ответ. Все крутится только вокруг меня, а я, черт возьми, этого не хочу.

— И почему же?

— Потому что, раз уж все по-настоящему, мы должны быть партнерами. Я не хочу становиться той, кого ты вечно опекаешь. Да, поддержка важна. Но я хочу отвечать тем же! А ты постоянно отталкиваешь меня, даже когда в чем-то нуждаешься, и это доказывает лишь одно: ты мне не доверяешь.

— Доверяю.

— Тогда откройся! — взорвалась я. — Я все это время только и жду, когда ты решишься.

Гнев схлынул с его лица, когда до Леви наконец дошел смысл сказанного.

— Я... я не думал, что тебя это волнует.

— Я провожу с тобой почти все время. С чего бы быть равнодушной?

— Я думал, ты видишь во мне того человека, каким был девять лет назад, а не того, кем стал сейчас.

События девятилетней давности служили веским напоминанием: нельзя заходить слишком далеко. И все же я постепенно начала забывать об осторожности, ведь Леви делал все ради меня, а не назло.

— С тех пор прошло много времени, — медленно произнесла я. — И если ты настроен серьезно... по отношению ко мне, то должен хоть немного приоткрыться. Дать хоть что-то.

— Я отдам тебе все, что пожелаешь.

— Значит, мне нужен настоящий ты. Даже те стороны, которые так упорно прячешь.

Леви запустил пальцы в волосы.

— Не понимаю, зачем тебе это.

— Легко сказать — «доверься». Просишь полностью на тебя положиться, и я хочу получить то же самое взамен.

Он посмотрел мне в глаза.

— Я не смотрел на ситуацию под таким углом.

— Неужели ты и правда думал, что так и продолжишь делать все ради меня?

— Честно говоря, да.

Я покачала головой.

— Может, кого-то другого такой расклад и устроил бы, но только не меня. Так что, пожалуйста, впусти меня в свою жизнь.

Леви открыл было рот, но тут же осекся.

— Кажется... я даже не знаю, как это сделать.

— Могу помочь. Для начала давай обсудим, что чувствовал ты. От этого и оттолкнемся.

— Но ведь все произошло с тобой.

— Брось, Леви. Мы женаты. Постоянно шутили над фразой «все мое — твое, а твое — мое», но в ней есть доля истины. Уверена, тебе тоже досталось изрядно стресса. А я в норме. Правда в норме. Уже оправилась. Так что настало время дать волю чувствам.

Пальцы Леви опустились на столешницу, выбивая нервную дробь — он судорожно подбирал слова. Я ждала, но, судя по всему, сомнения одолевали все сильнее.