Нахмурившись, Джал уткнулся в кружку.

– А кроме них еще заезжие котронцы вот как раз следом приперлись и тоже давай выспрашивать! Про нашего парня с голинами! И тож серьезные мужики, вроде даже эйры среди них. Этим-то когда малая успела на ноги наступить? И где?

Джал поперхнулся элем, пришлось откашливаться. Затем сипло протянул:

– А ведь она знала кой-какие котронские ругательства! Говорила, что в Чигидане пересекалась с котронцами.

– Но неужель она им так сильно дорогу перешла, что они аж сюда за ней притащились? Ох, бедовая девка! Как она до сих пор вообще жива? – поддакнул Рулмод, подливая в их опустевшие кружки из кувшина.

– Так и че котронцы? – процедил Джал, стискивая ручку.

– А че... – Рулмод шумно отпил, отрыгнул воздух и оскалился: – Они к нам и так и сяк, монеты даже предлагали за сведения. Чинеш одному чуть в морду не дал. Но а я дурак, что ль, от лишней монеты отказываться?

Главный покосился на приятеля, а тот ощерился еще шире.

– Мне ж для эйров, тем более котронцев, ниче не жалко! Дал им наводку, что пацан про Милмач что-то говорил, будто бы туда собирался.

– Почему в Милмач? – опешил главный.

– Потому что в ту сторону недавно два каравана ушло, и оба с голинами в охране. Кстати, один из чужаков вроде повелся, побежал... поехал следом, мне потом знакомые на воротах шепнули. Вот пусть побегает за ними, поищет там Ирис подольше. К тому же Милмач в обратную сторону от... кхе, – Рулмод уткнулся в свою кружку, но быстро добавил: – А другие котронцы вроде развернулись в свой Котрон. Я так и не понял, то ли переругались меж собой, то ли монеты у них закончились, я ж цену заломил...

– Ты знаешь, куда она?... – не поверил своим ушам Джал.

– Не знаю! Но Шакету она при мне сказала, где ему быть, – нехотя признался помощник.

– Вот и не знай дальше! А че Шакет?

– Уехал уже, мы его, старика, втихую проводили типа в родную деревню, на покой. Но котронцы уже при нем заявились, так что он об этом тоже предупредит кого надо, – кивнул Рулмод, подливая себе еще из кувшина.

– Хо-орошо, – протянул Джал задумчиво, потирая подбородок.

– Да че ж хорошего? Ты, знач, к бабе свой под теплый бок, а меня с Уммехом оставляешь? Ох, ты б видел, какой он злой ходил! Хотя че это я, еще насмотришься, – гоготнул помощник. – Ты ж к нему сам завтра пойдешь предупредить насчет своего отдыха? Или ты че решил, совсем, что ли, нас бросить? Эй, старшой, мы так не договаривались!

– Да вернусь я, куда денусь, мне ж теперь много денег надо – на семью. Свое, что было, я уже потратил...

– Вот поэтому я не женат до сих пор! Тебя всего ничего было, а баба твоя уже все из тебя вытянула? – хмыкну Рулмод.

– Слышь, ты! Ничего не вытянула! Я сам решил дедовский дом расширить и подлатать, лес уже накупил, еще крышу заказал знакомым сельчанам перекрыть, прохудилась... Ирис, мать ее, как знала, что так будет! Откуда только? Может, и про то, что ее искать все кинутся, тоже наперед знала? Тоже духи ей нашептали? Кстати, где там те ее цацки странные? Заберу, дома повешу, как она говорила.

– Ты гля какой домашний заделался! Так, мож, даже в крестьяне подашься? Знаешь, с какой стороны к плугу подходить?

– Не завидуй, – хмыкнув, легонько толкнул его в плечо кулаком Джал. – Мож, и у тебя когда семья будет. А я как дом приведу в порядок, так вернусь к работе, за следующим заработком. И, мож, не один.

– А с кем? Че, и ба... кхе, а-а, пацана своего возьмешь?! В дорогу? Он же вроде малой еще совсем.

– Ниче не малой, дури, кхе, силы в нем уже много... весь в меня, – довольно оскалился Джал, глядя куда-то в пространство. – И не дурак, по крайней мере, рукой – за пару тренировок с мечом мигом наловчился правильному хвату! И стойки, будто уже...

Улыбка на лице мужчины расползалась будто сама, и все шире.

И неважно, духи тогда привели на порог их таверны в Чирихе того странного "пустынника" или Пресветлая своей легкой дланью подтолкнула, главное, что тот, кого он не единожды в дороге мечтал придушить собственными руками, в итоге сделал его счастливее.

– Кстати, где те тренировочные дубины, что вы делали для Ирис? – тряхнул головой Джал, отгоняя лишние думки. – Заберу для сына, гонять его буду в паре, уже пора. А еще знаешь че... тока ребятам не говори, что б не ржали... раньше времени. Короче, следующего своего ребенка назову в честь Ирис. Если б не она, то я, дуралей, так бы не узнал про сына. Я ж не собирался в родную деревню возвращаться.

– А ежели девка уродится? В смысле каким именем тогда наречешь? Не дай боги, такая же дурная... кхе, че?! Я хотел сказать, как Ирис, ну, с ветром в голове. Не побоишься накликать на свою дочь такую же неугомонность?

Джал хохотнул, оценив шутку.

– Ну, тогда будет Ириса. Ниче, как-нибудь переживем.

Венорский пограничный гарнизон неподалеку от дарнаскского города Хумач

– Дядя, ну сколько можно...

– Отставить, рядовой Вараид! За разговоры еще десять отжиманий! Не позорил бы семью, что кто ни попадя тебе нос разбивает...

Ридван зло засопел, но теперь без возражений уткнулся носом в землю, чтобы потом на дрожащих руках начать отжиматься под собственный громкий счет.

Сколько можно уже! И это после всех тех тренировок, что дядя ему назначил, заставляя сменяться наставников по очереди в течение дня. А ему-то никто перерывы на отдых не делал!

В стороне, у края тренировочной площадки весело шушукались молодые солдаты, над которыми давно прекратил измываться сержант, тоже развалившийся в тени неподалеку в ожидании. И теперь уже они, новички, косясь в их сторону, наперегонки собирали шишки под высоченной сосной, что торчала у них во дворе. Потому что потом в него же, сына герцога, те шишки будут швырять!

Потому что старшему родственнику такая идиотская идея пришла в голову – как еще улучшить его, Ридвана, реакцию в бою! Но разве то не детская глупость?

Последние отжимания парень делал на одной лишь злости. Злости на доставшего его изматывающими тренировками дядю, на отца, который спихнул его с глаз своих подальше, занимаясь в столице чем угодно, но не наследником! Сослал его из столичного гарнизона в какую-то провинциальную дыру, где грыхова солдатня сейчас опять в него будет "тренировки ради" швырять грыховы шишки! А больше всего злился на того грыхова котронца, который из трех драк в двух умудрился ему нос разбить. Нужно было его еще больше задержать в тюрьме! И зачем дядя так быстро повелся на уговоры того старого котронца? Ну и что, что тот какой-то прославленный воин, молодой-то нет! Пусть бы торчал в подвале дольше!

А если с этим молодым они опять встретятся... когда встретятся, то уже он, Ридван, отмутузит того идиотского котронца! Вот натренируется побольше и...

Последний, десятый "штрафной" раз Ридван не осилил: руки окончательно подогнулись, мышцы горели от напряжения, словно в них огонь вместо крови. После того, сколько он за сегодня выполнил, неудивительно. Доползет ли сегодня до кровати?

Носом опять вынужденно в пыль уткнулся. Ругнулся негромко, после чего и хотел бы перевернуться на спину, наплевав, что всю рубаху так окончательно изгваздит, но даже на такое простое действие сил нет.

– Эйр Догред, разрешите обратиться!

– Хм, попробуй, – хмыкнул где-то там над его головой старший родственничек, так и возвышаясь надсмотрщиком с заложенными за спину руками.

– Почему вы велели не забирать Ирис из каравана до конца их пути?

– Потому что у нее был договор с Уммехом... и поддержка наемников. И не забывай про ее голинов. А ты, сын герцога Вараид, должен привыкать думать также и о своих людях, которые живут на вашей земле...

– Перетоптались бы те простолюдины! Ну или заплатили бы им, чтобы молчали. А так упустили девчонку! – попенял от земли парень, сумев только под лоб просунуть согнутую руку, чтобы над пылью чуть нос поднять. – Где ее теперь искать?