- Тогда просто не мешайте мне, матушка, - попросил де Гирр.

- Не стану, - она вздохнула и села, откинувшись на спинку кресла. – Но мой долг предупредить тебя о последствиях. Даже если учесть тот факт, что мы с твоим отцом закроем глаза на ее происхождение и примем в семью, боюсь, не решит проблему. Ты быстро поймешь, что взял лишь оболочку. А то, что на самом деле любил в Вивиан, в этой мисс Шортон нет и никогда не будет. Можно обмануть глаза, но сердце… - графиня снова вздохнула. – Сердце обмануть невозможно.

Брандон выдержал паузу, слушая стук собственного сердца и треск дров в камине, а затем поднялся на ноги и поклонившись матушке, ответил:

- Мое сердце говорит мне о том, что я нашел свое счастье, мама.

Она покачала головой и когда виконт вышел, оставив ее одну, судорожно сжала пальцы рук в кулаки.

Графине не нравилась решительность сына. Она боялась, что он обманывает себя, цепляясь за соломинку в бушующем море и не видит рядом плавающей лодки, в которой и есть спасение.

***

Все это очень и очень странно. Сидя в экипаже леди Терезы и почти не слушая то, что она рассказывала, я думала только о том, чему стала невольной свидетельницей в доме графа Эгертона.

Интересно, с кем меня перепутали и на кого я так похожа, что вызывала подобную реакцию? Как наяву предо мной встало лицо леди Шарлотты – сейчас я вспомнила ее имя – и те эмоции, которые девушке скрыть не удалось. Да, она быстро взяла себя в руки. Ее удивление, замешанное на страхе, длилось от силы пару секунд, но мне хватило, чтобы заинтересоваться столь поразительной реакцией.

И леди Доббс, и граф с графиней совершенно точно знали ту, кто была на меня похожа. Но отчего такая странная реакция?

- Они очень милы, - продолжала восхищаться леди Клиленд. – Какие манеры, а какой дом! Если бы только мои девочки смогли прежде, до того, как вышли замуж, оказаться в таком обществе, я не сомневаюсь, что смогла бы устроить им более удачную партию. Даже сам виконт де Гирр!

Я моргнула и посмотрела на леди Терезу. Было заметно, как сильно госпоже хочется поговорить.

- А что не так с виконтом? – спросила я самым почтительным голосом, приглашая тем самым разбавить ее монолог диалогом со мной.

- О, там очень печальная история. Я раньше и не знала, - посетовала леди Тереза.

А я знала. Слышала раньше от миссис Хаус. Но последняя рассказала все очень сжато и все, что мне удалось понять, это то, что виконт де Гирр, джентльмен с розами, как я называла его про себя, несколько лет трагическим образом потерял свою невесту.

- Трагическая? – ахнула я и всплеснула руками. – Как любопытно, миледи!

- Еще бы! – сверкнула глазами леди Клиленд и уперев трость в дно экипажа, таинственно продолжила: - Насколько мне стало известно, виконт де Гирр был помолвлен с некоей леди Брей – единственной наследницей графа Брейя, девушкой очень состоятельной и, как говорят, неземной красоты.

- Вот как?

- Да. Я не знаю, при каких обстоятельствах почила бедная девица, да только виконт едва не тронулся рассудком после ее смерти. Заперся где-то в провинции в имении и впервые за несколько лет сегодня вышел в свет, - продолжила леди Тереза.

- Как ужасно! – ахнула я.

- И романтично, - кивнула госпожа, но тут же посмотрела на меня с недовольством и добавила, - зря я все вам рассказала, милочка. Вы не достойны моей откровенности после всего, что сделали.

Я нахмурилась, а леди Тереза, отвернувшись, посмотрела в окно, явно недовольная тем, что вела со мной беседу, словно с ровней.

- А скажите, леди Клиленд, - сделала я попытку, сама не понимая, зачем мне нужно это знать, - а как было имя бедной леди Брей?

Леди Тереза лишь фыркнула и поджала упрямо губы всем своим видом показывая, что более не расположена к беседе. А я опустила взгляд и в памяти вспыхнула картина: графиня Эгертон смотрит на меня полным удивления взглядом и тихо шепчет:

- Вивиан.

- Вивиан, - повторила я вслух и вздрогнула, когда внутри все отозвалось не это имя.

Так, будто оно было мне очень знакомо.

Будто оно было едва ли не частью меня.

После обеда у леди Терезы были посетители. Меня в гостиную не пригласили, но Бесси по секрету успела шепнуть, что госпожа принимает кандидатуры на мое место и общается с претендентками на должность компаньонки.

- Что, мисс Шортон,- проговорила ехидно горничная, - вы скоро покинете нас?

- Да, Бесси, - ответила я как можно спокойнее.

- Возвращаетесь домой, в деревню? – спросила девушка. Она находилась в моей комнате – перестилала постельное белье и взбивая подушку, продолжила: - Оно и правильно, мисс. Найдете там себе подходящего жениха. Не все же вам прислуживать. Годы-то идут. А молодость, как говаривала моя почтенная матушка, быстротечна, как цветение весенних цветов.

Если бы я не знала Бесси, то решила бы, что она говорит от чистого сердца. Но в тоне служанки звучало столько насмешки, что мне захотелось решительно осадить ее. Увы, не успела. В дверь постучали и господин Слиренс, дворецкий леди Терезы, вошел, держа в руке длинный белый конверт.

- Мисс Шортон, - произнес он, прокашлявшись, это вам.

- Мне? – я искренне удивилась. Кто бы мог написать мне в столицу? Вряд ли это родители. Они писали мне не чаще раза в месяц и в этом я уже получала письмо. Разве что с ними что-то случилось?

Я взяла конверт и поблагодарила старого дворецкого.

Бесси, бросив любопытный взгляд на письмо, подхватила в охапку грязное белье и вышла.

Едва за девушкой закрылась дверь, я осмотрела конверт. Почерк на нем был чужой, незнакомый в отличие от фамилии адресанта.

- Стортон? – пробормотала я и присела на край постели, вскрыв конверт.

Внутри оказалась короткая записка, в которой лорд Джулиан Стортон приглашал меня прибыть в его дом утром следующего дня с целью познакомиться с его бабушкой, леди Лидией Фитцджеральд, судя по всему, родственницей со стороны матери лорда.

«Я буду рад встретить вас утром в одиннадцать часов в своем доме и представить леди Лидии!» - перечитала я строки послания, после чего сложила бумагу и вздохнула.

Что же, возможно, все к лучшему. Если мне понравится леди Фитцджеральд, а она непременно должна мне понравиться при таком-то жаловании, то вопрос о работе на леди Клилент отступает сам собой. Но прежде необходимо отпроситься у леди Терезы, а затем передать ответ со слугой.

Поднявшись, я положила письмо на столик и открыла окно, решив проветрить комнату. Приближалось время полдника, а значит, мне стоило спуститься в кухню и приготовить для леди Терезы ее любимый кофе. Главное, угадать, с чем именно сегодня предпочтет пить напиток госпожа: с сахаром, сливками, или с тем и другим вместе. Спрашивать не было смысла, поскольку каждый раз, когда я хотела уточнить данный вопрос у леди Терезы, она смотрела на меня, как на последнюю глупышку в королевстве и холодно отвечала:

- За то время, что вы работаете на меня, милочка, вам стоило уже запомнить, что я люблю.

Миссис Барнаби, колдовавшая на кухне у плиты, встретила меня с приветливой улыбкой и продолжая шинковать капусту для пирога, спросила:

- Неужели ты собираешься нас оставить?

Я принялась молоть кофейные зерна и ответила:

- Возможно.

Кухарка кивнула с таким видом, будто знала об этом заранее.

- Этого стоило ожидать. Леди Тереза не ценит хороших людей. В итоге с ней останется одна сплетница Бесси, да старый Слиренс, у которого просто нет выбора.

Я пожала плечами.

- Мне нужны деньги, - объяснила Барнаби то, что кухарка понимала и без лишних слов.

- И здоровые нервы, - добавила женщина. Она стряхнула с доски нарезанную капусту, отправив ее в казан, и положила нож на стол.

Некоторое время мы молчали. Каждая занималась своим делом, а когда кофе был готов, я услышала бой часов и перелила кофе в кружку, поставив последнюю на блюдечко.