Мне не хотелось думать об этом, о возможности появления потомства. Только не снова.

— Не переживай, — подбодрила Нора. — Когда придет время, я тебе помогу. В этом деле я уже профи. — Она улыбнулась, но взгляд ее оставался грустным. — Было очень приятно познакомиться.

Нора подняла планшет. Ее глаза округлились, и она тут же стремительно перевернула экран вниз, а ее щеки залил нежно-розовый румянец.

— Что там? — спросила я.

— Ничего. Просто сплетни.

— Можно посмотреть?

Нора перевела взгляд с меня на планшет, затем вздохнула и протянула его мне.

Прямо на первой полосе красовался снимок: я и Коллин. Одной рукой он крепко обнимал меня за талию, натягивая прозрачную белую ткань на моей коже, а другой придерживал мое лицо. Мой первый поцелуй выставили на всеобщее обозрение элиты. Изнутри меня обдало жаром ярости и жгучего стыда.

— Это случилось в позапрошлую ночь, — пробормотала я, не отрывая глаз от того, что мы с Коллином сегодня так и не обсудили. — Почему… почему именно сегодня?

На лице Норы молнией промелькнула яростная решимость.

— В том, чтобы выдать информацию в самый подходящий для рассказчика момент, кроется большая власть. Когда от этого можно получить максимальную выгоду. Пресса… пресса в этом деле знает толк.

Она забрала у меня планшет, но я успела заметить слова, напечатанные над фотографией:

МЛАДШИЙ ИЛЛУМ ШОКИРУЕТ ЭЛИТУ ПАРТНЕРШЕЙ С НЕЗНАЧИТЕЛЬНЫМ ДЕФЕКТОМ: ЕСТЬ ЛИ ДефективнЫМ МЕСТО В НАШИХ ОБЛАКАХ?

— Я бы просто не обращала внимания, — посоветовала Нора, устраиваясь на том месте, где я ее нашла, почти полностью скрывшись среди подушек. Она отбросила прессу в сторону и взяла книгу. За окном бесшумно припарковалась капсула.

— Нора, а кто контролирует прессу? — спросила я. Изображение намертво отпечаталось в памяти, а в голове эхом отозвались два слова. — Иллумы, верно?

Нора с грустью посмотрела на меня.

— Да.

ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ



Два слова преследовали меня сквозь завихрения серых туч. Мысли стремительно неслись вниз, повторяя траекторию падающей к поверхности капсулы.

Прости меня.

Они всегда на шаг впереди.

МЛАДШИЙ ИЛЛУМ ШОКИРУЕТ ЭЛИТУ ПАРТНЕРШЕЙ С НЕЗНАЧИТЕЛЬНЫМ ДЕФЕКТОМ.

Если кто-то делает больно тебе, я воспринимаю это как личное оскорбление.

Я часто шутила, что хотя у меня есть близнец, у меня также есть брат.

Если ты почувствуешь, что тебе нужно от чего-то бежать, я прошу тебя бежать ко мне.

Прости меня.

Правило девятое:

Вы — обязательство вашего партнера. Он волен поступать с вами так, как пожелает, в любое время. Его верность принадлежит иллумам, а не вам.

Ты все еще думаешь, что похожа на остальных дефективных?

Он их Палач. Такой, как ты, больше нет… потому что нет никого, кто был бы похож на твоего партнера.

Следуйте протоколу иллумов, соблюдайте правила для населения с незначительными дефектами, постоянно самосовершенствуйтесь, и вы подниметесь, исполнив свое предназначение ради Всеобщего Блага

И ты хотела спасти ее, Хелен.

Прости меня.

Знал ли Коллин, что поцелуй запечатлеют? Использовал ли он меня, чтобы усложнить шоу для элиты, и выпустил статью именно сегодня? Отстранился ли он так быстро просто потому, что добился своего? Я была отчаявшейся, одинокой дурой, решившей, что тот момент что-то значил.

Я вошла в свой кабинет и обнаружила знакомого мужчину в синем комбинезоне: он сидел на стуле, обхватив голову руками. Стоило мне поднести РАЗУМ к сканеру, как резкий звуковой сигнал заставил Хэла вскочить на ноги.

— Ты вернулась.

— Вернулась, — подтвердила я, направляясь к столу.

— И ты в порядке, — заявил он скорее самому себе.

Его волосы были в полном беспорядке, словно он непрерывно запускал в них пальцы с тех пор, как мы расстались. Красивое лицо было испачкано синими пятнами. Спал ли он вообще этой ночью?

— Все хорошо, — заверила я его.

Сбросив коричневое пальто, я заняла освободившееся кресло и вошла в систему. Хэл перевернул мусорную корзину и устроился на ней, ожидая, когда загрузятся экраны.

— Как ты? Как тебе удалось уйти незамеченным?

— Все нормально. Теперь, когда ты здесь, гораздо лучше, — без обиняков признался Хэл. — Я воспользовался мусоропроводом.

— Мусоропроводом?

— Ага, во всех наземных зданиях есть шахты, ведущие в Подземный город, чтобы обладатели значительных дефектов могли убирать отходы. Иногда мы используем их для других целей. — Хэл устало потер лицо рукой. — Я побуду здесь немного, — добавил он, глубоко выдыхая.

— Побудь. — Мне не хотелось оставаться одной. — Кто убрал кабинет? У тебя не было неприятностей из-за пропущенной смены?

— Друг подменил меня, но это неважно. — Хэл развернул мое кресло к себе и заглянул мне в глаза. — Они причинили тебе вред? Он притащил тебя ко всем иллумам за нарушение их правил?

— Нет, Коллин был единственным иллумом там, и он не злился.

— Он допрашивал тебя? — спросил Хэл, подаваясь вперед.

— Нет. Но у них был снимок, на котором я бегу. — Теперь, находясь под землей, я не могла заглушить вопросы о том, как именно он это провернул. — Как ты следовал за мной и остался незамеченным?

— Их система наблюдения устарела. На поверхности технологии реагируют на движение, ты ее активировала. Мне нужно было просто бежать вне зоны захвата камеры. Это не так уж сложно.

Я нахмурилась.

— Откуда ты так много знаешь о них?

— А кто, по-твоему, занимается обслуживанием этих камер? — ответил вопросом на вопрос Хэл, снова запуская руку в волосы. — Они заставили тех, кого считают отребьем, управлять своим городом. Они даже не осознают, какую власть передали обладателям значительных дефектов. Ослепли от самоуверенности. Это их и погубит.

Следующий вопрос сам сорвался с моих губ:

— Хэл, ты знаешь Жнеца?

— Они обсуждали его с тобой? — удивился Хэл.

Я кивнула.

— Он ведь стоит за всеми этими неприятностями, верно?

Его искрящиеся глаза блеснули.

— Скорее, сводит счеты.

— Они выглядят обеспокоенными. Сказали, что иллумы ликвидируют его, когда правда всплывет наружу.

Хэл ухмыльнулся.

— Хотел бы я на это посмотреть. Так вот почему ты расстроена? Из-за Жнеца?

— Что? Я не расстроена.

— Расстроена. С самой секунды, как вошла. У тебя же все чувства на лице написаны. Если твой партнер тебя не наказал, тогда в чем дело?

— Ни в чем, — ответила я. Мне не хотелось обсуждать то, что действительно меня грызло, те два слова снова выползали на первый план в моих мыслях.

— Брось, лунный свет, мы ведь спали вместе. — Его колено стукнулось о мое, и в животе все перевернулось. Мне не хотелось думать о том, насколько близко мы подошли к нарушению невидимой черты.

— Мы спали рядом друг с другом, — уточнила я, сдерживая улыбку от этого прозвища.

— Я именно это и сказал. — Хэл ухмыльнулся, и на его щеке показалась ямочка. — Полагаю, это остается нашим секретом?

— Да. Хотя я до сих пор не понимаю как. У них повсюду камеры, но тебя не поймали.

— Я умею становиться невидимым, когда это необходимо, — заверил меня Хэл.

Имел ли он в виду тот браслет, что был на нем? Я опустила взгляд и заметила, что его запястье под рукавом обнажено.

— А теперь хватит уходить от ответа. Что случилось?

— Все из-за прессы, — пробормотала я, судорожно теребя рукав платья.

— И какую же ложь она вылила на элиту на этот раз? — спросил Хэл, закатив глаза.

— Коллин поцеловал меня в сфере, и там был снимок этого, — выпалила я.

Хэл замер, не сводя с меня глаз. В наступившей тишине я мысленно считала его вдохи.

— А ты хотела этого поцелуя? — наконец спросил он.