– Кхе! – выразительно сказал Бабо, округляя глаза.

– Ты чего, пацан? – как-то странно глянул на нее Чинеш.

– Чего? – не поняла Ирис, почему взгляды вокруг такие настороженные. – Это такая слова, ну как... про змея на огне. Ходящая фраза? Я не влюбиться в королева, отдыхайте. Моя любовь... э-э, сильно проще.

Чего они так встрепенулись все? Сами называют ее... его аристократом, так что вполне логично, что и избранница будет под стать...

Черт! Забыла, что здесь короли не исторический термин, а вполне действующая власть и вполне реальные люди. Вот и Джал того же мнения:

– "Ходящая фраза"? Ты охренел, пацан, так шутить? Ладно, мы тебе многое прощаем, но за такие шуточки знаешь, что бывает?

Однако дальше вечер закончился без происшествий.

Мужчины, эти любопытные создания, конечно, пытались вытащить из нее подробности "его загадочной любви". Но Ирис сослалась на то, что "имя не окунать вода, не делать слухи, пока не добиться свое" и отказалась делиться подробностями. Сошлись на том, что он их пригласит на свадьбу, если они будут неподалеку. Смеялись тогда наемники много, явно не веря "пареньку с блажью". Или не веря только тому, что он пригласит их, обычных наемников? Ну и ладно, главное, что от похода в бордель удалось отвертеться, причем и на будущее тоже.

И уже буквально через день они заходили в Шаифнутт – приграничный город на границе с Дарнасом. Но это был городок с этой стороны, чигиданский, и очень походил на уже знакомый Чирих. Такая же приземистая архитектура скучных домов-крепостей, огороженных от улицы серыми или песочного цвета глухими каменными заборами, зато с облицовкой входных арок яркой плиткой. Такие же гомонящие местные, живущие за счет торговли, поэтому на пыльных шумных улицах полно не только чигиданцев. Здесь, кстати, голины тоже не были редкостью, Ирис насчитала около десяти, пока дошла до таверны.

Караван остановили за городом, выставили повозки квадратом на большом поле, что раскинулось вокруг приграничного города. То ли Уммех решил сэкономить на городских постоялых дворах, то ли... он ведь не переживает, что ее голины устроят беспорядки в Шаифнутте? Конечно, "пареньку" Ирис никто не отчитался о выборе места, хотя она заметила, что не все венорцы были довольны таким выбором.

Тем не менее они здесь не одни были, неподалеку парочка таких же вставших на постой торговых обозов. Пока соседям Уммех с помощником наносил визиты, Джал распределял дежурства охране, так что Ирис пришлось к нему на планерку идти, пока их обустройством опять Бабо занимался.

И только к вечеру, когда солнце все ниже клонилось к крышам домов, дневной зной стал спадать, отпустили всех свободных в город. Куда народ с радостью ломанулся. К счастью, Ирис не пришлось идти с мужиками "по бабам". Однако она решила снять им с чигиданцами номера в городе, чтобы искупаться спокойно. И отдохнуть в просторной комнате и на широкой кровати, а не в заваленной вещами повозке ютиться или вообще, как она зачастую ночевала – на покрывале под повозкой или у костра под светом звезд.

К тому же купец со своим помощником тоже собирался ночевать в городе, и, разведав вначале где именно, чтобы их потом не искали, Ирис с Бабо, Айназ и Тыырыном тоже отправились в Шаифнутт.

В городе торговля не останавливалась вечером. Наоборот, дождавшись спада жары, многие лавочки и едальни вновь распахнули свои двери. Мальчишки-зазывалы чуть не под ноги кидались, приглашая заглянуть в "единственное в городе место, где господа могут...", где "лучший на две страны" тот или иной товар. И даже суровая физиономия голина, что зыркал на них над головами людей, мальчишек не пугала. Хорошо, что с ними шел Бабо, который ловко обходил ненужные им засады или, наоборот, заводил в те лавки, что могли заинтересовать Ирис или его жену. И он же мастерски торговался, когда какой-то товар они решали купить.

Так что до таверны "со своими" их компания дошла, только когда уже совсем стемнело.

Бабо с Айназ и горой купленных вещей ушли наверх, в снятые комнаты. Себе Ирис тоже в номер заказала ванну, а пока внизу, в общем зале ждала ужина. С Тыырыном, который молча уселся на краю стола, единственного свободного неподалеку от выхода, где им нашлось место.

Все-таки чем хорош этот приграничный южный городок – что здесь голинов пускали в таверны. На их парочку за отдельным столом хоть и косились, но никто не возражал.

Или потому, что Уммех заранее договорился, зная, что Ирис без своего братца не ходит? Кстати, сам купец со своими приближенными сидели здесь же, в зале. Но судя по опустевшим перед ними тарелками и то, как медленно они цедили из кружек под ленивые разговоры, мужчины просто отдыхали после ужина.

Ирис тоже отдыхала после непривычно долгих хождений, откинувшись на стену позади и вытянув ноги под столом. Прикрыла глаза в ожидании, пока принесут заказ. За последние несколько часов столько информации впитала! Теперь нужно все перебрать, по полочкам памяти разложить, пока наверху Айназ разбирает товары. Кстати, неприятно так ноги гудят. Ослабли, что ли? Может, ей тоже периодически ножками вдоль каравана стоит бегать, как братцы? А то привыкла либо верхом, либо вообще в повозке, как королевна...

Рядом чуть сместился Тыырын, поэтому Ирис распахнула глаза. Потому что брат не будет зазря двигаться, если тоже сел отдохнуть.

Оказалось, что в зал зашла группа каких-то очередных здоровяков в запыленной одежде, и сейчас они, застыв посреди прохода, словно товар в витрине – а на них действительно многие таращились! – с высоты своего немалого роста оглядывались. Но зал к вечеру был полон, свободных столов нет. Однако почему-то за двумя столами, что ближе к новеньким, люди стали вроде как нехотя собираться, хотя там не все доели.

Интересно, что это за типы такие, что их здесь вроде как... боятся? Ну да, они гораздо выше местных, крупные все, как на подбор, широкоплечие, что собой почти весь обзор закрыли. Еще и братец напрягся. Но вроде дверь в таверну они не ногой открывали, не начали никого задирать с порога.

– Тыырын, ты знаешь, кто это? – негромко спросила Ирис на голиновском наречии.

Ближайший к ним здоровяк обернулся. Смерил их взглядом, будто не зная, на ком дольше задержаться – на здоровенном полуобнаженном голине или пареньке в блеклом костюме пустынника. А затем заметно раздул ноздри, словно принюхиваясь! Ирис такое только у орков видела, хотя те скорее поднимут нос по ветру, мимика у них все же скупая. У этого же человека с крупными и грубыми чертами лица, словно топором едва колоду обтесали, и с копной рыжеватых волос, чуть ли не до самых бровей заросших, мимические мышцы были живыми, подвижными.

Какой интересный тип! И с учетом, что чигиданцам ужин она заказала в номер, они не спустятся, девушка движением подбородка – платок не закрывал лицо – указала на свой стол.

– Если хочешь, садись. Сажайтесь? Садись все, мы поместиться, если не широко, – сказала она на чигиданском, не надеясь на запас венорских слов. – Сказать, пусть стулья еще принести.

Дарнаский язык, чья граница была рядом, совсем не знала. Но не на голиновском же с незнакомцами говорить.

К ним обернулись еще двое. И тоже раздули ноздри.

– Ты мне? – почему-то очень удивился первый мужчина, отвечая на том же языке. – Приглашаешь?

– Если вы прийти ужинать и не бузить, то да, приглашаешь. Приглашать? Другие столы заняты, у нас есть свободное. Мы уступить вам немного. Если вы не сильно устать, то можно болтать. Вы откуда? Э-э, кто? Если не тайна.

Здоровяк, уже успевший сделать плавный, текучий – почти как у голинов! – шаг вперед, запнулся. Опять замер на месте. Наклонил голову набок зачем-то, не сводя темных, слишком темных для такого рыжеватого типа глаз.

– Ты не знаешь, кто мы? – уточнил зачем-то.

Конечно, не знает! Она же впервые их видит.

– Не иметь чести быть знакомы, – осторожно ответила Ирис. А то вдруг это какие-то знакомцы из далекого прошлого этого тела. – Или мы раньше видеться?