Я ле­жа­ла на спине, те­ло по­че­му-то ны­ло, бы­ло душ­но, буд­то я под де­ся­тью оде­я­ла­ми, и что-то ще­ко­та­ло нос.

Под­няв ру­ку, я сня­ла с ли­ца лос­ку­ток тон­ко­го го­лу­бо­го сит­ца. По­до­зри­тель­но зна­ко­мый. По­кру­ти­ла его, пы­та­ясь по­нять, где уже ви­де­ла ткань та­ко­го цве­та, и вспом­ни­ла пла­тье, в ко­то­ром бы­ла в день, ко­гда вер­нул­ся Игорь.

В ду­ше вско­лых­ну­лись нехо­ро­шие по­до­зре­ния. Я под­ня­лась, се­ла на кро­ва­ти, и на пол по­сы­па­лось мно­же­ство тря­пок, ко­то­ры­ми я ока­за­лась на­кры­та. Вер­нее да­же ме­ня буд­то за­ко­па­ли в них.

От­ка­зы­ва­ясь ве­рить в про­ис­хо­дя­щее, я пе­ре­би­ра­ла ру­ка­ми ис­пор­чен­ные на­ря­ды, чул­ки, по­я­са, рас­тер­зан­ные шляп­ки и чув­ство­ва­ла, как к гор­лу под­сту­па­ют сле­зы.

Под­ня­ла го­ло­ву, при­слу­ша­лась, но дом еще толь­ко про­сы­пал­ся: за ок­ном ед­ва свет­ле­ло, су­е­ти­лись слу­ги, од­на­ко в бу­ду­а­ре ни­ко­го не бы­ло. У кро­ва­ти по­блес­ки­вал ажур­ный но­жик для бу­маг.

На негну­щих­ся но­гах я вста­ла и под­ня­ла его, про­ве­ла паль­цем по лез­вию, пы­та­ясь по­нять, в са­мом ли де­ле его дер­жа­ла я, но но­жик лишь пом­нил, что дви­же­ния то­го, кто его взял, бы­ли быст­ры­ми, лег­ки­ми и ис­те­рич­ны­ми. Вполне по­хо­жи­ми на жен­ские.

Не мо­жет это­го быть… это не мог­ла быть я, прав­да?

Что­бы не сто­ять, вы­шла в бу­ду­ар, за­гля­ну­ла в шкаф. Ни од­но­го при­лич­но­го пла­тья там не оста­лось, за­то ва­ля­лись лос­ку­ты.

Ко­гда скрип­ну­ла дверь, я да­же не обер­ну­лась: оправ­ды­вать­ся и что-то до­ка­зы­вать про­сто не оста­лось сил.

– Ана­ста­сия Кон­стан­ти­нов­на! – ах­ну­ла Гла­фи­ра Ни­ки­тич­на и тут же вы­ско­чи­ла за дверь.

Я се­ла в крес­ло и ста­ла ждать. Вско­ре, как и ду­ма­ла, ком­па­ньон­ка при­ве­ла Иго­ря. Я впер­вые ви­де­ла его на­столь­ко до­маш­ним: каш­та­но­вые куд­ри рас­тре­па­ны со сна, небри­тый под­бо­ро­док, плот­ный ха­лат по­верх со­роч­ки и на­спех на­де­тых до­маш­них брюк.

Он оста­но­вил­ся на­про­тив ме­ня, вни­ма­тель­но гля­дя в ли­цо, буд­то же­лая про­честь в нем от­вет на все те во­про­сы, ко­то­рые на­вер­ня­ка ро­и­лись в его го­ло­ве. Но все мои си­лы ухо­ди­ли толь­ко на то, что­бы сдер­жать сле­зы.

Я ука­за­ла се­бе за спи­ну, на дверь в спаль­ню.

– Иди­те, взгля­ни­те, – при­кры­ла гла­за, опер­лась лок­тем о крес­ло и уткну­лась ли­цом в ла­донь.

Игорь дей­стви­тель­но шаг­нул в спа­нью и ка­кое-то вре­мя я не слы­ша­ла его. Долж­но быть, он пе­ре­ва­ри­вал уви­ден­ное. Гла­фи­ре Ни­ки­тичне хва­ти­ло так­та бес­шум­но вы­скольз­нуть в ко­ри­дор и за­крыть дверь.

– Что все это зна­чит? – спро­сил Игорь, вновь оста­нав­ли­ва­ясь на­про­тив ме­ня.

Я лишь по­жа­ла пле­ча­ми.

– Ус­ну­ла как обыч­но. Прос­ну­лась – вот с этим. И опять ни­че­го не пом­ню, – чест­но от­ве­ти­ла я, хо­тя ес­ли бы мог­ла при­ду­мать бо­лее прав­до­по­доб­ную ложь, то на­вер­ня­ка за нее бы схва­ти­лась.

Ду­ма­ла, Игорь разо­злит­ся, но он по­до­шел, взял ме­ня за ру­ку и при­сталь­но по­смот­ре­ла в гла­за.

– Со­всем ни­че­го? Вы уве­ре­ны? – его паль­цы гре­ли мою ла­донь, и я на се­кун­ду за­мер­ла, что­бы про­длить это бес­смыс­лен­ное мгно­ве­ние.

Но се­кун­ды шли и в ито­ге мне при­шлось сно­ва по­мо­тать го­ло­вой. Паль­цы Игорь ослаб­ли, моя ру­ка вы­скольз­ну­ла из них и упа­ла на под­ло­кот­ник крес­ла. Ка­жет­ся, у нас обо­их не оста­лось сил ни на­де­ять­ся, ни ве­рить, и он ска­зал имен­но то, че­го я ожи­да­ла.

– Мне жаль, но я не мо­гу боль­ше иг­но­ри­ро­вать ва­ши симп­то­мы. Я по­сы­лаю за вра­чом. По­ка он не при­е­дет, вы не по­ки­не­те спаль­ню, – рас­по­ря­дил­ся Игорь ка­ким-то бес­цвет­ным го­ло­сом.

Я лишь кив­ну­ла. Смысл со­про­тив­лять­ся, ес­ли я, по­хо­же, и в са­мом де­ле безум­на?

Не­сколь­ко се­кунд Игорь смот­рел на ме­ня, буд­то ждал, что я нач­ну пла­кать, про­сить или злить­ся, но я си­де­ла, по­сту­ки­вая паль­ца­ми по де­ре­вян­но­му под­ло­кот­ни­ку, ко­то­рый толь­ко вче­ра при­ве­ла в по­ря­док. Хо­ро­шо хоть ме­бель не по­стра­да­ла.

Так и не до­ждав­шись от ме­ня ни моль­бы, ни ис­те­ри­ки, Игорь на­пра­вил­ся к две­ри.

– Про­сти, – бро­си­ла я ему вслед, чув­ствуя, что что-ни­будь все-та­ки долж­на ска­зать.

– За что? – уста­ло обер­нул­ся он.

Я об­ве­ла ру­ка­ми ком­на­ту и, не вы­дер­жав его взгля­да, опу­сти­ла го­ло­ву.

В сто­ло­вую я вы­шла в той одеж­де, ко­то­рую на­де­ва­ла для ра­бо­ты в ма­стер­ской – из все­го мо­е­го гар­де­роба не по­стра­да­ла толь­ко она. За зав­тра­ком Игорь ска­зал, что док­тор при­е­дет на сле­ду­ю­щий день. Все ели в на­пря­жен­ной ти­шине, свет­ские раз­го­во­ры не кле­и­лись.

Я ду­ма­ла, что на оста­ток дня Игорь ме­ня за­прет, но он толь­ко ве­лел Фек­ле не от­хо­дить от ме­ня ни на шаг и ушел, предо­ста­вив мне пол­ную сво­бо­ду дей­ствий.

Ею я и вос­поль­зо­ва­лась. Го­ло­ва бы­ла со­всем пу­стой, в ду­ше по­се­ли­лась тос­ка, и что­бы хоть нена­дол­го от нее сбе­жать, я по­тя­ну­лась к при­выч­ной ра­бо­те: шли­фо­ва­ла за­стыв­ший воск в ца­ра­пи­нах на ме­бе­ли, на­ти­ра­ла тем­ное де­ре­во по­ли­ру­ю­щим со­ста­вом, лю­бо­ва­лась ре­зуль­та­та­ми тру­да и пе­ре­хо­ди­ла к сле­ду­ю­ще­му участ­ку.

К обе­ду все по­стра­дав­шие от ру­ки слу­ги участ­ки ока­за­лись по­чи­не­ны.

Я не хо­те­ла есть в той же гро­бо­вой ти­шине, в ко­то­рой про­шел зав­трак, по­это­му спря­та­лась в ма­стер­ской и по­про­си­ла при­не­сти еды ту­да. И скло­ни­лась над порт­ре­том ге­не­ра­ла, очи­щая его от жел­тиз­ны сан­ти­метр за сан­ти­мет­ром.

– По­ешь­те хоть немно­го, Алек­сандра Кон­стан­ти­нов­на! – взмо­ли­лась Фек­ла, но я толь­ко от­мах­ну­лась – в же­луд­ке сто­ял ком, а го­ло­ве – ту­ман. Ме­ня хва­та­ло толь­ко на ме­ха­ни­че­ские дей­ствия.

– Вы уж про­сти­те, ге­не­рал, что я не успею сдер­жать сло­во, – вздох­ну­ла я, про­во­дя паль­цем по ра­ме, ко­то­рая сто­я­ла ря­дом с рас­тя­ну­тым для ре­став­ра­ции по­лот­ном.

Разо­гну­лась от ра­бо­ты и взгля­ну­ла на сад. По до­рож­ке, по­чти скры­тые де­ре­вья­ми, шли ря­дом Игорь и Нас­та­сья и о чем-то ти­хо го­во­ри­ли.

В ду­ше непри­ят­но коль­ну­ло, но я по­спе­ши­ла за­да­вить в се­бе стран­ные чув­ства. Ка­кой в них смысл? Я ведь имен­но это­го и до­би­ва­лась – раз­ве нет? Хоть и не ду­ма­ла, что Настя, несмот­ря на все свои стра­хи и сле­зы, ока­жет­ся та­кой прыт­кой.

От­ло­жи­ла ват­ку, стя­ну­ла пер­чат­ки и усмех­ну­лась: си­ту­а­ция пря­мо как в “Джейн Эйр”. Су­масшед­шая же­на ме­ша­ет су­ро­во­му муж­чине и неж­ной де­ве об­ре­сти сча­стье. Вот толь­ко я не хо­чу до­во­дить до по­жа­ра и остав­лять Иго­ря слеп­цом. Ни­кто не дол­жен стра­дать от­то­го, что мне в на­след­ство до­ста­лись не толь­ко кар­ти­ны, но и Са­шень­ки­но безу­мие.

Ин­те­рес­но, Игорь мо­жет тре­бо­вать раз­во­да, ес­ли вра­чи при­зна­ют, что я безум­на? На­вер­ное мо­жет. Но ес­ли да, то по­че­му не сде­лал это­го рань­ше?

Сил ра­бо­тать не оста­лось. Я кое как впих­ну­ла в се­бя по­ло­ви­ну бли­на и вер­ну­лась в спаль­ню. По пу­ти со мной пы­тал­ся за­го­во­рить Ко­лень­ка. Ле­пе­тал что-то про лю­бовь, ко­то­рая пе­ре­жи­вет все бе­ды, что я по-преж­не­му един­ствен­ная его му­за, и я, не вы­дер­жав, по­сла­ла его прочь. Пусть оби­жа­ет­ся – мо­жет, пе­ле­на влюб­лен­но­сти на­ко­нец спа­дет, и он уви­дит за ней прав­ду?

В бу­ду­а­ре все еще сто­я­ли гряз­ные туфли, ря­дом ле­жа­ли щет­ки. Я опу­сти­лась пря­мо на пол и при­ня­лась счи­щать грязь с яр­ко­го бар­ха­та, ста­ра­ясь не за­деть бу­си­ны. Сна­ча­ла су­хой щет­кой, по­том – влаж­ной. Кос­ну­лась паль­ца­ми плот­ной мяг­кой тка­ни и при­кры­ла гла­за, но вспом­ни­ла толь­ко удар и то, как лег­кие го­ре­ли, ко­гда в них по­па­ла во­да.

Вско­ре ту­фель­ки сто­я­ли у шка­фа как но­вые, прав­да, на­деть мне их вряд ли еще при­дет­ся. За­кон­чив и с этой ра­бо­той, я вы­мы­ла ру­ки и в чем бы­ла упа­ла на кро­вать. За­ве­ла ру­ки за по­душ­ку и на­щу­па­ла под ней пись­мо. До­ста­ла его и про­бе­жа­ла взгля­дом по по­хо­жим на па­у­ти­ну стро­кам.