Саша два дня как вернулся в офис, а я только отошла от наплыва гостей. И сегодня у меня полностью свободный день. Потому что впервые за долгие годы мы с Сашей сегодня без детей и холостые.

Но когда паркуюсь у дома, понимаю, что Лиза никуда не уехала.

Что ж… Похоже, надежда на тихий вечер тает на глазах.

В нашем дворе припаркован мотоцикл ее парня, и мне хочется разрыдаться. Потому что я мечтала о романтическом вечере с мужем, против которого сговорился весь мир.

— Привет, мам! — Лиза вылетает из дома, сияя. На ней короткие шорты, легкая майка и кеды. Волосы собраны в высокий хвост. — Ты рано!

— А ты вроде собиралась на какой-то фестиваль? — бросаю взгляд ей за спину, как раз когда из дома с огромным рюкзаком выходит Матвей. — С девочками!

Сразу после свадьбы Егора Лиза и Матвей из-за чего-то разругались, и дочь планировала сбежать из города с подругами. Но похоже, что конфликт исчерпан.

— Здрасьте, тёть Ань! — сбегает по крыльцу вниз парень, прицепляя рюкзак к багажнику, которого я там не видела раньше.

— Планы изменились, — краснеет она. — Мы с ребятами на озеро собрались. На неделю.

— На неделю? Лиза, о таком надо предупреждать!

— Мам, ну я же взрослая, — она закатывает глаза. — Мне уже почти двадцать. Мы просто решили спонтанно насладиться последними недельками лета.

— Почти двадцать — это не двадцать, — ворчу я, но улыбаюсь. — Хотя ты права. Ты взрослая. Но предупреждать надо.

— Я предупредила папу! — парирует она. — Он сказал, что если ты не против, то можно.

— Он сказал? — я удивленно поднимаю бровь. — И когда же он успел?

— Сегодня… Пока ты отвозила Катюшу.

— Хитрый лис, — бормочу себе под нос. — Но ты ведь мне не сказала.

— Я не была уверена, — смущается она.

— Тёть Ань. Это я виноват, — Матвей подходит к Лизе, обнимая ее за талию. — Мне надоело, что она дуется. Приехал, когда вас не было…

— Молчи, — лупит его дочь.

— Ну и мы решили, что надо нам закрепить мир, — лукаво улыбается.

— Вы только не забывайте о том, что внуков от вас я буду ждать только после свадьбы.

— Ну, ма-а-ам! — краснеет дочь.

— И еще! Моя дочь не поедет за город на этой машине смерти! — киваю на байк Матвея.

Кстати, наш Мот и есть тот самым байкер, в которого Лиза влюбилась в тот период, когда мы с мужем едва не развелись. И спустя четыре года они все еще вместе. Правда их отношения не такие спокойные, как у старшего сына. Тут постоянно кипят итальянские страсти. Потому что наша Лиза — настоящий вулкан. Но Матвей научился гасить ее извержения, и порой предотвращать.

— Да я аккуратно!

— Вызовите такси! Или… — бросаю ключи от своей машины Моту. — Поезжайте на моей машине.

— Мама? — Лиза смотрит на меня с восторгом и удивлением. — Как же ты без машины?

— А я конфискую ваш транспорт, — смеюсь. — Если что, буду пользоваться услугами такси. А если серьезно, Егор оставил свою машину у нас.

— Тёть Ань! Это… респект! Спасибо большое! — глотает слова от переизбытка чувств парень моей дочки.

Я обнимаю ее, целую в макушку.

— Ладно, беги. И будь осторожна.

— Обещаю!

Я стою у калитки, смотрю им вслед, улыбаясь, чувствуя легкую грусть.

Дом опустел. И в нем царит оглушающая тишина. Я прохожу в гостиную и сажусь на диван.

Внезапно звонит телефон. Мама по видеосвязи.

— Привет, дочка! — смотрит она на меня, улыбаясь. — Катенька хочет тебе кое-что показать.

На экране появляется моя младшая дочка Катюша. Ей сейчас три года, и она невероятно похожа на Сашу. Те же темные курчавые волосы и практически черные глаза-бусинки.

Она стала для нас настоящим сюрпризом. Потому что я никак не собиралась становиться престарелой матерью. Я даже плакала, представляя, какой буду старой, когда ребенок вырастет. И вполне возможно, не увижу своих младших внуков.

Но мы все же решились на роды. Потому что Ларин сказал, что это знак. Знак, что все в нашей жизни правильно, и это возможность прожить вторую молодость.

Хотя неудивительно, что он заделал мне ребенка. Потому что после нашего примирения он вел себя как настоящий пацан. Целых полгода мы встречались с ним украдкой. Саша дарил мне цветы, собранные своими руками, выкрадывал меня на целую ночь, чтобы катать по городу и вместе смотреть на звезды, часами целуясь в машине.

Мы ходили в кино на последний ряд, но совершенно не смотрели на экран, ели дешевую еду из ларьков, врывались без приглашения на чужие праздники и вели себя безрассудно.

Ларин купил мотоцикл, катая меня ночи напролет. А после его боев мы оба слетали с катушек, предаваясь страсти так же отчаянно, как в молодости.

Но постепенно я стала уставать от всех этих безумств. Тогда Саша начал залезать ко мне в окно, оставался со мной до утра и уходил тем же способом.

Пока в один из дней, в тот миг, когда он вываливался из моего окна, не увидел Егора, карабкающегося на второй этаж к своему окну.

И на вопрос, что он делает, сын ответил, что следует примеру родителей.

Оказывается, они с Лизой давно нас разоблачили. Пришлось сдаваться и впускать Ларина снова в свою жизнь, в качестве мужа, а не безумного любовника. Именно тогда к нам и пришла Катенька. А когда она родилась, то стала всеобщей любимицей и папиной дочкой, с которой Саша проводит теперь столько времени, сколько никогда не проводил со старшими детьми. Потому что знает: именно эти моменты самые ценные. А деньги… мы их еще заработаем.

— Ма-а-а-ма! — кричит она, протягивая к экрану свои маленькие ручки. — Смотри, какой котик!

Она показывает мне пластилиновую фигурку. Кривую, смешную, но очень трогательную.

— Какая прелесть, — говорю я. — Ты сама слепила?

— Сама! — гордо заявляет она. — А баба помогала!

— Ты молодец, — улыбаюсь. — Я так горжусь тобой.

— Ну я пошла, — целует меня в камеру и сбегает с бабушкиных коленей.

— Люблю тебя, солнце!

— И я тебя, мамочка!

— Мы с ней сегодня целый день лепим, — говорит мама. — Слушай, Ань, мы послезавтра к тете Лиде поедем. Может, заберем с собой Катюшу?

— Конечно, мам, — улыбаюсь. — Мы с Сашей как раз немного отдохнем от всех.

— Вот и славно, — мама кивает.

Я прощаюсь с ней и кладу телефон.

Иду на кухню, ставлю чайник, смотрю в окно.

За окном — закат. Солнце окрашивает небо в розовые и золотые тона, а мужа до сих пор нет.

Но стоит мне устроиться на диване с чашкой чая, как раздается рев двигателя, и через минуту хлопает входная дверь.

Ларин заходит в гостиную с букетом моих любимых полевых ромашек.

— Привет, принцесса! Скучаешь? — он улыбается.

— Есть немного, — я беру цветы.

— Значит, я вовремя, — он обхватывает мое лицо ладонями и целует в губы. — Одевайся. Я приглашаю тебя на свидание.

— Не поздно ли? — смотрю на время.

— Есть что отметить.

— Я думала, ты будешь праздновать с северянами.

— Они подождут. Единственный человек, с кем я хочу праздновать, — это моя жена.

— Какой дресс-код? — чувствую внезапное волнение.

— Свободный. А молодежь где?

— Уехали на озеро на неделю.

— Подожди, а как же мотоцикл?

— Я дала им свою машину.

— Серьезно? Зачем?

— Я не допущу, чтобы Лиза ехала пятьдесят километров на этом.

— Ты сама любишь гонять на таком, — усмехается Ларин.

— Любила! Ты избавился от своего железного коня.

Саша внезапно замирает, и я вижу, как вспыхивают его глаза.

— Тряхнем стариной?

— В каком плане?

— Сегодня бой, — улыбается он. — И у нас есть мотоцикл.

— Ты в своем уме? А если тебя покалечат. Кто будет на нем возвращаться?

— Ты забыла? — тянет меня за руку, поднимая с дивана и обнимая за талию. — С тобой я не проигрываю.

Я смотрю в его глаза и понимаю, что спор бесполезен. Когда Ларин что-то решил, его не переубедить.

— Хорошо, — сдаюсь. — Но если ты сломаешь себе что-нибудь, я буду лечить тебя сама и без наркоза.