-Ты, как всегда, щедр на комплименты,- ответил Седрик, и в его голосе прозвучала едва заметная сталь.-Но я бы предпочёл, чтобы ты держал свои наблюдения при себе.

-Полно, кузен, я же просто восхищаюсь твоей женой,-Мортимер улыбнулся, но в его глазах мелькнуло что-то жёсткое.-Разве это преступление?

-Пока нет,-сказал Седрик.-Но не советую доводить до этого.

Я поспешила вмешаться, пока разговор не перешёл в открытую ссору.

-Мортимер, вы не проводите меня к столу?-спросила я, беря его под руку.- Кажется, все уже рассаживаются.

Он с готовностью подставил локоть, и мы двинулись в столовую. Седрик шёл чуть позади, и я спиной чувствовала его напряжение. Впрочем, меня это не волновало: мне нужно было, чтобы Мортимер расслабился и, возможно, сболтнул лишнего.

За ужином я оказалась между Седриком и каким-то пожилым лордом, который всё время говорил о скачках. Мортимер сидел напротив, и весь вечер его взгляд то и дело возвращался ко мне: оценивающий, почти собственнический. Леди Кавендиш, сидевшая рядом с сыном, время от времени бросала на меня короткие взгляды, и в них читался расчёт, который она даже не пыталась скрыть.

-Вы сегодня не очень разговорчивы, Аннабель,-заметила она, когда подали суп.-Это на вас не похоже.

-Просто наслаждаюсь обществом, леди Кавендиш,-ответила я.-И едой. У леди Уинтерборн превосходный повар.

-О да,-согласилась она.-Но я подозреваю, что ваши мысли заняты не супом. Вы думаете о том, что мы обсуждали вчера.

-Я думаю о многом,-я сделала невинное лицо.-Но да, тот разговор не идёт у меня из головы.

-И к какому же выводу вы пришли?- леди Кавендиш наклонилась ко мне, понижая голос.

-Пока ни к какому,-ответила я.-Но мне кажется, вы знаете больше, чем сказали.

Она улыбнулась - холодно, едва заметно.

-Я знаю только то, что слышала. Но я знаю и другое: в этом городе каждый играет свою роль. И тот, кто кажется союзником, может оказаться врагом. И наоборот.

-Вы говорите загадками,-я отложила ложку.

-Я говорю правду,-она накрыла мою руку своей.-Просто правда редко бывает приятной. Пойдёмте, нам нужно поговорить. Наедине.

Она кивнула в сторону балкона. Я колебалась лишь мгновение, затем поднялась и последовала за ней. Седрик проводил нас взглядом, но не остановил.

На балконе было прохладно, и лёгкий ветерок шевелил шторы. Леди Кавендиш остановилась у перил и, достав веер, принялась обмахиваться. С минуту она молчала, глядя в тёмный сад, и я не торопила её. Наконец она заговорила - негромко, но отчётливо.

-Аннабель, я хочу, чтобы вы знали: я не враг вам. Что бы вы ни думали о моих мотивах, я желаю вам добра. И Седрику тоже.

-Вы уже говорили это,-заметила я.

-И повторю ещё не раз,-она повернулась ко мне.-Потому что вокруг вас сгущается нечто, чего вы, возможно, пока не видите. Люди, которым вы доверяете, могут оказаться не теми, кем кажутся. И наоборот.

-Вы имеете в виду кого-то конкретного?

-Я имею в виду, что вам следует быть осторожной,-она коснулась моей руки.-Леди Вудвилл, например. Она вернулась в Лондон не просто так. И её дружба с вами может быть не более чем маской.

-А ваш сын?-я выдержала её взгляд.-Он тоже носит маску?

Леди Кавендиш нахмурилась.

-Мортимер - мой сын,-произнесла она.-И я доверяю ему. Он не желает вам зла. Напротив, он искренне вами восхищается.

-Вот как?

-Да,-она чуть улыбнулась.-И я была бы рада, если бы вы относились к нему с тем же уважением, какого он заслуживает. Мортимер - не просто кузен Седрика. Он - будущий глава семьи, если с моим племянником что-то случится. И я хочу, чтобы вы понимали: его благосклонность - это не пустяк.

Я молчала, обдумывая её слова. Будущий глава семьи. Если с Седриком что-то случится. Эти две фразы, произнесённые подряд, складывались в зловещую картину. Леди Кавендиш не угрожала, по крайней мере, не открыто. Но в её словах сквозил расчёт, который мне не нравился.

-Я учту,-сказала я, отстраняясь.-А теперь, если позволите, я хочу вернуться к мужу. Он, вероятно, уже начал скучать.

Я вернулась в столовую и заняла своё место. Седрик наклонился ко мне.

-Ну?-прошептал он.

-Она снова говорила о том, что мне нужно быть осторожной,- тихо ответила я.-Но на этот раз добавила, что Мортимер мной восхищается и что он - будущий глава семьи, если с вами что-то случится.

Седрик помрачнел.

-Она сказала это прямо?

-Почти. И ещё она сказала, что не враг нам. Но я ей не верю.

-И правильно,-он взял мой бокал и сделал глоток.-Моя тётя - слишком тонкий игрок, чтобы говорить без цели. И её цель, судя по всему, не в том, чтобы нас успокоить.

-А в чём?

-В том, чтобы мы начали сомневаться друг в друге,-он посмотрел на меня.-В том, чтобы вы, например, усомнились во мне. Или в Элинор. Или в Мортимере. Разделяй и властвуй - это её излюбленный приём.

-Но мы не поддадимся,-сказала я.

-Не поддадимся,-согласился он, и его рука под столом сжала мою.

Остаток ужина прошёл в том же напряжённом ритме. Мортимер то и дело ловил мой взгляд и улыбался, леди Кавендиш разговаривала с соседями, но я чувствовала, что её внимание приковано к нам. Леди Вудвилл, сидевшая в дальнем конце стола, за весь вечер не сказала мне ни слова, но пару раз я поймала на себе её взгляд - задумчивый, оценивающий.

Когда мы наконец покинули особняк и сели в карету, я выдохнула с облегчением. Седрик сидел напротив, откинувшись на спинку, и смотрел в окно. Его лицо в полумраке казалось усталым.

-О чём вы думаете?-спросила я.

-О том, что моя тётя только что сделала всё, чтобы отвести от себя подозрения,- ответил он.-И о том, что Мортимер не отводил от вас глаз весь вечер. Это не просто флирт. Это что-то другое.

-Что именно?

-Не знаю,-Седрик повернулся ко мне.-Но я не хочу, чтобы вы оставались с ним наедине.

-Вы ревнуете?-я приподняла бровь.

-Я забочусь о вас,-он взял мою руку.-Это разные вещи.

-Ну да,-я улыбнулась.-Разные.

Седрик не ответил, но его пальцы переплелись с моими, и так, держась за руки, мы ехали до самого дома. Впервые за долгое время я чувствовала, что между нами нет стены. И это было куда важнее всех интриг, вместе взятых.

Проснулась я оттого, что в окно бил свет. Настойчивый, яркий, совсем не похожий на ту серую муть, что висела над Лондоном последние дни. Дождь наконец закончился, и утро обещало быть если не солнечным, то хотя бы сухим. Я полежала немного, глядя на игру света на потолке, затем откинула одеяло и потянулась к колокольчику.

Дженни вошла почти сразу (видимо, дожидалась за дверью). В руках у неё был поднос с чаем, а на подносе, рядом с чашкой, лежал небольшой конверт. Я заметила его сразу: плотная, дорогая бумага, никакого герба, только моё имя, выведенное твёрдым, изящным почерком.

-Это принесли рано утром, миледи,- сказала Дженни, перехватив мой взгляд.-Мальчишка сказал, что от дамы. Просил передать лично вам.

Я взяла конверт, повертела в руках. Обратного адреса не было. Но я уже догадывалась, от кого он.

Дженни поставила поднос на столик, помогла мне сесть и вышла, тихо прикрыв за собой дверь. Я сломала печать, развернула листок и прочитала:

«Дорогая герцогиня, надеюсь, вы простите мне эту записку, но мне нужно увидеть вас. Сегодня в полдень, в оранжерее лорда Грейвза в Челси. Там вы узнаете то, что я не могу доверить бумаге. И, прошу вас, приезжайте не одна. Э. В.»

Я перечитала записку дважды, затем отложила её на одеяло и отпила чай. Оранжерея лорда Грейвза. Об этом месте я знала немного. Только то, что услышала от слуг, когда расспрашивала о знакомых Седрика. Лорд Грейвз - старый друг семьи, ботаник, человек, который после смерти матери Седрика почти перестал выезжать в свет, но оранжерею свою сохранил в идеальном порядке. Ещё я знала, что Седрик в детстве проводил там много времени и что леди Вудвилл, тогда ещё просто Элинор часто бывала у лорда Грейвза вместе с ним. Слуги об этом рассказывали охотно, когда понимали, что я не собираюсь устраивать скандал.