— Семьи нет, — наконец произнёс он, глядя куда-то в сторону. — Друзей тоже. Всё, что было... давно осталось в прошлом. Так что не тратьте время на обещания. Мне от вас ничего не нужно.

В этих словах было что-то большее, чем усталость человека, оказавшегося в плену.

Аркадий медленно поднялся со стула.

— Что ж. Время у вас есть, — произнёс он. — Если всё-таки вспомните то, о чём предпочли сегодня умолчать, передайте охране. Я приду.

Аркадий поднялся и направился к выходу. У двери дежурил один из бойцов. Поравнявшись с ним, вожак остановился.

— Охрана остаётся в прежнем режиме, — распорядился он. — Никаких острых предметов. Никаких шнурков. Если этот человек снова попытается свести счёты с жизнью — ответите лично передо мной.

— Понял, Аркадий Вольфович, — коротко отозвался боец.

Самойлов лишь бессильно откинулся к стене и закрыл глаза.

Выйдя из подвального комплекса на свежий морозный воздух, Аркадий глубоко вдохнул, словно пытаясь вытравить из лёгких запах сырости и антисептиков.

Мысли одна за другой возвращались к разговору.

Самойлов пытался представить всё так, будто после гибели жены и дочери Андреевский сам вспомнил Чечню, сопоставил давнюю встречу с оборотнем с официальной версией о нападении диких зверей и начал искать доказательства.

Возможно, именно так всё и произошло. И всё же Аркадия не оставляло ощущение, что Самойлов рассказал далеко не всё. Слишком многое он знал, слишком долго находился рядом с Андреевским и слишком упорно молчал о собственном участии в тех событиях.

Как бы там ни было, версия об оборотнях сработала. Андреевский приехал на Север, искал доказательства их причастности к гибели своей семьи, а спустя несколько месяцев вернулся снова — незадолго до того, как исчезла трёхмесячная Нея.

Допустим, так всё и было. Но где во всём этом находился Самойлов? Он явно рассказал не всё, и Аркадию оставалось понять, что именно тот пытался скрыть — или кого.

И тут его кольнула ещё одна мысль. Почему Самойлов попытался свести счёты с жизнью именно сейчас? После их единственного разговора Аркадий приказал его не трогать: никто больше не допрашивал пленника и не пытался вытянуть из него признание. И всё же именно теперь, когда подняли старое дело Марины и Юли, обнаружили две поездки Андреевского на Север и начали по крупицам восстанавливать события тех лет, Самойлов предпочёл смерть ожиданию. Слишком многое совпало разом, чтобы Аркадий поверил в случайность.

Он медленно обернулся к тяжёлой двери подземного комплекса. Нет, умереть Самойлову он не позволит — во всяком случае, не раньше, чем узнает, какую тайну тот так отчаянно пытается унести с собой. Впервые за семнадцать лет Аркадий чувствовал, что наконец приближается к правде.

Холод пустых комнат

Дом Дамира в эти дни казался вымершим. Огромный, сложенный из тёмного бруса и природного камня, он всегда производил впечатление надёжности и спокойствия. Но теперь в просторных комнатах и длинных коридорах царила непривычная тишина.

Лилия стояла у высокого арочного окна в гостиной, держа в руках изящную фарфоровую чашку с давно остывшим чаем. За стеклом медленно кружились редкие снежинки, оседая на вечнозелёных ветвях туй, укрывающих фасад.

Поначалу Лилия ещё прислушивалась по вечерам к шуму двигателя во дворе. Каждое смутное шуршание шин по заснеженному гравию заставляло её сердце на секунду замирать, а пальцы — судорожно сжимать край шали. Теперь она перестала.

Дамир практически не появлялся в собственном доме. Иногда приезжал буквально на полчаса — быстро проходил через прихожую, поднимался на второй этаж, принимал душ, переодевался, забирал чистые вещи и снова уезжал. Он не заходил к ней, не звонил и, казалось, вовсе забыл о том, что в левом крыле его родовой усадьбы всё ещё кто-то живёт.

Лилия сделала глоток остывшего чая и поморщилась от горечи. Поставив чашку на столик, она медленно прошлась по гостиной.

Одиночество давно стало привычным. Гораздо хуже было другое: Лилия всё отчётливее понимала, что отсутствие Дамира тоже становилось привычкой.

Короткий звонок в дверь нарушил тишину дома.

Лилия слегка вздрогнула. Прислуга обычно входила через боковой вход, а Дамир никогда не звонил — у него был свой ключ. Нахмурившись, она неторопливо направилась в прихожую.

Открыв дверь, женщина увидела на пороге пожилого седовласого мужчину в строгом пальто с меховым воротником. Это был Владислав Сергеевич — человек, который уже много лет ведал имущественными и хозяйственными делами клана и пользовался полным доверием вожака. В руках он держал объёмную кожаную папку с бумагами.

Увидев Лилию, мужчина на мгновение растерялся, но тут же вежливо наклонил голову.

— Добрый день, Лилия. Дамир Викторович дома?

— Здравствуйте, Владислав Сергеевич, — спокойно ответила она, чуть отступая от двери. — Нет. И, честно говоря, я не знаю, когда он будет.

— Жаль... — Владислав Сергеевич слегка нахмурился. — Я с утра несколько раз ему звонил, но он не отвечает. Вот и решил заехать — надеялся застать его дома. Наверное, опять на дальних кордонах, там связь через раз работает.

Лилия сохранила вежливую полуулыбку, хотя внутри шевельнулась привычная досада.

— Да, сейчас на границе неспокойно. А у вас что-то срочное? Можете оставить бумаги мне, я передам, когда он приедет.

Владислав Сергеевич качнул головой и слегка улыбнулся.

— Да нет, ничего критичного. Нет нужды отвлекать его от службы. Я просто хотел кое-что лично уточнить у него по дому. Буквально пару деталей по планировке и срокам.

Лилия слегка наклонила голову, не совсем понимая, о чём идёт речь.

— По какому дому? Дамир собирается строить новый объект для клана?

Владислав Сергеевич посмотрел на неё с искренним удивлением, словно её вопрос застал его врасплох.

— Ну как же... По тому самому дому, который Дамир Викторович поручил подобрать и оформить для вас.

Слова прозвучали совершенно буднично, но Лилия на мгновение потеряла дар речи. Пальцы, всё ещё лежавшие на дверной ручке, невольно сжались сильнее, а по телу прошёл неприятный холодок.

— Для меня? — переспросила она после короткой паузы, всё же сумев сохранить спокойствие в голосе.

— Разумеется, — мужчина кивнул, но, заметив выражение её лица, слегка нахмурился. — Я полагал, Дамир Викторович уже успел с вами всё обсудить.

Лилия медленно разжала пальцы и заставила себя улыбнуться.

— Видимо, не успел. В последнее время у него слишком много дел.

Она произнесла это легко, почти небрежно, хотя внутри уже начинало подниматься неприятное чувство.

— Я думал, вы в курсе всей этой суеты. Дамир Викторович поставил вполне определённые условия: хорошее поместье в безопасном, благоустроенном районе, полностью готовое к проживанию, не меньше трёх спален и обязательно с большим садом. На стоимости велел не экономить. Мы уже нашли два подходящих варианта, вот я и привёз планировки, чтобы он посмотрел и окончательно решил, какой из них оформлять.

— Значит... я должна переехать? — спросила она, постаравшись придать голосу лишь оттенок лёгкого удивления, словно речь шла о чём-то незначительном.

— Ну да, — легко кивнул Владислав Сергеевич. — Альфа просил не затягивать и закончить всё в течение нескольких дней. Видимо, хочет, чтобы вы успели спокойно обустроиться на новом месте до сильных метелей.

Он взглянул на папку в своих руках и, похоже, только теперь заметил, что Лилия не спешит продолжать разговор.

— Что ж, раз его нет, тогда не буду вас задерживать. Если Дамир Викторович сегодня появится, передайте, пожалуйста, что я заходил. Пусть свяжется со мной, когда освободится. Нужно окончательно определиться с вариантом, чтобы я мог запускать оформление.

— Конечно, передам, — отозвалась Лилия, с трудом сохраняя спокойствие.

— Благодарю. Всего доброго, Лилия.

Мужчина ещё раз вежливо кивнул, развернулся и направился по заснеженной дорожке к своей машине.