— Ань, ты уверена, что хочешь это слышать?

— Я пришла не просто так. Именно для этого ты меня пригласил, верно?

Он вздыхает, откидывается на спинку стула.

— Я ведь заинтересованная сторона, — улыбается он как-то грустно.

— В каком плане? — понимаю, к чему он клонит, но не хочу верить, что он действительно серьезно питает какие-то надежды.

— Ну… ты — моя мечта. И по факту мне надо всего лишь дождаться, когда эта дрянь Полякова доведет начатое до конца.

— В каком плане “доведет”?

Вова вздыхает и смотрит куда-то в сторону, а потом на меня.

— Тут дурак только не поймет, что она намерена вас развести. Зря она, что ли, к тебе сына своего отправила.

Чувствую, будто меня ударили под дых. Потому что я отказываюсь верить, что мать способна манипулировать собственными детьми.

— Думаешь, она специально его ко мне подослала? — мой голос звучит глухо.

— А ты сомневаешься? — он берет мою чашку, отставляет в сторону, накрывает мою ладонь своей. — Ань, открой глаза. Она хочет разрушить вашу семью. И использует для этого всех, до кого может дотянуться. Сына, твоего мужа, его секретаршу…

— При чем здесь его секретарша? — замираю.

— Вчера я обедал в ресторане. И случайно увидел Алену, — он делает паузу, смотрит мне в глаза. — Она обедала со Светланой. Секретаршей твоего мужа.

— Откуда ты ее знаешь?

Мне кажется, вся эта ситуация превращается в театр абсурда. Ну не бывает столько совпадений.

— Мы пару раз пересекались на корпоративах, — он пожимает плечами. — Я ее запомнил. Они сидели в углу, разговаривали тихо. А потом Алена передала Светлане конверт.

— Какой конверт?

— Обычный, бумажный. Довольно плотный. Светлана быстро спрятала его в сумку.

— Может, там были документы по работе?

— Аня, — Вова смотрит на меня с сочувствием. — Какие документы могут быть у Алены с секретаршей твоего мужа? Она же к вашему бизнесу никакого отношения не имеет.

Я молчу. В голове шум. Перед глазами стоит образ нашей улыбчивой и румянощекой помощницы Светочки, которая верой и правдой трудится на нашу компанию последние десять лет.

— Ты хочешь сказать, что у Саши в офисе…

— Я ничего не хочу сказать, — перебивает он. — Я просто делюсь тем, что видел. А выводы делай сама.

— Почему ты не рассказал об этом Ларину?

— Да как-то… — хмурится. — После всей этой истории мне не то что видеть его неприятно, а общаться с ним не хочется.

— А как же мужская солидарность? Освобождение от вины по истечении срока давности? — все еще пытаюсь понять Клюева.

— Идиот он. Я бы никогда в жизни не посмотрел на другую, если бы ты любила меня.

Мы оба замолкаем, и я отвожу глаза в сторону.

— Спасибо, — выдавливаю из себя.

— Не за что, — он сжимает мою ладонь. — Ань, я не для того тебе это говорю, чтобы ты разводилась. А для того, чтобы ты была осторожна. Эта женщина опасна. И если у нее есть свои люди в окружении твоего мужа…

— Я поняла, — выдергиваю руку. — Мне нужно подумать.

— Конечно, — он не настаивает. — Я просто хочу, чтобы ты знала, что можешь на меня положиться, что бы ни случилось.

Я смотрю на него и вижу в его глазах то, что так боялась увидеть. Надежду.

— Вов, не жди меня, — говорю тихо. — Я не знаю, чем все закончится. Возможно, мы сохраним семью, а быть может, и нет. Но я не хочу, чтобы ты терял время.

— Мое время не твоя забота, — усмехается он. — Я сам решу, на что его тратить.

— Вова…

— Ань, — он поднимает руку, останавливая меня. — Я просто рядом. И все.

Я встаю.

— Мне пора.

— Конечно, — он тоже поднимается. — Я провожу.

— Не нужно, — останавливаю его. — Я на машине.

Чувствую, как его взгляд прожигает мне затылок, но не оборачиваюсь. Потому что не стану давать ему надежду. Мне это не нужно.

Выхожу на улицу, сажусь в автомобиль, думая о том, что пришла пора поговорить со Светой.

Глава 35

В офис я приезжаю через час. Светлана, как всегда, на месте. Она сидит за своим столом, сосредоточенно перебирает какие-то бумаги. При виде меня на ее лице появляется улыбка.

— Анна Игоревна, добрый день! Я так рада вас видеть!

— Здравствуй, Света, — прохожу мимо, не останавливаясь. — Александр Андреевич у себя?

— Нет. У него встреча. Может, вам кофе?

— Нет, спасибо, — останавливаюсь, поворачиваюсь к ней. — Света, я хотела с тобой поговорить. Зайди ко мне в кабинет через десять минут.

— Хорошо, — отвечает она, но в ее глазах мелькает тень беспокойства. Совсем крошечная, но я ее замечаю. Потому что она не мой ассистент и работает на другом этаже.

Я поднимаюсь к себе на этаж. Прохожу в кабинет, закрываю дверь.

Смотрю в окно на город. Десять лет Светлана работает с нами. Она видела, как росли наши дети, как мы праздновали дни рождения, и всегда говорила, что лучше места работы не найти. Потому что мы ценим преданность сотрудников, материально вознаграждая ее.

Поэтому не могу поверить, что она сливает Алене информацию о моем муже.

Стук в дверь.

— Войдите.

Светлана заходит, аккуратно прикрывает за собой дверь. Садится на стул напротив, кладет на колени блокнот.

— Вы хотели меня видеть?

— Света, — смотрю на нее в упор, — сколько лет ты работаешь на моего мужа?

— Десять, — отвечает твердо, и в ее голосе появляется осторожность. — Анна Игоревна, что-то случилось?

— Скажи, — наклоняюсь вперед, — за эти десять лет мы с Сашей хоть раз плохо к тебе отнеслись?

— Нет, что вы! — она выглядит искренне испуганной. — Вы с Александром Андреевичем всегда были очень внимательны. Прибавки к зарплате, премии, поздравления с праздниками…

— Тогда, — перебиваю, — объясни мне, зачем ты встречаешься с Аленой Поляковой?

Она бледнеет. Блокнот падает на пол, но она даже не замечает этого.

— Я… я не понимаю, о чем вы…

— Не надо, Света, — мой голос звучит тихо, но твердо. — Я знаю. Вчера в ресторане вы обедали с ней. Она передала тебе конверт. Ты спрятала его в сумку.

Она смотрит на меня широко раскрытыми глазами. Губы дрожат.

— Анна Игоревна, я…

— Рассказывай, — жду.

Она молчит, поджимая губы, и опускает ладони на колени, сжимая подол юбки.

— Света, — уже мягче, — если ты расскажешь по-хорошему, я не буду устраивать скандал. Ты просто уйдешь. Тихо, без статьи.

Она поднимает на меня глаза. В них слезы.

— Она шантажирует меня, — выдыхает. — У нее есть фотографии. Старые. От моего бывшего мужа. Если они всплывут… и мой муж узнает, дети…

— Какие фотографии?

— Неважно, — она вытирает слезы. — Важно, что я не хотела. Она сама меня нашла. Сказала, что, если я не буду помогать, она отправит их Павлу.

— Что ты ей передаешь?

— Отчеты. О передвижениях Александра Андреевича. О его встречах. Иногда копии документов.

— Документов? — у меня холодеет внутри. — Каких?

— Договоров. Финансовых бумаг, — она всхлипывает. — Я не знала, зачем ей. Думала, она хочет навредить ему, отсудить деньги. Но я не думала, что это коснется вас…

— Ты отдавала ей документы нашего бизнеса? — медленно говорю. — Нашей компании?

Светлана кивает, не поднимая глаз.

— Я понимаю, что должна уйти, — шепчет. — Но прошу вас, не говорите Александру Андреевичу. Мне стыдно перед ним. Он был ко мне так добр, а я… И знаете, это даже к лучшему. У нее больше не будет причин шантажировать меня.

— И много она тебе заплатила? — мне кажется, что мой мир окончательно перевернулся с ног на голову и я больше не могу доверять ни одной живой душе.

— Достаточно, — шмыгает она.

Мы замолкаем.

— Скажи, — прокашливаюсь, — у тебя был адюльтер с бывшим мужем? И у нее есть доказательства вашей с ним связи?

Внезапно мне становится тошно, потому что это практически наша ситуация с Сашей, только отзеркаленная.

— Да, — она опускает глаза к полу. — Он… моя первая большая любовь, которую… я до сих пор не могу отпустить.