Управ­ля­ю­щий от­сту­пил на пол­ша­га и обер­нул­ся к Иго­рю Пав­ло­ви­чу.

– Ви­ди­те? – спро­сил он, ища под­держ­ки.

– Ви­жу, к сво­е­му удо­воль­ствию, вполне здо­ро­вую су­пру­гу, – кон­ста­ти­ро­вал Игорь так хо­лод­но, что ста­ло яс­но: он бы пред­по­чел ви­деть ме­ня как ми­ни­мум не вполне здо­ро­вой, а луч­ше при смер­ти. – Ва­ше бес­по­кой­ство из­лишне. По­ни­маю, в ва­шем воз­расте одо­ле­ва­ют са­мые раз­ные тре­во­ги, и ес­ли же­ла­е­те снять с се­бя за­бо­ты об име­нии, ду­маю, Алек­сандра Кон­стан­ти­нов­на бу­дет так добра и рас­счи­та­ет вас по всем пра­ви­лам.

Управ­ля­ю­щий по­блед­нел, сглот­нул и по­вер­нул­ся ко мне с елей­ной улыб­кой.

– Что вы, что вы, ба­ры­ня, я еще мо­ло­дым фо­ру дам! – при­нял­ся убеж­дать он, от­сту­пая к две­ри. – Ба­тюш­ке ва­ше­му вер­но слу­жил, неужто вас остав­лю? Пой­ду в ка­би­нет, под­го­тов­лю вам все бу­ма­ги и лич­но обо всем до­ло­жу, как толь­ко из­во­ли­те под­нять­ся.

И ис­па­рил­ся, по­ка мне в го­ло­ву в са­мом де­ле не взбре­ло его рас­счи­тать.

А во­об­ще – хо­ро­шая идея. У ме­ня по­ка нет ос­но­ва­ний утвер­ждать, что имен­но он пы­тал­ся уто­пить Са­шень­ку, но у ко­го еще мо­жет быть та­кой ин­те­рес? Гла­фи­ра Ни­ки­тич­на? Вряд ли: ес­ли со мной что-то слу­чит­ся, она по­те­ря­ет ме­сто ком­па­ньон­ки. Слу­ги? Они во­об­ще по­чти ни­че­го не зна­ли о мо­ем со­сто­я­нии, да и вы­здо­ров­ле­нию хо­зяй­ки ра­до­ва­лись вполне ис­кренне.

Но ес­ли вы­став­лю управ­ля­ю­ще­го пря­мо сей­час, то при­дет­ся раз­би­рать­ся со все­ми де­ла­ми са­мой и ис­кать но­во­го. Про­сить об одол­же­нии Иго­ря не хо­чет­ся, а са­ма я по­ка по­ня­тия не имею, как на­нять дру­го­го че­ло­ве­ка. К то­му же, в до­ме те­перь мно­го на­ро­ду, вряд ли ста­рик бу­дет так же нагл и ак­ти­вен, как в то вре­мя, ко­гда Са­шень­ка оста­лась здесь по­чти в оди­но­че­стве.

– Алек­сандра? – на этот раз го­лос Иго­ря про­зву­чал мяг­че, при­вле­кая к се­бе вни­ма­ние, но не пу­гая.

Толь­ко за­ме­тив, что я взгля­ну­ла на него, Игорь при­бли­зил­ся и скло­нил­ся над кар­ти­ной, вни­ма­тель­но рас­смат­ри­вая порт­рет.

– Утром во дво­ре вы сто­я­ли пе­ред слу­га­ми, как бы­ва­лый де­сят­ник пе­ред сол­да­та­ми, – от­ме­тил он.

Я неволь­но сму­ти­лась: то ли от стран­но­го по­чти ком­пли­мен­та, то ли от­то­го, на­сколь­ко близ­ко те­перь сто­ял муж. Мы по­чти со­при­ка­са­лись пле­ча­ми, и я ни­как не мог­ла при­ду­мать, что от­ве­тить.

– Что же слу­чи­лось по­том? За­чем вам по­на­до­би­лось лезть на за­би­тый ста­рым хла­мом чер­дак, да еще вы­тас­ки­вать от­ту­да му­сор. Ес­ли же­ла­е­те из­ба­вить­ся от него, мож­но по­звать ста­рьев­щи­ка, вам неза­чем са­мой…

От оби­ды за ста­рин­ные ве­щи, ко­то­рые на­вер­ня­ка хра­ни­ли бес­чис­лен­ное мно­же­ство тайн, я вски­пе­ла на­столь­ко, что не да­ла ему до­го­во­рить.

– Вы на­зы­ва­е­те порт­ре­ты мо­их ро­ди­те­лей и пред­ков му­со­ром? Или мо­жет быть, кни­ги на гре­че­ском и фран­цуз­ском хо­ти­те от­дать ста­рьев­щи­ку за бес­це­нок? Или вам не вну­ша­ет по­чте­ния пол­ное со­бра­ние оте­че­ствен­ной ис­то­рии? Или мо­жет, ва­зы из Чжу­нь­го ка­жут­ся вам пу­сты­ми пы­лес­бор­ни­ка­ми? – я мог­ла бы про­дол­жать, но оста­но­ви­лась, за­ме­тив, как на ли­це Иго­ря рав­но­ду­шие сме­ни­лось удив­ле­ни­ем, а по­том уже зна­ко­мой лу­ка­вой улыб­кой.

Муж шут­ли­во под­нял ру­ки, по­ка­зы­вая, что сда­ет­ся.

– Про­шу про­ще­ния, не хо­тел вас за­деть, – од­на­ко улыб­ка его на­ме­ка­ла, что очень да­же хо­тел. Не толь­ко за­деть, но и по­смот­реть на ре­ак­цию, ко­то­рую я тут же и вы­да­ла.

Черт! Да­ле­ко мне до ари­сто­кра­ти­че­ской сдер­жан­но­сти, и с этим по­ка ни­че­го не по­де­ла­ешь.

– За­чем вы мо­чи­те кар­ти­ну? – пе­ре­вел те­му су­пруг и сно­ва взгля­нул на холст.

Что­бы успо­ко­ить­ся, я то­же по­смот­ре­ла на стол и па­ру раз сжа­ла в ру­ке губ­ку.

– Не мо­чу, толь­ко сти­раю пыль. Ра­му на­до бу­дет под­шли­фо­вать, по­том вер­ну порт­рет в ком­на­ты.

– А что бу­де­те де­лать с те­ми по­рван­ны­ми пей­за­жа­ми, ко­то­рые оста­ви­ли в ко­ри­до­ре? – про­дол­жил рас­спро­сы муж.

Зна­чит, Гла­фи­ра Ни­ки­тич­на все-та­ки ему до­ло­жи­ла и да­же по­ка­за­ла “ме­сто пре­ступ­ле­ния”.

– На­де­юсь, их удаст­ся по­чи­нить. Они до­воль­но кра­си­вы, не хо­те­лось бы вы­бра­сы­вать. Прав­да, неко­то­рые из хол­стов при­дет­ся сни­мать с ос­но­вы, что­бы не про­гни­ли окон­ча­тель­но, су­шить и пе­ре­кле­и­вать на но­вую. И хо­ро­шо бы у Ни­ко­лая на­шлись мас­ля­ные крас­ки: то­гда я смо­гу по­сле рас­чист­ки вос­пол­нить ис­тер­тые ме­ста… – я так увлек­лась пла­на­ми, что да­же не сра­зу за­ме­ти­ла, как ли­цо му­жа вдруг вновь ста­ло непро­ни­ца­е­мым.

– И от­ку­да же вы зна­е­те, как вос­ста­но­вить кар­ти­ны? Друг дет­ства под­ска­зал? – спро­сил он хо­лод­но.

Ах вот оно что: од­но упо­ми­на­ние име­ни Ни­ко­лая, по­хо­же, пор­тит ему на­стро­е­ние. Зна­чит, па­рень­ка точ­но нель­зя вы­го­нять, пусть ма­я­чит пе­ред гла­за­ми и убеж­да­ет Иго­ря, что раз­вод нам с ним про­сто необ­хо­дим. Но и усу­губ­лять си­ту­а­цию мне неза­чем.

– Во­все нет. Я уже и не пом­ню, в ка­ком ба­тюш­ки­ном жур­на­ле чи­та­ла про ра­бо­ту сто­лич­ных ре­став­ра­то­ров, – лег­ко­мыс­лен­но от­мах­ну­лась я. – Но спо­соб за­пом­нил­ся. Его так по­дроб­но опи­сы­ва­ли, что да­же стран­но: и про очист­ку по­жел­тев­ше­го ла­ка, и про за­щи­ту по­ло­тен – пом­ню так жи­во, буд­то толь­ко вче­ра про­чла.

Игорь скре­стил ру­ки на гру­ди и ото­шел от сто­ла.

– Зна­чит, про ре­став­ра­цию помни­те, а про де­ла хо­зяй­ствен­ные по­за­бы­ли, – уточ­нил он.

Я на­тя­ну­ла на ли­цо из­ви­ня­ю­щу­ю­ся улыб­ку, мол, глу­пая ба­рыш­ня, что с ме­ня взять? Но су­дя по тя­же­ло­му взгля­ду Иго­ря, его мои сло­ва не убе­ди­ли. Ду­ма­ет, что я все-та­ки бе­се­до­ва­ла с Ни­ко­ла­ем еще раз. Да и пусть! Не до­ве­ря­ет – его про­бле­мы.

– Что ж, не смею вам ме­шать, – Игорь от­вер­нул­ся и я рас­сла­би­лась, по­ду­мав, что он уй­дет.

Од­на­ко муж усел­ся на за­дви­ну­тое в угол крес­ло и су­дя по то­му, с ка­ким удоб­ством в нем рас­по­ло­жил­ся, вста­вать в бли­жай­шее вре­мя яв­но не пла­ни­ро­вал.

Впро­чем, и прав­да ведь не ме­ша­ет. По­на­до­би­лось все­го несколь­ко ми­нут, что­бы при­вык­нуть к свер­ля­ще­му спи­ну взгля­ду, но вско­ре я вновь так увлек­лась ра­бо­той, что пе­ре­ста­ла его за­ме­чать и да­же на­ча­ла что-то мур­лы­кать се­бе под нос из лю­би­мых пе­сен.

Вско­ре во фли­ге­ле ста­ло по­чти уют­но. По­ду­ма­лось, что в ка­кой-ни­будь аль­тер­на­тив­ной ре­аль­но­сти мы мог­ли бы ча­сто так про­во­дить вре­мя: я бы кол­до­ва­ла над кар­ти­на­ми, он си­дел бы у ок­на за ка­ки­ми-ни­будь пись­ма­ми или с кни­гой на гре­че­ском – мо­жет, да­же чи­тал бы вслух. Во дво­ре, под при­смот­ром нянь­ки или гу­вер­нант­ки, сме­я­лись бы на­ши де­ти.

Я за­жму­ри­лась и по­мо­та­ла го­ло­вой. Нет, так нель­зя. На­до смот­реть ре­аль­но­сти в ли­цо: я до сих пор не уве­ре­на, что Игорь не хо­тел спе­ци­аль­но из­ве­сти Са­шень­ку, за­пре­тив вы­звать к ней вра­ча. Мо­жет, имен­но по его вине она в са­мом де­ле умер­ла, ина­че как я мог­ла бы за­нять ее те­ло? Да и сей­час од­но­му чер­ту из­вест­но, что за мыс­ли бро­дят в его го­ло­ве. На раз­вод вон как лег­ко со­гла­сил­ся: на­вер­ное ре­шил, что раз устро­ить “несчаст­ный слу­чай” не по­лу­чи­лось, то мож­но из­ба­вить­ся от же­ны, рас­торг­нув брак.

– К обе­ду на­кры­ли, Алек­сандра Кон­стан­ти­нов­на! – крик­ну­ла со дво­ра Гла­фи­ра Ни­ки­тич­на, не ре­ша­ясь зай­ти во фли­гель, вход в ко­то­рый Игорь сто­ро­жил в крес­ле, буд­то вер­ный пес.

Я разо­гну­ла спи­ну, от­ло­жи­ла губ­ку и сня­ла фар­тук.

– Вы дей­стви­тель­но пла­ни­ру­е­те про­ве­рить учет­ные кни­ги? – уточ­нил Игорь, под­ни­ма­ясь с крес­ла.

Од­но­го взгля­да на его хо­лод­ное ли­цо хва­ти­ло, что­бы окон­ча­тель­но вы­бить из го­ло­вы глу­пые ро­ман­ти­че­ские фан­та­зии. Лег­кая грусть от мыс­лей о несбы­точ­ном сча­стье усту­пи­ла ме­сто при­выч­но­му раз­дра­же­нию.