Шумно выдохнув с облегчением, Леви привлек меня к себе. Так крепко прижал к груди, что я слышала бешеное биение его сердца. Я закрыла глаза.

То, о чем мечтала годами, наконец-то сбывалось, отчего на глаза навернулись уже совершенно иные слезы. Признаваться не хотелось, но я в этом отчаянно нуждалась. Мне был жизненно необходим человек рядом — тот, кто снимет с плеч хотя бы крошечную долю груза, позволив на секунду перевести дух.

— Можем подождать, пока меня не впишут в твою страховку, чтобы...

— Я распоряжусь, чтобы тебя добавили задним числом. А если понадобится, выложу миллионы из собственного кармана. Завтра же пойдешь к специалисту.

— К ним обычно не пробиться.

— Я позвоню и добьюсь приема. О тебе позаботятся, милая.

— Спасибо, — едва выдавила я. — За все.

— Ради тебя я готов и не на такое. В любое время дня и ночи.

Пальцы судорожно скомкали ткань его рубашки. Я понятия не имела, ради чего Леви так старается, но твердо знала, что не смогу попросить остановиться. Я буду жадно впитывать каждую секунду заботы и внимания вплоть до того момента, пока он не решит поставить точку.

— Сегодня я хочу спать рядом. Не притронусь к тебе без спроса, но хочу быть поблизости на случай, если понадоблюсь.

— А если не понадобишься?

— Значит, я в любом случае просто побуду рядом.

Проснувшись на следующее утро, я снова почувствовала себя собой. Разум подсказывал не бросаться сразу в водоворот привычных дел: в прошлом я не раз наступала на те же грабли и в итоге неизменно возвращалась к исходной точке.

Но пришедшее облегчение ощущалось почти физически.

Рука Леви небрежно обвивала мою талию, мягко, но крепко прижимая к себе. Какое-то мгновение я смотрела на парня, осмысливая все, что он сделал за последние сутки. Никуда не делся. Помог пережить жуткий приступ мигрени.

А ведь я так в нем ошибалась.

Будь Леви и впрямь столь равнодушен, бросил бы мучиться в одиночестве. Зрителей не наблюдалось, а значит, старался он исключительно ради меня.

Пусть Келвина он терпеть не мог, но обо мне, по крайней мере, хоть немного заботился. Уж не знаю, какое из этих чувств перевешивало, однако душу грела одна мысль: для Леви я не пустое место.

Во рту пересохло, а тело покрыла противная липкая испарина. Медленно поднявшись, я поплелась на кухню за водой, а затем — в душ. Сил хватило даже на то, чтобы сварить кофе без кофеина.

Устроившись на диване, я твердо решила посвятить день отдыху. Открыв приложение для чтения в надежде скоротать время, моментально с головой ушла в сюжет. Приходилось периодически прерываться, давая отдых глазам, и все же мне невероятно повезло: приступ отступил на удивление быстро.

Дочитав до сцены, заставившей меня невольно улыбнуться, я по привычке свернула читалку и открыла приложение, собираясь поделиться эмоциями с Ви.

Но тут же осеклась, наткнувшись взглядом на прощальное сообщение. Так хотелось рассказать и о книге, и о своей жизни в целом, но идти наперекор его воле я не имела права.

Со вздохом заблокировав экран телефона, я разом растеряла всякий интерес к чтению. Вместо этого медленно подошла к окну и раздвинула жалюзи, щурясь от заливающего комнату света.

Весна окончательно вступила в свои права, и, несмотря на отголоски боли, меня неудержимо потянуло на улицу.

Выйдя во двор, я подставила лицо теплым лучам. Веранда всегда оставалась одним из моих самых любимых уголков: после нескольких дней постельного режима просто сидеть и наблюдать за округой было особым наслаждением. На двери купленного Келвином дома все так же белела записка, а мистер Бьюфорд возился на участке, высыпая на землю мульчу.

Стоп, минуточку.

— И чем это вы тут занимаетесь? — окликнула я соседа. — Разве мы не договаривались, что ковыряться в земле буду я?

— Предлагаешь целыми днями торчать взаперти? Я, может, и старик, но песок из меня пока не сыплется.

— Давайте помогу.

— У тебя полотенце на голове. Сам справлюсь.

Я обреченно выдохнула.

— Ваша взяла.

Леви все равно прибил бы меня за любую физическую нагрузку.

— Вот спасибо, — крякнул старик. — Слушай, видел я вчера, как модная тачка твоего мужа вылетела на бешеной скорости. У вас все в порядке?

Я внутренне сжалась. Слава богу, хоть не заметил, как Леви тащил меня к этой самой машине на руках.

— Все отлично. Абсолютно не о чем волноваться.

— Не любишь ты о себе рассказывать, да?

— Чужие жизни куда интереснее.

— Но дружба работает в обе стороны. Я делюсь своим, ты — своим. Мы знакомы два года, и, кажется, теперь твой выход.

— Ему просто нужно было срочно уладить одно дело.

До полной картины было далеко, однако даже крохи информации превосходили мою обычную норму откровений, и мистер Бьюфорд прекрасно это понимал.

— Уж больно сильно он спешил... словно стряслось что-то серьезное.

— Вроде того, хотя как посмотреть. Жизни моей, во всяком случае, ничто не угрожало.

— Значит, дело было в тебе?

— Да, но все отлично. Леви оказался рядом и взял все на себя. Повезло мне.

— Достойные мужчины — нынче редкость.

Я коротко рассмеялась.

— И не говорите. При жизни бабушка часто вспоминала о парнях из юности. Ей столько раз разбивали сердце. А потом муж... — заметив, что мистер Бьюфорд бросил прополку, я осеклась. — Извините, не буду отвлекать от работы.

— Нет-нет, останься, — он медленно повернулся в мою сторону. — Просто ты редко о ней заговариваешь.

— О бабушке?

— Да. Приятно послушать о человеке, который так много для тебя значил.

— Она значила для меня куда больше, — потирая виски, отозвалась я. — А вы были знакомы?

— Еще бы. Как-никак пятьдесят лет прожили по соседству. Правда, общаться удавалось реже, чем хотелось бы. Недолюбливала она меня.

— Как вас можно недолюбливать? Вы же чудесный.

— По молодости я слыл тем еще болваном. А ей хватало ума держаться подальше. Тебе-то досталась уже моя помудревшая версия.

— Возможно, дело вовсе не в вас. Обжегшись столько раз, она возненавидела весь мужской род.

— Рад слышать, что тебя миновала чаша сия. Но если какой-нибудь юнец выкинет с тобой то же, что случилось с бабушкой, только скажи. Уж я позабочусь, чтобы неповадно было.

Представив, как мистер Бьюфорд охаживает Леви тростью по голове, я прыснула.

— На это стоило бы посмотреть.

Старик тоже усмехнулся и снова повернулся к посадкам. Замерев, он тяжело вздохнул.

— Ладно, бедро недвусмысленно намекает, что на сегодня хватит.

Мистер Бьюфорд попытался подняться, и я тут же перехватила его за руку, чтобы помочь, но сосед лишь отмахнулся.

— Как вы можете учить меня просить о помощи, если сами отказываетесь?

— Поступай так, как я говорю, а не так, как я делаю, — изрек он. — Вот мой жизненный девиз. Хорошего дня. Поправляйся.

Старик неспешно побрел прочь, а я медленно направилась в дом, горя желанием снова наполнить чашку кофе и вернуться к чтению. Стоило переступить порог, как из-за угла с округлившимися глазами выскочил Леви.

— Эй, — позвала я. — Что-то стряслось?

Его взгляд метнулся ко мне, и парень стремительно сократил дистанцию, затормозив вплотную.

— Просыпаюсь, а тебя нет, вот я и... — он мягко сжал мои плечи. — Как самочувствие?

— Почти пришла в норму, — успокоила я. — Встала, сварила кофе, немного почитала.

Леви облегченно выдохнул, напряжение покинуло плечи.

— Слава богу. Но ты ведь не налегала на кофеин?

— Он без кофеина. Завалялась пачка в глубине кладовки. Строго говоря, это и кофе-то назвать сложно, но тягу сбивает.

— Отлично. Только перенапряжения перед визитом к врачу не хватало. Я позвонил в клинику сразу, как проснулся.

— Сказали, что свободных окон нет?

— Пытались. Но я все равно добился записи. Прием в одиннадцать.

— Ладно, спасибо, — я взяла в руки телефон. — Видимо, придется скачивать приложение такси.