Мне безумно хотелось спросить, откуда ему это известно и почему он совершенно не боится моего брата, но мое имя прозвучало вновь. Я развернулась и оставила Джеральда одного.

Когда я вышла в коридор, там никого не оказалось. Но стоило мне сделать всего три шага, как из дверей моего кабинета показалась знакомая кудрявая шевелюра. Филипп вышел в коридор, держа в руках мою сумку и передатчик. Его волосы были взлохмачены, щеки горели румянцем, словно он бежал сюда со всех ног, а одежда сильно помялась. Я-то ожидала увидеть Грегори.

— Где тебя носило? — с ходу напустился на меня Филипп.

Я запустила пятерню в волосы, прекрасно понимая, что мои кудри сейчас выглядят ничуть не лучше.

— Искала выход.

— Тебе нельзя было покидать кабинет. — Филипп критически окинул меня взглядом. — Ну и вид у тебя. Живее, нам пора. Поговорим в жилом секторе. Они как раз сейчас принудительно запускают сеть.

Вдоль позвоночника прополз липкий страх. Хватило ли этих десяти минут тем, кто остался там, внизу? Где бы вообще это «там» ни находилось? И тут до меня дошло, что я упустила самый главный, жизненно важный вопрос: что именно они собирались предпринять?

— Почему Коллин прислал именно тебя? — спросила я. Нервы были на пределе, мы шагали мимо двери, за которой затаился Джеральд. В этот момент прибор Филиппа коротко пискнул. Он притормозил, извлекая его на свет. — Нам разве не пора идти?

Я была готова поклясться, что Филипп на секунду скользнул взглядом по той самой двери, и мне стоило огромных усилий подавить подступающую панику.

— Он сейчас нужен в другом месте. Ты партнерша иллума. Любой повстанец с радостью использует тебя, чтобы добраться через тебя до него и остальных иллумов.

Он уверенно зашагал дальше, пока мы не поравнялись с лифтом, затем поднес запястье к сканеру, но ничего не произошло.

Филипп принялся быстро печатать что-то, а его слова тем временем безжалостно вскрывали все те эмоции, что я так тщательно пыталась похоронить во время нашего бега. В наступившей тишине мое разбитое сердце жалобно стучало. И как мне теперь объяснить ему, что повстанец по имени Хэл уже вовсю меня использовал?

— Что вообще произошло? — спросила я, из последних сил сдерживая лавину чувств.

— Жнец организовал дерзкое нападение на один из корпусов, где хранятся репродуктивные добавки. Масштаб ущерба я пока не знаю. — Он оторвался от экрана коммуникатора, когда по коридору разнесся тяжелый скрежет металла, сменившийся ровным гулом, и двери лифта наконец распахнулись. — Коллин пока не выходил на связь. Он все еще там.

— Где «там»? — опешила я. Я была свято уверена, что Коллин отсиживается в полной безопасности высоко в облаках.

— На поверхности. Лично координирует подавление атаки, — пояснил Филипп, и мы шагнули внутрь кабины.

Тело била мелкая дрожь, дыхание сбилось. Мысли вихрем неслись в голове, путаясь и сменяя друг друга. Я буквально впилась ногтями во все те чувства, что грозили окончательно сломать меня, силой заставляя их подчиниться, пока двери лифта снова не открылись. Но вся моя внутренняя борьба мгновенно сошла на нет, стоило мне увидеть то, что ждало нас на поверхности.

В обычно тихом и безмятежном атриуме сейчас царили невообразимый хаос и крики. Прямо у дверей лифта нас дожидались шестеро бойцов штурмового отряда элиты, и один из них был на голову выше остальных.

Филипп коротко кивнул им.

— Двинулись! — зычно скомандовал великан, пристраиваясь прямо за моей спиной, пока остальные солдаты брали нас в плотное кольцо. Я отчетливо узнала этот голос, но никак не могла вспомнить имя. Он нажал какую-то кнопку на своем предплечье, и мы стремительно двинулись вперед.

— Филипп, да что происходит? — в панике выкрикнула я, а солдаты то и дело задевали меня своей тяжелой броней. — Филипп! — позвала я снова, но из-за их массивных спин ничего не было видно.

— Просто двигайся, Эмелин! — донесся откуда-то сзади голос брата. У меня просто не оставалось выбора. С сердцем, готовым выпрыгнуть из груди, я покорно семенила в центре конвоя, пока мы наконец не выбрались наружу, где весь воздух был пропитан едким дымом.

Что же ты натворил, Жнец?

— Бегом! — гаркнул впереди идущий солдат. Я прибавила ходу, стараясь не отставать.

Чуть поодаль нас уже ждала готовая к старту капсула. Конвоир спереди принялся что-то яростно кричать кому-то за спиной. Из-за плотного кольца штурмовиков я решительно ничего не видела, но вокруг отчетливо слышался топот множества ног — люди метались в панике, словно спасали свои жизни. По шее катился холодный пот, первобытный липкий страх держал меня мертвой хваткой. Куда более сильный и жуткий, чем тот, что я испытала в темных туннелях.

Кто-то грубо перехватил меня за локоть.

— Лезь внутрь, живей!

— Системы уже достаточно прогрелись, чтобы эта посудина вообще смогла оторваться от земли? — рявкнул солдат позади меня.

— Будем надеяться, — отозвался Филипп.

Я почувствовала, как меня бесцеремонно толкнули вперед, а затем буквально втащили внутрь капсулы. Филипп запрыгнул следом. Он прижал запястье к сканеру, и двери с глухим щелчком захлопнулись.

Я без сил рухнула в кресло. Капсула свечой пошла строго вверх, ощутимо медленнее, чем обычно, оставляя творящееся внизу безумие позади. В этот же миг передатчик Филиппа принялся без умолку и яростно пищать. Означало ли это, что энергосеть восстановилась в полном объеме?

Филипп смотрел куда-то мне за спину, и на его лице застыло выражение абсолютного, парализующего шока. Я медленно обернулась, и в ту же секунду леденящий ужас сковал тело. Вся та разруха, что царила в моей груди, была сущим пустяком по сравнению с той, что открылась взору снаружи.

Вся поверхность внизу была охвачена бушующим пламенем.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ СЕДЬМАЯ



— Что произошло? — прошептала я.

— Не знаю, — признался Филипп, снова лихорадочно застучав по клавишам. — Жнец уже давно нацелился на этот корпус.

Я не могла оторвать взгляда от окна. Там, неподалеку от Пустошей, на самой окраине Верхнего города, бушевало яростное пламя, выбрасывая в небо огромные столбы густого серого дыма.

— И Коллин сейчас там, внизу? — спросила я.

— Да. Высший совет иллумов направил его туда.

— И от него по-прежнему никаких известий?

— С ним все будет в порядке, — отрезал Филипп.

Разве мог этот несчастный куб дать кому-то достаточно времени, чтобы спастись от такого ада? Сколько же людей из-за моего вмешательства оказались замурованы в этой огненной ловушке? Капсула плавно вошла в облака, наконец скрывая от глаз этот кошмар.

— Почему мы не там? Почему не помогаем им? — спросила я.

— У нас нет допуска для ликвидации подобных чрезвычайных ситуаций. Наши РАЗУМы просто не пропустят нас в ту зону.

— Так перенастрой их! Ты же постоянно это делаешь.

Филипп повернулся и пристально посмотрел на меня.

— На этот раз я бессилен.

Капсула замедлила ход и замерла возле уже знакомого мне балкона. Филипп первым вышел наружу, а я поспешила за ним. От едкого дыма першило в горле. Несколько недель назад Филипп и Коллин уже отправлялись на склад с припасами. Как же долго Жнец вынашивал этот план?

Стоило мне шагнуть в жилые помещения, как Филипп бесцеремонно всучил мне мои вещи.

— Держи.

Я выудила из кармана коммуникатор и быстро набрала короткое сообщение для Ло с просьбой черкнуть мне, как только она окажется в безопасности.

— А где Нора? — спросила я, убирая прибор.

— Просто уму непостижимо, — процедил сквозь зубы Филипп, поднимая с пола кружевной черный бюстгальтер. — Никогда не пойму, как мы вообще могли родиться от одних родителей. — Он круто развернулся на пятках и зашагал в сторону спален.

На диване лежала забытая книга, старинная и изрядно потрепанная. Я бросилась за братом, на ходу сопоставляя детали.