- Ты сегодня была удивительно молчалива. Волнуешься пред встречей? - спросил супруг.

- И это тоже, - призналась я.

- Думаешь, я не понравлюсь твоим матушке и отцу? – улыбнулся де Гирр, но я покачала головой. Менее всего я думала о таком. Брандон просто не может не понравиться. И дело не в его высоком положении и даже не в титуле. Я знала, нет, я была уверена в том, что надень де Гирр простой сюртук и будь самым обыкновенным человеком, я все равно выбрала бы его. Из всех мужчин на этом свете.

Дом моих родителей располагался на самом краю города, там, где дорога выходила через поля к королевскому тракту. Мы миновали старую молельню с полуразрушенной стеной, и свернули мимо разбитого соседского сада.

Я задержала шаг, когда впереди появился дом, такой родной и одновременно такой чужой. Нахмурилась, понимая, что все мои воспоминания, связанные с ним, то детство, которое осталось где-то во тьме, потерянное для меня, были связаны с рассказами родных.

Залаяла собака, стоило нам подойти к плетню. Из дома выглянула тонконогая девчушка в простом платье, подвязанном платком. Темные волосы растрепаны, чепчик сбился набок.

- Мери! – позвала я.

Девочка замерла, рассматривая нас с Брандоном, не узнавая меня.

- Мери! – повторила я и сделала шаг вперед.

Тут сестрицу словно ветром толкнуло. Она спрыгнула с крыльца и бросилась ко мне крича:

- Ты ли это, сестрица?

Брандон отошел в сторону, позволив мне подхватить младшую сестрицу. Супруг сдержанно улыбался, глядя, как я целую розовые щеки Мери.

- Ты вернулась! Да какая нарядная! Настоящая леди! Сразу и не признать! – счастливо проговорила девочка. – Как я рада! Без тебя совсем грустно было, Мерион! – и тут сестрица вспомнила о моем спутнике. Она отпустила меня и присела в книксене, помня о приличиях.

Брандон серьезно кивнул в ответ, приветствуя Мери словно равную, а я спросила:

- Родители дома?

Мери внимательно изучила Брандона, затем одобрительно кивнула, повернулась ко мне и ответила:

- Дома. Где же им быть в такую-то погоду?

И тут, словно извиняясь за дождь, тучи на небе разошлись и выглянуло солнце, мгновенно преобразив унылый пейзаж окрестностей. На траве заиграли драгоценными камнями дождевые капли, пятно неба стало ярким, а река, что вилась лентой далеко за полем, украсилась дугой радуги. Не преобразился только старый родительский дом, остававшийся таким же серым, и вытоптанный двор, на который выбежали кудахтающие куры.

- Ну, чего же мы ждем? – спросил де Гирр, который будто бы и не видел ни старого дома, ни унылого пейзажа. Он сделал знак нашему лакею и взяв меня под руку, обратился к Мери со словами: "Показывайте дорогу, юная леди".

«Леди» зарделась как маков цвет и побежала вперед.

- Матушка! Батюшка! – я обняла родных, начала с отца, затем обняла матушку и младших. И только затем обернулась к виконту, чтобы представить свою семью.

- Мистер Шортон и миссис Шортон, позвольте вам представить виконта де Гирра, - сказала я и Брандон поклонился.

Мои родители, обрадованные неожиданным возвращением дочери, теперь стояли, хмурясь. Глядели то на меня, то на Брандона, за спиной которого переминался с ноги на ногу вышколенный слуга, явно удивленный обстановкой, царившей в доме.

А мне было все равно. И пусть, что дом старый, а одежда моих близких потрепана и знавала лучшие годы. Пусть у нас мебель без изысков, а на стенах из украшений матушкины травы, да занавески на окнах, серые, с латками. Брандон знал, к кому направляется.

- Мерион? – проговорила матушка странным, полным волнения голосом. И тут я поняла, как все выглядит со стороны.

Я вернулась, разодетая, словно леди, да еще и с незнакомым мужчиной. Какая мысль была первой, что посетила головы матушки да отца? Уж точно не мысль о браке. Вот и подумали они, наверное, невесть что. А я, глупая, вместо того чтобы сразу назвать Брандона своим мужем, просто представила: назвала его титул и имя!

- Это что же делается? – матушка прижала к губам ладонь, а отец помрачнел.

Младшие, предчувствуя грозу, быстро сбились за столом в кучу. Одна Мери осталась рядом, но выглядела она при этом удивленной.

- Прошу, позвольте мне все объяснить, - Брандон вышел вперед и я непроизвольно взяла его под руку. Отчего-то близость виконта придала мне сил.

Тут отец опустил взгляд и увидел наши кольца. А уж когда де Гирр заговорил, лицо его разгладилось, а матушка облегчено всхлипнула.

- Мистер Шортон, ваша дочь Мерион оказала мне честь, став моей женой, - Брандон не стал ходить вокруг да около, начав сразу с главного. И оказался прав. – Поэтому не смотрите на свою дочь осуждающе. Она честная женщина.

- Но.. – отец обтер лоб и глядел уже мягко, хотя и был удивлен, - вы – виконт, а наша Мерион…

Я покосилась на матушку. Наши взгляды встретились и она, всплеснув руками, тут же проговорила:

- Ох, чего же это мы дочку с зятем на пороге держим? Проходите, садитесь! Я чай поставлю. Пирогами кормить вас буду, - она бросилась было в соседнюю комнату, где у нас находилась кухня, а затем застыла и оглянулась на благородного гостя. – А вы, господин виконт, пироги-то едите? Не побрезгуете?

- Я с радостью попробую ваши пироги, - улыбнулся Брандон. – Всегда любил простую добротную еду.

- Вот и славно!

Матушка, кажется, обрадовалась. Она позвала с собой в кухню младших дочек и на несколько секунд в доме воцарилась полнейшая тишина. Так что даже было слышно, как летает под потолком недовольная муха, залетевшая, видимо, когда мы заходили в дом.

Отец предложил нам присесть. Я потянула Брандона на лавку к братьям, самому младшему из которых недавно минуло пять лет.

Мальчишки смеялись, но стеснялись незнакомца. Было заметно, как им хочется забраться ко мне на колени, обнять и как в прежние времена потребовать сказку, да не одну!

Отец прикрикнул на сыновей, велев им идти во двор и загнать кур в курятник. А когда мы остались одни в комнате, снова посмотрел на нас с Брандоном.

Я же обвела взглядом родной дом, поразившись тому, что не замечала раньше. Какой же низкий здесь потолок! Какие тусклые стекла в окнах. И на полу старые ковровые дорожки, доставшиеся нам от патера местной церкви. В стылом камине нет дров. Он ждет холода, когда затрещит, весело роняя искры, потянет теплом по комнатам, распространяя запах жженого дерева и трав, которые матушка порой бросала в пламя.

Не знаю, отчего, но сейчас мне показалось, будто бы я никогда здесь и не жила. Было такое странное ощущение, что все это, некогда родное и милое сердцу, не мое.

Отец уперся руками в колени и вздохнул.

- Признаться, я ничего не понимаю, Мерион, - наконец, сказал он. – Ты же вроде как в столицу с леди Клиленд отправилась и вот… - он умолк, посмотрев на виконта.

- Там она встретила меня. Мы полюбили друг друга и я предложил вашей дочери руку и сердце, которые она приняла, к моей радости, - произнес де Гирр.

- Как-то это все, - отец не мог подобрать слов. Обычно он был более многословен, но не сегодня. – И неужто вы, виконт, взяли мою Мерион вот так, без титула, денег? – высказался отец. – Нет, Мерион моя, конечно, девушка хорошая, умная. Самая разумная из всех детей, что уж скрывать, - отец покосился на меня, а затем снова посмотрел на виконта. – И все же, я в недоумении.

- Наш брак освящен церковью. Все законно. А от вашей дочери мне нужна только ее любовь, - ответил мой муж.

- Эге, - кивнул отец. Было заметно, что ему очень хочется поверить словам виконта, вот только знание жизни и опыт подсказывали, будто не бывает таких союзов.

- Прямо сказка какая-то, - рассмеялся он невесело. – Кто бы сказал, не поверил бы.

- А вы поверьте. И я обещаю, что сделаю вашу дочь счастливой, - произнес Брандон.

- Отец, - я встала и подошла к своему родному человеку. Присела рядом с ним на корточки, как когда-то, взяла за руку, посмотрев на натруженную ладонь, на вены, тянущиеся под кожей, ощутила грубость и силу ладони, накрыла своей и погладила, словно успокаивая. Вот только непонятно, его или себя? – Прости меня, что вот так, не предупредив, вышла замуж. Мы лишь в церкви повенчались, а праздновать пока и не праздновали. Сразу к вам отправились.