Уже немного "отдохнувший" Джал никак не понимал ее намеков.

Приходилось объяснять подробнее, напрямую. Что ему, Ирису, уже сегодня глазки строили, разговоры о сестрах заводили, но здесь он, ежели чего, сможет сбежать. А как с подобной ситуацией в Веноре? Какие у них там обычаи? Не бывает ли, что, например, как было когда-то в ее родных землях, после третьего танца с одной девушкой считай, что обязан жениться.

Качнувшийся Джал дослушал с серьезным видом до конца ее сбивчивую речь, а затем... загоготал! Привлекая тем самым внимание всех остальных припозднившихся посетителей таверны. И пока Ирис молча закипала, босс наемников, хлопнув ее по плечу, заявил громко:

– Да тебе какая разница? Тебе! Тебе же ж... и-и-ик, не грозит жениться в любом случае!

– Не скажи, – объяснялась Ирис, переходя на шепот. – Пока родня невесты поймет, что я... кхм, в неполном комплекте как жених, то вдруг я уже стану главой семьи и...

– Ты... че? – ржал Джал, аж сгибаясь от смеха. – В чего? В комплекте? – потом сам же шикал, прикрывая себе рот ладонью, и тоже старательно переходил на громкий шепот: – В неполном, ага-га-га! Глава семьи, ептить! Ты, что ли?

Нет, зря она сейчас подняла эту тему, нужно было до утра подождать, когда Джал протрезвеет? Но утром он ведь унесется по своим делам и ищи его по всему городку! А граница с Венором уже не так далеко, успеет ли потом расспросить?

Вот и другие на них оглядывались. И не только смотрели, но и требовали.

– Эй! А нам те же шутки рассказать? Вы чего там ржете в одну харю? То бишь в две...– окрикивал их Чинеш, не сводя глаз.

Он совсем невыносим стал в своей некой ревности, когда Ирис сменила меч на сабли. Или ему тоже заняться нечем? Чинешу бы в самый раз многодетным отцом быть, и чтобы все пацаны – чтобы со всеми тренировался без остановки.

– Да тут Джал не верит, что из меня будет хороший глава семьи, – крикнула своему бывшему уже наставнику в ответ Ирис.

Тема тут же была с радостью подхвачена отдыхающими наемниками. "Паренька" Ирис мигом втянули за стол, сунули в руки какую-то кружку непонятно с чем и стали "объяснять за жизнь".

– Бабы же они такие, им непонятно чего надо, – объяснял ей с одной стороны привалившийся Чинеш. – Ты хоть смазлив, а вдруг им опять не так будет?

– Да ты че? – поддакивала ему Ирис, даже не думая пить то пойло, что ей сунули. Так только, вид делала, изредка поднося кружку к губам.

– Да ты на того же Джала посмотри... – наклоняясь ближе и чуть не придавливая своим весом, горячо дышал ей в ухо густым алкогольным амбре Чинеш. – Он же такой крутой, а бабы...

– Нехрен на меня смотреть! – не то злился, не то стеснялся Джал, чуть ли не на глазах трезвея. Но при этом старательно не глядя на Ирис. – На себя смотри!

– А хотя бы и на меня! – покладисто соглашался Чинеш, выпрямляясь и выпячивая грудь. – Вот че этим бабам не так? Я же все! Все че надо! Вот скажи, Ирис? Я че, плох? Чем? Монеты зарабатываю, не дерусь... дома, починить там че... ежели че... А они! Айку за меня не отдали, она сама мне отказала! А я!...

– Ты не плох, Чинеш, – стукалась с ним кружкой девушка, но поднося свою ко рту, лишь губами ободка касалась. – Ты очень хорош, ты тоже "крут", – вроде она правильно угадала значение того слова? – Только болтаешь много. Женщины, конечно, любят ушами, но умные женщины смотрят по делам...

– Че? Как так ушами? Ты гля какой у нас тут мастер по бабам нашелся! – это Рулмод там, что ли? Разве не на дежурстве, раз у Джала выходной? – Мамкино молоко еще на губах не высохло, первые волосы на морде не сбрил, а туда же! И многих женщин ты уже познал, пацан? Даже в бордель не рискнул зайти.

– А я их секреты в умных книгах читал, Рулмод! – отзывалась девушка старательно низким голосом. – Сразу готовые секреты женщин.

– И че там, че? – оживлялся Чинеш с одного края, опять тяжело наваливаясь на плечо.

– Брешешь, аристократик! Кто будет такую херь писать в книгах, да еще умных? – спорил с ним с другой стороны зам главы охраны. – У баб в голове вообще ничего нет! Еще писать про то, как там ветер гуляет?

Ну-у все! Он сам напросился!

– Что б ты знал, Рулмод, как раз у баб в голове постоянно чет происходит, у них там много чего… сложного. Это мужики от места к место думают, а посреди у них пусто, только жрать и... и другое такое же простое, – развернувшись в нужную сторону, громко возражала Ирис.

– Эт какое же такое простое?

– Такое! Очень простое! Жрать, спать и делать... детей, но и чтобы без детей тоже делать! А, еще охотиться и играться! Только инстинкты! Знаешь такое слово? Или объяснить?

Вот черт, а само слово ляпнула, кажется, на родном языке, то есть иномирном?

– Эт ты по своим братьям голинам знаешь? Они как раз ща во дворе опять барана жрут.

– Это все самцы такие! И люди тоже. Не зависеть от расы или рода!

"Или мира".

– Значит, ты сам такой же, аристократик? – прилетало в ответ.

Ирис открывала рот... и закрывала. Она же "пацан", "мужик", значит, такой же простой... "как инфузория туфелька". И откуда, вообще, в ней эта фраза вылезла? Что-то знакомое... из далекого...

Та-ак, она точно не пила, но надо, чтобы Чинеш на нее даже не дышал! А то горячительные пары уже воздушно-капельным путем передаются?

– Ирис, рот закрой! – наконец встревал в разгоревшийся спор Джал, все-таки трезвея.

– Нет уж, пусть рассказывает! Мастер по бабам, ты глянь, грых его дери! – спорил Рулмод, громко стукая своей кружкой по столу, а другие наемники поддакивали с интересом.

– Так че насчет меня? – опять тряс ее за плечо Чинеш так, что мог саму душу вытрясти. – Че бабам надобно?

– Не опасность, – само слетало с губ девушки. – Им надо верить спокойствие и защита рядом с ее мужчина.

– Не понял?! Я че, неспокойный? – громко возмущался Чинеш. – Я че, не в состоянии свою женщину защитить?! Знаешь че, малой! Вот не ожидал от тебя такого!

– Не так сказать! – махала руками девушка. – Э-эм, вот ты... ты не сидеть на месте, Чинеш. Ты очень... живой? Сегодня тут, завтра там. Много друзья, много веселье, всегда легкий подняться и идти...

– И че?! Это че, плохо?! – возмущенно стукал мужчина по столу кулаком.

– А кто быть дома и помогать жена? – встречно возмущалась Ирис. – Чтобы она точно знать, что ты не пропасть... не сбежать с караван на другой конец страны, когда младенец орать в доме, или болеть, или как-то еще плохо, что ты не уйти к друзьям. Ты хороший отец, Чинеш... будешь, когда сын вырасти, и ты его учить. Я сам видеть, ты мне... не отец, но как дядька. Крутой дядька, я такой только хотеть. Но пока сын вырасти большой для меча, много времени пройти. И ты все это время быть дома, рядом с семья? Когда малые глупые дети орут, жена требовать деньги на еду и сапоги, крыша течь, дрова рубить, пойло не пить, друзья не уходить?

– Ну че ты нудить начинаешь. Сам как баба! – обижался Чинеш под смешки других мужчин. – И нахрена ей сапоги, ежели можно ботинками обойтись? А уж на ботинки я точно заработаю!

– Ну ты посмотри, какой умный, – едко цедил в стороне Рулмод.

– Тебе тоже сказать? Это, как там... гадать? – поворачивалась к нему Ирис, демонстративно смеряла взглядом и качала головой. – Не, ты дюже умный. Таким трудно искать для себя женщина, все им не так. Такие мужья сами не знать чего хотеть – чтобы женщина тоже умный, чтобы не злила своей глупость, чтобы с ней можно еще говорить кроме постель и кухня, или все же была не сильно умная. А то вдруг она будет лучше? Как такое пережить, да, Рулмод?

– Га-га-га, – смеялись мужики, начиная обсуждать новую жертву.

Зам босса злился все больше.

– А ты сам? Тебе, умнику, какая баба нужна? – выплевывал Рулмод.

Джал уже не скрывал ехидной ухмылки, глядя на них обоих по очереди поверх очередной кружки.

– Первое, мне нужна не баба, – стала загибать пальцы Ирис над столом. И когда мужики вокруг дружно поперхнулись воздухом, быстро пояснила: – Баба – это дура. Не по... как там, знатные и богатые так не говорить про своих. Мне нужно рядом человек с большая буква... у вас так говорить? М-м, значит, очень хороший, всем человекам... эм, лучшее? Показать? Чтобы все смотреть? М-м, о, пример для повторить?