В Башне Дракхарроу воцарилась тишина, едва смокли крики. Мы прочесали всю башню, проверив каждую комнату и запечатав все входы. Блейк расставил четверокурсников на каждом пролете, а другая группа собралась в гостиной получала указания и формировала график дежурств. Всем, кто не состоял в страже или надзирателях, велели сидеть по комнатам, заперев и забаррикадировав двери. Обстановка немного разрядилась — и все же паника висела в воздухе. У всех студентов оставались семьи за пределами школы — в Вейлмаре или других частях Санграты. И прямо сейчас никто не понимал, что происходит снаружи.

Мы спустились в гостиную, и я собиралась испробовать еще одну попытку убедить Блейка отпустить меня. Так или иначе, с ним или без него, оставаться я не могла. Мне нужно найти Флоренс. Тео был настроен не менее отчаянно; я видела это по его лицу. Он бросил Вона в Башне Орфос, не подозревая о надвигающемся пиздеце, и теперь его грызло сожаление. Мы с Тео уйдем вместе. Башня Дома Орфос ближе. Найдем Вона, а затем отправимся за Флоренс.

Что происходит у тебя?

Ой, да как обычно. — Голос Оркадес звучал уставшим и скучающим. — Кровавые жертвоприношения и прочая рутина.

Кровавые жертвоприношения? — Я попыталась сосредоточиться. — Звучит хреново. Что там конкретно происходит?

Классическая хрень, которая случается, когда двое идиотов пытаются выбить барьер между мирами и злят сверхъестественную сущность.

Я не знала, что дело дойдет до крови. Хотя, если подумать, в этом имелась логика. Кэтрин Мортис явно была бывалым некромантом, а Маркус штудировал магию крови — специализацию Дома Дракхарроу.

Кровь тут вообще не обязательна. Есть и другие пути. Но эти кретины их не знают. Магия крови и некромантия — их любимые игрушки. Единственное, в чем они хоть немного соображают. Смотреть на них — все равно что смотреть на капризных детей. Будто тычешь ножом в закрытую дверь в надежде, что она откроется, вместо того чтобы использовать отмычки.

Ну, что бы они там ни натворили, Санграте от этого пришел полный ебаный пиздец, — ответила я. — Они выпустили какую-то чуму.

Волна.

Да, волна. Только это волна зараженных высокородных, и каждый из них жаждет нас прикончить.

Мать затихла настолько, что я подумала, не испарилась ли она:

Оркадес?

Я здесь.

Что такое?

То, что ты описываешь… болезнь, сеющая бессмысленное насилие. Нечто подобное уже происходило в Аеркануме. В Валтайне, где когда-то правил мой отец.

Холод пролился по спине:

Дедушка?

Да, твой дедушка спустил её с цепи. Намеренно, разумеется. — Она вздохнула. — Творишь дичь с магией — платишь дикую цену. Как легко история повторяет себя, даже сквозь миры.

Вот только те, кто творит эту дичь, цену не платят, — горько заметила я. — Платят обычные люди.

Да. В случае с твоим дедушкой платили дети.

Сердце заколотилось:

Дети?

Да. Дети фэйри. Долгая и грязная история. Сделай одолжение, напомни мне никогда тебе её не рассказывать.

Я задумалась:

Оркадес, я фэйри. Ну, наполовину. Пока что чума цепляла только высокородных. Но она может зацепить меня? Я так же уязвима?

Я двигалась реально быстро, была сильнее рождённых мором. Мое тело отличалось на физиологическом уровне — от формы ушей до удлиненных пальцев на руках и ногах. То, что помечало меня как всадницу дракона в этом мире, помечало меня как полуфэйри в моем родом.

Эта чума отличается от той, что гуляла по Аеркануму, — медленно ответила она. — И все же да, думаю, ты права, такой расклад возможен. Тебе нужно держать ухо востро, Медра. И проследи, чтобы Флоренс делала то же самое.

Моя кровь постепенно изменила тело моей подруги. Сделала ли я и ее более уязвимой для этой заразы? Надеюсь, нам не придется проверять.

— Пендрагон! — окликнул Блейк впереди.

Мне пора, — быстро сказала я. — Но Оркадес, ты должна сказать: как это остановить?

Знай я ответ, я бы тебе уже сказала, правда, любовь моя?

Я сжала челюсти. Иного ответа я и не ждала:

Должен быть способ.

Только самый очевидный. Останови Маркуса и Кэтрин.

Значит, нам нужно как-то добраться туда, где вы?

Возможно. Но не обязательно. В игре участвуют силы, которые я сейчас не могу объяснить. Позже скажу больше.

— Медра! — Тео дернул меня за руку прежде, чем я успела переварить этот загадочный ответ. — Пошли. Башня зачищена. — Он понизил голос: — Думаю, Блейк нас отпустит. Но он точно увяжется с нами.

Естественно. Блейк не спустит с меня глаз. И, честно говоря, я и сама не хотела выпускать его из виду. Вместе мы сильнее.

Я кивнула и пошла за Тео на балкон, возвышавшийся над гостиной, где Блейк спорил с Вишей.

Глухой удар сотряс дверь, и на миг все замерли. Наконец одна из надзирательниц подошла к входу. Спустя пару секунд она крикнула через всю комнату:

— Двое опоздавших!

Она распахнула дверь, и парочка из высокородных фактически вывалилась внутрь — хихикающие, в мятых парадных шмотках, от которых разило шампанским. Они явно затусили после бала. Впрочем, они высокородные, комендантский час им не писан.

Блейк перевалился через перила балкона:

— Что там? — спросила я, подходя ближе.

Желвак дернулся на его челюсти:

— Скорее всего, ничего. Но…

Его взгляд въелся в девчонку — миниатюрную высокородную, кажется, с третьего курса. На ее плечи был накинут пиджак ухажера, и она слишком громко хихикала над его шутками, трогая пальцами его грудь.

Блейк спустился по лестнице с обманчивым спокойствием. Мы с Тео и Вишей пошли следом.

— Бурная ночка, Коллетт? — обратился Блейк к девчонке. Его тон звучал вежливо, но я уловила стальные нотки.

Она вздрогнула:

— Глава Дома! — Она издала тихий смешок. — Возвращаемся по комнатам. Будем тише, честно. Ну, попытаемся. — Она мило улыбнулась Блейку — типичная девчушка, привыкшая получать всё по щелчку пальцев.

Ее ухажер — высокий парень с дредами — попытался потянуть ее к лестнице.

Взгляд Блейка скользнул на парня:

— Проблем в коридорах не встречали, Джарет?

Парень качнул головой — слишком быстро:

— Проблем? Вообще никаких. Пошли, Коллетт. Тебе пора спать. — Его улыбка выглядела натянутой.

Девчонка снова хихикнула:

— Доброй ночи, Глава Дома.

Вспышка движения — и Блейк уже заступил дорогу к лестнице:

— Твои руки. Они дрожат. — Он цапнул Джарета за запястье, задрав его так, чтобы я увидела дрожь. — С чего бы это?

Глаза парня метнулись к подруге, но он промолчал.

Блейк повернулся к Коллетт:

— Сними пиджак.

— Но мне холодно, — запротестовала она, сильнее кутаясь в плечи.

За долю секунды Блейк сдернул пиджак. Рядом со мной Тео застонал. Следы укусов уродовали плечо девчонки. Плоть содрана, края изрезаны сажно-черными венами. На рану намотали платок, но темная кровь уже просочилась наружу.

— Я знаю, выглядит мерзко, но почти не болит, — быстро выговорила Коллетт. — Мы собирались сказать! Самая странная вещь произошла по дороге сюда… — Она продолжала лепетать, пока я шаг за шагом подходила ближе.

— С ней пока всё нормально, — прошептала я Блейку. — У нас есть лазарет. Мы же не знаем наверняка, что она заражена.

Но Блейк меня не слышал. Его глаза сузились в щелки:

— С ней всё не нормально. Я слышу.

— Слышишь?

Он нахмурился, даже не глядя на меня:

— Ее кровь гниет.

Джарет услышал. Он рванул вперед, пытаясь встать между Блейком и девчонкой. Но прежде чем он успел, Виша уже стояла рядом, прижав нож к его горлу.

Блейк шагнул к Коллетт:

— Извини. — В его голосе звучало искреннее сожаление. Я слышала боль за этими словами.

Не думаю, что она вообще поняла, что он собирается сделать — как и я. Один удар, точный и безупречный — и Блейк аккуратно опустил ее тело на пол.