- Мерион! – заметив меня леди Клиленд изменилась в лице, став прежней, недовольной дамой. – Ну сколько можно было возиться с одной несчастной чашкой кофе? – спросила она, следя за тем, как я подошла и поставила перед ней блюдце с чашкой, в которой дымился свежесваренный ароматный напиток.

- Наверняка он уже остыть успел, - продолжила капризничать моя нанимательница. – Ты разве не могла идти быстрее, Мерион?

- Кофе горячий, миледи, - ответила я и отошла на шаг в сторону, сделав приветственный книксен господину, сидевшему за столом.

Мне хватило всего одного взгляда на незнакомца, чтобы оценить его высокое положение. Он был дорого одет и смотрел так, как смотрят лишь люди определенного статуса. Те, для кого прислуга не более чем вещь первой необходимости, которую используют для того, чтобы принести, подать, или выполнить некоторые поручения. Он был холеный, красивый, но какой-то отталкивающей красотой. Когда мужчина снизошел посмотреть на меня, всего на долю секунды с его лица спала каменная маска. В ледяных глазах промелькнуло нечто странное, словно он был удивлен увидеть меня здесь. Именно меня, а не кого-то другого. И я невольно поежилась, мечтая поскорее убраться прочь из зала и от этого холодного взора, от которого у меня по спине пробежали мурашки.

Леди Тереза не стала даже представлять меня своему гостю. Лишь недовольно взмахнула рукой, велев удалиться, а затем снова посмотрела на мужчину и улыбнулась, превратившись в любезную хозяйку.

Я поклонилась и направилась прочь, но уже оказавшись у дверей, услышала фразу, показавшуюся мне странной.

- А скажите, леди Клиленд, как давно у вас работает эта девушка и кто она?

Я вышла из обеденного зала, но тут же остановилась, сделав вид, будто у меня свело ногу, а сама прислушалась, надеясь понять, что послужило причиной интереса ко мне этого пугающего джентльмена.

- Мерион? – удивилась заданному вопросу леди Тереза. – О, она не стоит того, чтобы о ней говорили, - ответила леди Клиленд на вопрос гостя. – Серая посредственность. Не образованная, своевольная и крайне нерасторопная. А я, знаете ли, ценю в людях ум и способность думать, а не существовать на грани инстинктов.

- Да что вы говорите! – наигранно произнес мужчина.

Я же поправила платье и, распрямив спину, продолжила свой путь, мысленно ругая леди Терезу за ее злые слова.

Нет! Какое вообще она имела право так отзываться обо мне подобным образом? Она, которая только и знает, что придираться ко всем и всему!

Всего на долю секунды во мне заиграл характер и мне стоило огромного труда не вернуться в обеденный зал, чтобы высказать все то, что накопилось за время работы на леди Клиленд.

Вот права была миссис Барнаби, называя хозяйку грымзой. Она такая и есть, даже хуже!

И чувствуя, что начинаю злиться, я остановилась у окна. Правую кисть обожгло болью, как бывало всегда, стоило мне выйти из себя. Я подняла руку и прижала ее к груди, пытаясь успокоиться.

Наверное, пришла пора сменить место. Прислуживать леди Терезе сплошное мучение! Вот только я понимала одно – она ни за что не даст мне рекомендательные письма, если я уйду сейчас.

«Смирись, Мерион, - шепнул внутренний голос, - она не даст тебе их никогда, потому что в любом случае будет зла на тебя и никакой разницы, сама ты уволишься, или эта грымза уволит тебя!»

Так зачем тогда ждать и выслушивать подобные слова в свой адрес? Я, конечно, не могу похвастаться богатствами или знатной фамилией. Но даже у такой, как я, есть гордость. А мне уже порядком надоело выполнять капризы леди Терезы. На ней свет клином не сошелся. Вот закончится месяц, попрошу расчет, решила я. Даже если леди Клиленд не даст мне рекомендации, не пропаду. Но теперь надо собраться и работать, как прежде, так как привыкла, безукоризненно выполняя свои обязанности.

***

После ухода гостя, леди Тереза позвала меня к себе в маленькую гостиную, где она любила предаваться чтению, сидя у пылающего камина.

Стоило мне войти, как почтенная леди подняла взгляд, прервав чтение, и позвала меня к себе.

- А скажите-ка Мерион, - начала она, оглядывая меня так, словно увидела впервые.

- Да, леди Клиленд.

- У вас есть хотя бы одно приличное платье для выхода в свет? – удивила меня хозяйка. Мне не сразу удалось справиться с эмоциями. А еще я не верила своим ушам.

- В свет, миледи? – уточнила я, стараясь, чтобы голос не выдал волнение. Неужели я попаду в один из знатных домов в столице и собственными глазами увижу высшее общество?

Мне и хотелось этого и не хотелось. Странное ощущение зародилось в глубине души и это было похоже на страх. С другой стороны, для меня это шанс подыскать себе новую работу. Ведь в каждом доме есть слуги, а кто, как не слуги, могут знать о свободных рабочих местах? Я бы не отказалась стать помощницей приятной леди средних лет с добрым нравом и честным характером.

- Милочка! – тон госпожи изменился, став строже. – Я спросила вас о приличном платье, а не этой убогой серости, которую вы носите. Вы должны давно понять, что мы больше не живем в провинции. Это столица и здесь все по-другому.

Платья у меня не было, о чем я и поспешила признаться леди Терезе.

Она нахмурилась, затем покачала головой и сказала:

- Очень, да, очень скверно, Мерион. Я от всего сердца надеюсь, что вы сейчас не солгали мне, втайне мечтая, что я смягчусь и куплю для вас добротное платье.

- Миледи, - я подавила вспышку раздражения. – Я вам не лгу. Вы можете немедля послать Люси, чтобы она проверила мой гардероб, - говорить подобное было унизительно, но еще менее приятно слышать, как тебе намекают на ложь.

- Полно, - отмахнулась леди Тереза. – Скажем так: я вам поверила. Но платье вам, милочка, крайне необходимо, потому что уже завтра вечером вы сопровождаете меня в дом лорда Стортона и ваш внешний вид обязан быть безупречным.

Я покачала головой. У меня совсем не было лишних денег на нарядные туалеты. Все, что платила мне эта грым… то есть, леди Тереза, я отправляла в деревню родным.

Правильно оценив мое молчание, леди Клиленд тяжело вздохнула.

- А ну-ка покружитесь, милочка, - велела она мне.

Я выполнила приказ, а когда остановилась, встретила задумчивый взгляд госпожи, которая, прижав к губам указательный палец, словно размышляла над чем-то важным.

- Решено, - наконец, сказала она. – Сегодня Бетси, наша горничная, перешьет вам одно из моих старых платьев. Так что, ступайте, позовите мне Бетси. Мы обсудим с ней, какой именно из моих нарядов вам подойдет.

- Благодарю, леди Клиленд, - сказала я и присела в реверансе, не особо надеясь на щедрость хозяйки. Уже одно то, как она говорила про свое решение отдать мне свое платье, навело меня на неприятные мысли. И я не надеялась, что ошибаюсь на этот счет. Наверное, потому что слишком хорошо знала леди Терезу Клиленд.

***

Как показало время, я не ошиблась. И платье, в котором мне предстояло ехать на прием в качестве компаньонки леди Терезы, оставляло желать лучшего.

Ума не приложу, где только старая дама хранила такую древность! Наверное, в этом платье ходила ее матушка, а то и бабушка. Потому что, когда мне принесли, со слов леди Клиленд, достойный наряд для выхода в свет, я даже покачнулась и открыла рот, но вовсе не от восхищения. Просто представила весь этот ужас на себе и мне едва не стало дурно.

- Прелестный туалет, не находите? – восхитилась леди Тереза, списав мое состояние на восхищение. Не иначе. – Вам он подойдет. Особенно фасон и цвет. Да, да! – кивнула она с важным видом и добавила: - Немедля ступайте и наденьте. Я желаю увидеть, как вы будете выглядеть в нем, Мерион!

Сглотнув вязкий ком, я сделала книксен, взяла из рук Бетси платье и направилась к себе. А несколькими минутами спустя, надев этот кошмар и взглянув на себя в отражении зеркала, снова ощутила, как подкашиваются ноги.

Мало того, что Бетси плохо подогнала наряд по моей фигуре, это было бы полбеды, если бы не жуткий фасон и все эти рюшечки и бантики, пришитые где надо и где не надо, превращавшие меня в фарфоровую куклу с толстым туловищем и отвратительным вкусом. Даже представить себе то, как войду в приличный дом в этом, было жутко. И не стоило надеяться, что леди Тереза не одобрит этот наряд! Боюсь, она придет от него в полный восторг.