Сейчас я смотрела во все глаза, как здоровенные мужики рубят друг дружку, пока моя лодка подплывала все ближе и ближе к берегу. Я с удивлением глянула на воду. Вроде бы я должна проплыть мимо? Но почему-то, как говорится, «ноги сами меня несли». У лодки ног не было, но она упорно двигалась к берегу.

А мужики и в самом деле были не просто большие. Они были здоровенные. Кто тут был за кого? Без понятия. Вообще никаких опознавательных знаков, так что видимо друг дружку они хорошо знали, чтобы в пылу такой битвы не перепутать и отличить своего от чужого. Но для меня они все были чужие, и распознать, кто прав, а кто виноват, не представлялось возможным. Я и понять толком не могла, кто собственно говоря тут побеждает, а кто проигрывает…

Дрались не только на мечах. Да, в основном они были у всех, но вот тот здоровый детина явно махал молотом. А вот у того в руках цеп? Или кистень? Я, признаться, и в этом не была сильна. Но все же у большинства были мечи. У кого-то длиннее, у кого-то короче. И в одежде тоже были странности. На ком-то были доспехи. У кого-то кольчуга, а вон тот гигант вообще бился с голым торсом. Это еще интересно почему? Может быть, атака была неожиданной?

Вмешиваться я не собиралась, хотя и подплывала все ближе и ближе. Во-первых, потому что навыка боя у меня не было абсолютно никакого. Ну не участвовала я никогда в подобном. В детстве разве что гоняла с деревянным мечом по деревне. Но это явно не считалось. Ну еще был опыт просмотра рыцарских фильмов. Во-вторых, я понятия не имела, за кого мне тут нужно вступить в битву, и нужно ли вообще? И в-третьих, я была твердо убеждена, что могу только помешать. Бывало же так, что в желании защитить героиню герой сам теряет хватку и погибает? Да много раз. Правда, кто тут герой? Без понятия. И в-четвертых, когда дерутся, можно по неумению просто попасть под шальной удар. И зачем мне это?

Я весьма рациональна и практична. И не стоит забывать, что я только-только попала… а куда я, в сущности, попала — понятия не имею. И вот так сходу влезать непонятно куда? Вернее, понятно же куда. Прямиком в неприятности. А я не храбрый и глупый котенок Гав. Я не жду неприятности. Нет уж. Увольте меня. Я в этом безрассудстве участвовать не собираюсь. Я спокойная и уравновешенная… Как весы правосудия!

Пока лодка двигалась все ближе к берегу, я с любопытством разглядывала лица. Да, они были искажены яростью битвы, но все равно многие показались мне очень привлекательными и харизматичными.

Я бы даже сказала, красивыми. И мне, разумеется, очень импонировало, что все они были очень высокими. Даже казалось, выше меня. Хотя это в принципе звучало странно.

Я подплывала все ближе и только сейчас поняла, что лодка окутана тем же сиреневым туманом. Именно он, видимо, и привел меня в это место. Значит, что-то мне тут предстоит сделать. И я вспомнила слова того дедушки. Как там его? Дормидонт Евлампиевич, кажется. Он тогда сказал, что мне следует спасти всех, кого смогу. Но кого я смогу спасти в этой битве? Она явно не для женщины.

Но мне дали второй шанс. Вторую молодость. А за все в этой жизни нужно платить. И я очень не люблю быть кому-то что-то должной. Я всегда платила по своим счетам!

И тут я увидела его! Чуть сбоку от общей битвы. Голова подростка, почти ребенка, высунулась из травы. Мальчик внимательно смотрел на битву и явно за кого-то сильно переживал. За кого? С такого расстояния рассмотреть я не могла.

Вдруг меня охватило странное чувство. Я не могла не вмешаться. Умом я понимала, что делать этого не следует. Что мои силы даже против одного такого бугая ничтожны. Он меня сметет. И опытом, и силой. У меня, несмотря на мой рост, все же не было того закаленного в боях тела, как у самого слабого из них. Но я поняла, что не могу. Просто не могу не вмешаться, потому что мальчика заметила не только я.

Я осмотрела лодку в поисках хотя бы какого-то оружия. И оно, как это ни странно, нашлось. Более того. Оно лежало у меня под правой рукой, но я так была полна новыми впечатлениями и эмоциями от молодого тела и от нового для меня мира, что сразу и не заметила.

Взяла бы я в руки меч? Очень сильно сомневаюсь. И уж тем более я бы не смогла его занести. А кинжал? Да, это уже было ближе, все-таки с ножом умеет обращаться на кухне каждая женщина, но очевидно, что кинжал не то оружие, с которым стоит лезть в эту мясорубку. Но сбоку от меня лежало то, что было мне наиболее близко, и с чем я смогла бы защитить и себя, и этого мальчика.

Рядом со мной лежал топор*.

Возможно, у кого-то не было детства в деревне. Но у меня оно было. И к бабушке я исправно ездила. И там я колола самые обычные дрова. Более того, однажды я, промахнувшись, попала себе все по той же многострадальной ноге, сильно поранившись. Крови было много, но меня не повезли в город. Просто промыли рану, перевязали, и все. И на следующий день поменяли повязку. Когда я наконец попала к врачу, тот долго охал и говорил о том, что рану нужно было зашивать сразу. Потому что она была глубокой. Большой шрам у меня остался на всю жизнь, но с тех пор я научилась пользоваться топором и больше не попадала по себе. Я виртуозно колола у бабушки дрова и не боялась топора. Более того. Я его уважала.

Сейчас я взяла в руки топор и ощутила его привычную тяжесть. Он лег мне в руку так, как будто я всю жизнь с ним проходила. Я почувствовал, что это мой топор. И ничей больше.

Топор был красивым. По отполированной рукояти из темного дерева вился кожаный шнурок, чтобы топор удобно было держать в руках. А еще рукоятка была очень длинной. Поставив его на землю, я могла на него опереться.

Форма у топора тоже была не такая, как мне было привычно. Я все же привыкла к топору, которым рубят дрова. Тут же он был изогнутый, и на нем были выбиты какие-то руны. Что это за руны, разобраться я не смогла, но было похоже, что они образовывали своими линиями какой-то герб. А чей? Будет мой! Тем более что руны похожи на тот узор, что красовался на моем кольце. И я решительно взвесила топор в руке. Он лежал в моих ладонях просто идеально.

В этот момент лодка носом ударилась прямо в берег, а сиреневый туман, который ее окутывал, истончился и пропал. Все! Прибыли туда, куда нужно. Я вскочила на ноги и выпрыгнула на землю с топором наперевес. И быстро полетела вперед. Волосы развевались за спиной и наконец-то не лезли в глаза. Я подбежала ровно в тот момент, когда огромный мужик с мечом застыл над мальчиком, злорадно улыбаясь.

Его удар мечом я приняла на себя. Вернее, на свой топор.

Все это время мальчик пытался отражать удары своим мечом, но силы были явно неравны, и теперь он лежал на земле, пытаясь отползти от смертельного удара.

Пока я бежала, на меня никто не смотрел. В пылу битвы все были слишком увлечены своими противниками. А лодку наверняка вообще не заметили из-за скрывавшего ее сиреневого тумана. И вот сейчас мое появление перед этим огромным мужиком было для него полной неожиданностью. Мне было тяжело сдержать его тушу, поэтому я, отбив удар, отпустила его и отскочила в сторону, а он под действием силы тяжести стал заваливаться, открывая мне свою спину и бок. И я ударила топором несколько раз.

Била так, как будто передо мной не человек, а полено. Хотела ли я убить? Нет! Я хотела спасти себя и ребенка. О том, что я его убью, я в тот момент не думала.

Но воин неожиданно для меня пошатнулся и упал на бок. Я увидела кровь, голова слегка закружилась. Я его убила? Но он же был в кольчуге? Как я могла ее перерубить? Я специально не била по голове. Это было бы слишком для меня. А еще мне показалось, что в момент удара из топора посыпались оранжевые сполохи. Это что, так выбивается искра? От удара металла о металл? Так мы же вроде бы не в кузне? Откуда?

Но раздумывать было некогда. Я подала мальчику руку, и когда он за нее ухватился, резко дернула его и поставила на ноги. Он ошарашенно смотрел на меня, я же повернулась лицом к битве, загораживая собой пацана. Он был довольно рослым, но его выдавало совершенно ребяческое выражение лица. И хотя он был всего чуть-чуть ниже меня, было понятно, что он сильно младше. Как я и подумала, ему лет тринадцать. Ребенок совсем.